Сногсшибательная Мэри (ЛП)

      Джимми смотрит на меня снизу вверх.
— Да.
      — И…
      — Это другое. Завтра игра важнее. Это еще хуже.
Такие мысли я уже слышала от него раньше. Джимми думает не о том, как праздновать победу, а беспокоится о возможности испортить все в следующем раунде. На самом деле многие люди всю жизнь больше беспокоиться о своем провале, чем о победе. Но если бы я могла стереть такой настрой из головы Джимми, то сделала бы это. Чтобы он увидел, какой он замечательный. Какой сладкий и талантливый.
      — А что будет, если ты выиграешь? — спрашиваю я. — А что будет, когда ты выиграешь?
      Джимми отрицательно качает головой.
— Этого не случится. Но не говори команде, что я так думаю.
      — Ничто из того, что ты мне скажешь, не выйдет за пределы этой комнаты. Когда-либо.
      Его ноздри раздуваются. Кажется, настала очередь Джимми плакать. Это разбивает мне сердце. Этот массивный мужчина, доведенный до слез в моих объятиях. Но и это большая честь. Это не секс.
      Это и есть любовь.
      Любовь, о которой я даже не подозревала.
      Иррациональная, внезапная, головокружительная любовь. Та любовь, которая заставляет людей жениться.
      Та любовь, которая меняет все.
      Навсегда.
      — Я думаю, что ты победишь. Уверена, что так и будет, — говорю я Джимми.
      Он быстро моргает несколько раз, чтобы смахнуть слезы.
— Ты, правда, так думаешь?
      — Да, я это знаю. — Я не вру. Не думаю, что смогу соврать, даже если попытаюсь. Только не так. Не сейчас. — В глубине души я верю, что ты можешь победить. Не знаю, почему ты тоже в это не веришь.
      Джимми снова сжимает губы и растворяется в моих объятиях.
— Я так боюсь облажаться, Мэри. Я так боюсь, что они собираются меня продать. Ведь я только что нашел тебя.
      — Знаю. — Я прижимаюсь лбом к его лбу. Он движется внутри меня, раздуваясь и давя на те части, о существовании которых я даже не подозревала. Чем больше мы говорим, чем больше мы делимся, тем ближе мы подходим к чему-то абсолютно совершенному. — Ты никуда не денешься. Тем более, если я имею к этому какое-то отношение. Ты просто должен в это поверить.
      — Да, — говорит Джимми. Но я вижу, что он на это не купился.
      — Поверь мне, Джимми Фалькони. Верь мне.
      Мы сидим не двигаясь очень долго, пока, наконец, Джимми не начинает медленно, очень медленно входить в меня снизу, в гипнотическом ритме, который отличается от любого другого опыта, который я когда-либо испытывала.
      — Мне это нравится, — говорит он, притягивая мою шею к себе для поцелуя.
      — Мне тоже.
      Один медленный, нежный толчок, затем еще один
— Так чертовски хорошо.
Глава 41
Джимми
      Когда мы просыпаемся, у меня нет обычного прилива адреналина, который я, как правило, испытываю в день игры. Вместо этого я чувствую себя спокойным, практически опьяненным. Ею.
      Удостоверившись в том, что Мэри укрыта, ей хорошо и уютно, я встаю и иду в ванную. Протираю сонные глаза и принимаюсь за душ. Опустив руку под воду, я даю ей прогреться. Я уже давно понял, что если ты хочешь принять горячий душ в день игры, лучше встать пораньше. На планете нет такого отеля, который мог бы поспеть за 60 парнями, убивающими время в душе, офигенно нервничающими и желающими скорейшего наступления завтрашнего дня. Я принимаю душ наспех, по привычке — ещё одно правило поведения в дороге, — а когда выхожу, Мэри уже ожидает меня с рулоном терапевтической ленты в одной руке и парой маникюрных ножниц в другой.
— Пошли, чемпион. Давай подготовим тебя к игре.
      После того как я вытираюсь, она совершает осторожные аккуратные движения, оборачивая ленту вокруг моих мышц. Заставляя меня поднимать и опускать руку, Мэри мягко, но настойчиво приклеивает ленту кончиками пальцев, пока мое плечо не покрывается паутиной перекрещенных лент.
      А потом она опускается на колени. Было время — не так уж и давно — когда я бы немного пошутил на этот счёт.…
 
