Хозяйка Горячих ключей (СИ)

Когда, наконец, на дороге появились силуэты, Саша успела замерзнуть: голые ноги быстро обнесло морозным воздухом, но Саша будто не замечала этого. Первым шел Иван, за ним Роман… и правда, он вел девушку, которая будто не хотела идти рядом и ему приходилось подталкивать ее.
Когда ни вышли на освещенный участок, Саша узнала Софью. Та не смотрела вперед. Голова ее была опущена, руками она обнимала себя так, будто старалась защититься.
— Софья? Какого черта ты пошла в лес? Ты же знаешь, что это опасно. Макар болен сейчас, и под присмотром врача… замерзла бы там, - Саша подхватила ее было под руку, но та стряхнула ее ладонь, как гремучую змею.
— Ты только и делаешь, что следишь за всеми, никакой жизни с тобой! – буркнула Софья, и Саша, опешив, остановилась и замерла.
Роман провел ее в дом, за ним пошел отец. Остальные мужчины разошлись, а матушка стояла, ожидая Сашу.
— Идем в дом, Дарья, пусть Надежда всем сделает чаю, - Саша улыбнулась матушке, которая не слышала слов Софьи, и быстро забежала на крыльцо. В прихожей на полу валялось Сонино пальто, валенки, в которых ходила Надежда, и ее же шаль. Конечно, у девушки только сапожки да платки. Матушка ее, видать, совсем не знала, каковы планы дочери на ночи в Пятигорье, оттого и собирали самое красивое.
Роман с Софьей сидели в столовой. Саша вошла и присела на кресло. Матушка с Дарьей и отец Романа вошли последними и закрыли за собой двери. Все были в халатах и пижамах, и скинутая верхняя одежда показала, что все собирались впопыхах. Кроме Софьи: из-под её юбки торчали штанины спортивного костюма, верх от него был надет прямо на платье.
— В поход собралась? Или за подснежниками? – не смогла сдержаться Саша. Надежда, вынесшая чайник, и Авдотья, следующая за ней с кружками, прыснули от смеха, но Дарья цыкнула и принялась помогать с чаем.
— Я хотела уйти, - ответила Софья, но сейчас Саша видела не ту, приветливую добрую девушку, которая так счастлива была работать здесь, что даже отказалась от учебы, от спокойной жизни с небедной матушкой. А самое главное: не той неуверенной в себе и краснеющей от любого комплимента. На Сашу смотрела взрослая, самодовольная и, если читать по лицу, циничная особа.
— А письмо хотела Деду Морозу оставить? – вставил Роман и вытащил из кармана пижамы конверт.
Глаза Софьи загорелись не злостью даже, а ненавистью, и не только к мужчине, поймавшему ее на пути к возможной смерти в лесу, Соня осмотрела всех сидящих. Видимо, в том письме было то, что не позволяет ей и дальше носить маску, которую все считали ее истинным лицом.
— Это не ваше дело, князь, попыталась зашипеть на него Софья, но тот только улыбнулся.
— Если бы ты не пыталась закопать его ногой там, где мы тебя поймали, может быть, я поверил бы, что это и правда, девичья игрушка… что вы там иногда делаете? Загадываете желания? И относите их в лес? – Роман, не пытаясь сделать это аккуратно, порвал край конверта и грудь Софьи, за которой наблюдала Саша стала подниматься еще чаще. – Все мы, Лаврентич, слуги, и даже некоторые девушки, думаю, видели, что мы вернули тебя. А письмо написано от руки, так что, не составит труда доказать, что оно написано тобой. Может быть… - Роман аккуратно развернул бумагу, испещренную мелким почерком с обеих сторон, - ты сама расскажешь нам, что это?
— Твари, вы просто твари, - никто даже не подозревал, что Соня может так быстро вскочить и за секунду преодолеть расстояние метра четыре между креслами, но Роман опустил руку к полу, а свободной схватил упавшую на него Софью, - отдай, ты не имеешь права это читать… ты не хозяин здесь, это поместье Саши.
