Львёнок, который хотел выжить (СИ)

Рон расстегнул пуговицы на своей камуфляжной рубашке и развел края ткани в стороны.
— Ну? Как тебе? — он гордо демонстрировал испорченную мною же футболку. Это что — такая новая форма издевательства?
— Тиранозавр! — либо парень давал мне подсказку, либо это было местное оскорбление.
— Вот его голова, маленькие лапки и длиннющий хвост, — Рон пальцем водил по причудливому разводу, вырисовывая на себе динозавра. — Круто же!
И правда, пятно действительно походило на ящера с короткими лапками. Вдруг это сойдет за достойный аргумент в мою защиту перед миссис Петропалли?
— Третий день, первая улыбка, да! — Рон, преисполненный гордостью, улегся на траву, опираясь локтем о землю, и беззаботно, как мальчишка, довольно ухмылялся.
Удивленно рассматривая парня, я и не знала, что ему на это сказать. Он что — блаженный позитивный дурачок? Я накормила его чешуей и испортила одежду. Что во всем этом его заставляет находить плюсы?
— Кстати! — неожиданно подорвавшись, он снова присел и нагнулся ближе ко мне. — Я тут узнал, что в воскресенье будут крутить какой-то зарубежный фильм с субтитрами. Хочешь пойдем вместе, почитаем?
Опешив от такого неожиданного предложения, я решила не ломать свою голову над приличным отказом, потому встала и ушла к развешенному белью со словами: — мне пора.
Но парень не спешил покидать мое общество. Рон поднялся следом, помогая снимать с веревок одежду, складывать и бросать в корзину, удивляя меня своим поведением еще больше.
— Не нужно, — я обратилась к нему так, словно ревностно защищала свое уникальное право на сей труд. Черт, до чего же меня довело это место? Уже готова вступить в спор за возможность неумело причинять всем полезность.
— А вот на прошлой неделе… — проигнорировав мою претензию, Рон беспечно рассказывал об увиденном мюзикле про кошек, продолжая при этом складывать белье. Под его рассказ и помощь мы управились достаточно быстро и, взяв по корзине, направились к складу.
Выгрузив чистую одежду для девушек, которые занимались глажкой, я вежливо поблагодарила навязчивого спутника и как можно скорее вышла из помещения, чтобы не видеть потрясенные лица.
— Пойдем, провожу, — догнав меня, парень не ждал ответа, а просто шел рядом.
— Зачем? — в недоумении от подобного предложения я продолжала ждать, пока тот найдет ответ в облаках.
— Затем, что мне в ту же сторону? И к тому же перед ночной сменой не помешает прогулка, — плутовато улыбнувшись, Рон пожал плечами, пряча руки в карманах штанов, и мы неспешно пошли в одном направлении.
Раз так, почему бы и нет? По крайне мере, он не пытался втянуть в разговор. Со стороны я должна была жутко странно выглядеть на фоне остальных людей: от меня отчетливо веяло нелюдимостью, возможно, еще и рыбой, но последнее мне могло только казаться. Хотя о чем я переживаю? Какая разница, как меня тут воспринимают?
Искоса разглядывая сопровождающего компаньона, я думала, до чего же он странный. Как беззаботный щеночек, который лезет со своей открытой улыбкой к кому только можно. Невероятная глупость — проявлять такую открытость к незнакомым людям. А вдруг я плохая? Он об этом не подумал? А вдруг у меня парень — двухметровая боевая черепаха? Это он, наверное, тоже не учел?
— До завтра, — остановившись у парадных дверей, он протянул мне руку для прощания.
— Хорошо, — засмеялся Рон, устав ждать, пока я подозрительно рассматривала открытую ладонь, — можно и «Вулканский салют».
Ровно так же делал Спок в «Звездном пути», показанном Леонардо! Стоило лишь мне немного пробыть вдали от лидера, и сериал вдруг перестал казаться таким нудным и непонятным. Окутавшее меня непреодолимое желание побуждало немедленно устроиться под боком у Лео, слушая все его комментарии, и чувствовать тепло и приятную тяжесть родной руки на мне.
— Долгой жизни и процветания, — я неожиданно для себя прокомментировала его жест.
— Взаимно, — подмигнув, он развернулся и поспешил по своим делам. Но вот совсем в другую сторону.
Пустая комната встретила долгожданной тишиной.
 