      Но не сейчас. Из-за вчерашней ночи, чёрт бы её побрал. Прошлая ночь изменила всё.
      Она аккуратно накладывает ленту на внутреннюю сторону моего бедра тремя аккуратными полосками. Я смотрю, как она заботится обо мне, и просто теряю дар речи. Это делает меня слабым, из-за чего я вынужден держаться за раковину. Ее пальцы прижимают ленту к моей коже, а затем она смотрит на меня.
— Ну, как?
— Идеально.
      Мэри тянется за банкой Адвила и протягивает ее мне. Я кладу четыре таблетки на ладонь и проглатываю их без воды.
      Она качает головой, глядя снизу вверх.
— Как грубо.
— Но ты же знаешь, что я мягкий, — я прижимаю руку к груди. — Вот здесь.
Уголки ее глаз морщатся, когда она улыбается.
— Сегодня с тобой все будет в порядке. Я буду рядом с тобой.
Я убираю ее волосы со лба и обхватываю рукой подбородок.
— Да.
— А теперь последнее. Кто-нибудь еще увидит это место? — спрашивает Мэри, указывая на спортивную ленту высоко на моей ноге.
— Нет, только ты.
      Она поворачивается и достает из сумки тюбик губной помады. Аккуратно и густо накладывает её, глядя в зеркало, а затем, вновь опустившись на колени, оставляет нежный поцелуй на ленте с внутренней стороны моего бедра.
***
      Мэри первой направляется к автобусам, а я решаю выйти следом. Я забираю книги из ее комнаты и засовываю их в свой чемодан, который застегиваю на молнию и запихиваю в шкаф. Затем я смотрю на свой телефон. Прошла ровно одна минута.
      Поэтому я открываю свой чемодан, достаю том «Сердце тантрического секса» и листаю его. Это немного хипповая книжка, что мне очень даже нравится. Не слишком заумная и не слишком вычурная. Просто чертовски сексуальная.
      В этой книге есть место нежности, что мне тоже нравится. Я люблю порно так же сильно, как и любой другой парень, но это совсем другое дело.
      Она совсем другая.
      Иногда Вальдес проделывает что-то типа гадания, открывая книгу на случайной странице. По-моему, он называет это «библиомагией», не помню точно, но уверен, что как-то так. Он обычно делает это с Библией, потому что она его книга заклинаний. Словно хиромантия для книжного червя. Все ответы внутри книги, вы просто должны их найти.
      Так что я пробую.
      Закрываю глаза и опускаю палец на страницу. Мой палец приземляется на Главу 15 «Сила любви» и строчку «Любовь освободит тебя, если только ты ей позволишь».
      Черт. По моей руке пробегают мурашки.
      «Любовь преобразит твой мир, если ты поверишь, что это возможно».
      Я теряюсь в словах. В том, насколько они правдивы и насколько возможны, пока не раздается тяжелый стук в мою дверь и Вальдес не кричит: «Давай, приятель! У нас тут игра, которую нужно выиграть!»
      Как можно быстрее, я хватаю обложку «Сознания чемпиона», обматываю ею книгу по тантре и кладу в сумку. Но вдруг, кое-что на прикроватном столике привлекает мое внимание. Мэри оставила свое кольцо в моей комнате рядом с будильником. Я верчу его в пальцах. Эта штучка совсем крошечная, едва налезает на первый сустав моего мизинца.
      Я мог бы унести его обратно в ее комнату. Но я опаздываю, Вальдес ждет, а иметь талисман удачи никогда не помешает. Абсолютно никогда.
Глава 42
Джимми
Чертов Бронкос. Без шуток.
Мы начинаем неплохо, с приличным ответным ударом, который дает нам хорошую позицию на отметке сорок. Сегодня ясный, холодный осенний день. День победы. День для хороших чёртовых дел.
 
Но первое, что они делают, — это тачдаун. В первые двадцать секунд игры.
Придурки.