Тут Софья, которую Роман отпустил и аккуратно оттолкнул от себя, вдруг повернулась к Саше и затараторила с такой быстротой, словно слова для нее были готовы уже давно, выучены, даже вызубрены, но она все не решалась их сказать:
— Тебя купили, как глупую простушку. Тебя купили браком, а ведь ты вечно что-то несла про то, что женщина может сама всего добиться, что брак – не первая необходимость. То, что ты сумасшедшая, и эти твои разговоры с Ольгой… наверно правду говорил Василий. Чего вылупилась? Неприятно? Больше никто тебе этого не скажет, - она говорила много еще, но Саша уже не слышала ее, понимая, куда «дует ветер». Это не Ольгу надо было подозревать, а ту простушку, встреченную в поезде, якобы случайно.
 
Пока Софья, окруженная уже Надеждой и Дарьей, говорила, Роман читал письмо, одним глазом посматривая на девушку в центре комнаты и на Сашу, опустившую глаза в пол. Потом, в какой-то момент он будто услышал что-то и оторвавшись от письма внимательно начал слушать Софью.
‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Ты это только что придумала? – спросил он басом, так громко и четко, что Софья замолчала, и все посмотрели на нее.
— Про то, что твое женушка того самого? – Софья захохотала так, что Саша вышла из своих мыслей. – Приведите Ольгу и спросите ее о том, что она рассказывает ей… Что жила раньше в другом времени, что ничего не помнит раньше своей болезни перед выездом из Москвы, про то, что в дру-гой жиз-ни… - Соня сделала такой акцент на этих словах, что если сначала все следили лишь за ее лицом, то теперь начали и слушать, - да, да, вам не послышалось… в другой жизни, до этой… она была замужем, и звали ее не Сашей, а….
— Заткнись, - Роман вскочил с кресла. Осмотревшись, схватил со стола полотенце, которым Дарья прихватывала чайник, и накинул на ее голову. Та завизжала и начала отбиваться. Отец Романа подскочил и схватил ее руки, пока Роман завязывал ее рот. Дарья протянула ему еще одно полотенце, и Роман связал ее руки впереди, потом толкнул на кресло.
Саша озиралась на всех, но на нее никто не смотрел: все были заняты усмирением сумасшедшей. В секунду, когда Саша встретилась взглядом с Романом, он сглотнул и не отрывая от нее глаз, взял с кресла письмо и громко сказал:
— Вот кто помогал Василию, и может даже… знает… где Прохор Данилыч
Саша метнула взгляд на матушку ровно в тот момент, когда она встала с дивана и упала обратно без чувств.
67.
Степанида Ильинишна пришла в себя достаточно быстро, но Роман отправил Ивана за доктором на станцию.
Только когда суматоха улеглась, Саша заметила, что за открытой дверью стоит Ольга и… Мария! Княжна наблюдала за происходящим с превеликим любопытством. За ее спиной стояла Олюшка, и, встретившись взглядом с Сашей, она покачала головой, будто говорила, что никак не могла остановить ее.
Отец Романа отвел Софью к Лаврентичу. Матушку, после обещания все рассказать завтра, в комнату увела Дарья. Саша присела и приняла из рук Надежды кружку теплого чая. Роман присел напротив.
— Кто-нибудь объяснит мне происходящее? – голос Марии выражал не любопытство даже, а настойчиво повелевал ей отчитаться. Будто она была здесь хозяйкой.
— Княжна, вам лучше подняться в комнату и отдыхать. Эти вопросы мы решим сами, - Саше понравилось, что Роман не любезничал с ней, а своим тоном пытался поставить ее на место.
— Позво-ольте, - Мария прошла в столовую и присела рядом с Романом напротив Саши. Ольга прошла за ней и села с Сашей. Сейчас, как оказалось, ее поддержка была очень нужна, и Саше было стыдно за те мысли, что она допускала о предательстве со стороны компаньонки.
— Это не ваше дело, княжна Мария, - Саша чувствовала себя так скверно, что даже не старалась угодить сейчас кому-то или соблюсти этикет. – Вас не приглашали сюда. Это семейное дело. Будьте так добры, покиньте столовую, - Саша не переводила взгляда на Романа, потому что сейчас ей не нужно было его одобрение, да она и не верила в то, что он поддержит жену. Княгиня была последним человеком, с которым стоило бы спорить. Но к ее удивлению, он не произнес ни слова.
— Вы… - Мария посмотрела на кузена, потом снова на Сашу. Она дышала так, словно ей недоставало воздуха. - На ком ты женился? Ты понимаешь, что они скрыли от тебя сумасшествие? Ты хочешь, чтобы твои дети унаследовали это? – Мария подскочила, осмотрелась, будто ища поддержки, но в столовой никого больше не было.