— Как прошел твой день?
— Отлично! — так же, как и вчера, я приукрасила для Леонардо действительность моих дней и сдобрила для убедительности свой ответ нервным смешком, старательно притворяясь, что у меня все хорошо. Уж лучше так, нежели он будет переживать о моих неудачах вместе со мной. Или того хуже — знать о них. Ну надо же было умудриться так опозориться…
— Тебя не обижают? — легкая озабоченная неуверенность проскользнула в голосе Леонардо.
Обижают? Скорее наоборот — я привношу толику хаоса и разрухи в Эдем. Лишь бы ненароком не настигло меня за это наказание. Кто-то же ведь должен был ответить за нанесенный материальный ущерб? Но, боюсь, сообщив об этом, рискую быть похищенной своим бесстрашным покорителем сосновых вершин.
— Нет, что ты? Люди тут отличные.
— Хорошо… — и на другом конце радиосвязи повисло молчание. — Как там Сью?
— О, отлично! — выпалила я, обрадовавшись, что вопрос не касался меня. Потому что о себе и своих приключениях рассказывать Леонардо не хотелось. Да и что я могла сказать? «Как же повезло тебе, Лео, с такой неумехой, как я».
А вот у Сью, если не брать в расчет ее неопределенность в отношениях с мужем, о которых мы все до сих пор так ничего и не узнали, действительно было все хорошо. С первого же дня она взяла в привычку допоздна засиживаться в своем кабинете, погрузившись с головой в почетную должность. Записи, оставленные в блокноте Дони, пригодились не только ей, но и Говарду. И то, что ранее у него распадалось, теперь оставалось в устойчивой форме, чем бы оно там у него ни являлось.
Знал бы Дони, сколько хвалебных од пропел ему Говард, несомненно был бы рад узнать о причислении его к лику святых. Ох, надо будет обязательно поблагодарить всех черепах за то, что они делали для нас со Сью. Может, устроить им День Благодарения Ниндзя?
— Как вы там? — спросив у Лео, я скинула с себя обувь и поудобнее улеглась на матрасе, с наслаждением вытягивая гудевшие от усталости ноги.
Лео не стал скрывать своих переживаний о нашем благополучии. Он, как и остальные братья, беспокоился — придется ли нам это место по вкусу и будем ли мы здесь чувствовать себя комфортно. Пришлось вспоминать лекцию Берна и подражать его энтузиазму, расписывая преимущества «Вершин», при этом умалчивая о тяготах обслуживающего персонала из первой группы. Надеюсь, это должно было его успокоить.
***
«Новый день, новые победы!» — пропела бы Золушка, втирая щеткой густую пену в швы между напольными белыми плитками. Пользуясь тем, что в раннее время холл отеля был пуст, я старалась поскорее справиться со своей новой работой, иначе случайным прохожим прилетела бы недовольная фраза: «Куда по помытому-то?» Но кого я обманываю? Я бы просто тихо зафыркала, как ёж.
— Какого!.. — поскользнувшись, взвизгнула миссис Петропалли и грохнулась на пол.
— Вот черт… — с ужасом оглядев барахтающуюся на спине женщину, которую осыпал ворох вскинутых листов, я подорвалась ей навстречу.
— Йё-ё!.. — резиновая подошва моих кроссовок со скрипом проехалась по мыльной плитке, и так же, как и она, я потеряла равновесие и шлепнулась. Боль в копчике была не так страшна по сравнению с виртуозными ругательствами дамы.
Кое-как добравшись до нее, я попыталась приподнять тучную женщину. Несчастная миссис Петропалли походила на черепаху, которой не посчастливилось оказаться на спине. Пол был как ледовый каток, и поднять ее оказалось непосильной задачей.
— Давайте лучше я вас переверну? — из-под перекосившихся очков-половинок на меня сверкнули два разгневанных глаза. — Или позову на помощь?
 
— Еще чего! — запыхавшись, рыжая бестия наотрез отказалась предстать перед очевидцами в компрометирующей позе и с растрепавшимся пучком на голове. — А ну-ка тяни давай!
И пришлось тянуть ее изо всех своих сил. А как иначе, когда ее пальцы вцепились в меня, как клещи?
— Катастрофа!.. — пыхтела раскрасневшаяся дама, наваливаясь на меня всем телом, пока я помогала ей дойти до медпункта. — Миссис Брауни таки была права… ходячая катастрофа!.. Самая настоящая катастрофа!