Хозяйка Горячих ключей (СИ)

— Я просил вашей руки, Александра. У вас и у вашего батюшки. Он обещал подумать, но не был против. Сказал, что ваше решение – самое честное в выборе мужа. Договор с Ясенскими был на словах, и вы им ничего не должны. Скорее, князь вам должен. Но у нас нет доказательств. Я не хочу быть голословным и наговаривать на уважаемых людей, но на вашем месте не торопился бы ответить на его предложение.
— Вы?.... – Саша замерла и почувствовала, как скрутило живот. – Вы делали мне предложение, и я была не против?
— Да, мы часто встречались, когда я с Прохором Данилычем приезжал в Москву. Мы ходили в театр, на разные спортивные мероприятия и даже на концерты. Вы представляли меня, как своего хорошего друга…
— Но не жениха? – уточнила Саша, поскольку что-то в его словах никак не складывалось… «Олюшка… ведь она-то должна была увидеть, что между ними что-то есть. Ан нет. Она сама сейчас волочится за ним. А может Ольга, поняв, что я забыла напрочь все на свете, пытается отбить Василия? Тогда почему он к ней совершенно холоден?» - проносилось в голове, но никаких причинно-следственных связей она в этом не видела.
‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Мы не торопились озвучивать наши планы, - кратко ответил Василий. На удивление Саши, он говорил уверенно. Да и какого черта ему было врать? Ведь он не знал, что она ничего не помнит. Значит… какой-то там разговор между ними все же был? Вот почему он так старательно наблюдал за князьями, боясь оставить Сашу с Романом наедине.
— Так, мне нужно пойти в постель. Завтра тяжелый день. Я обдумаю все. А вы найдете хоть какое-то доказательство того, что отец ответил вам на ваше заявление. Может быть есть какое-то письмо для меня? Посмотрите пожалуйста внимательно в его документах, возможно вы что-то пропустили… - Саша говорила мягко и тихо, боясь обидеть доктора.
— Я поищу, но не думаю, что найдется хоть что-то. После ухода вашего батюшки я перевернул вверх дном весь дом, ища хоть какие-то зацепки. Но не нашел ничего…
— Тогда, принесите то, что нашли. Даже если эти письма вовсе не касаются нашего с вами дела, - Саша встала и направилась к лестнице. Она уже приняла решение сказаться с утра заболевшей. Слишком много всего навалилось, чтобы излучать радость перед девушками.
45.
Видимо, организм еще раньше Саши, понял, что так дело не пойдет, и такими темпами нагрузки хозяйка этого тела просто свалится в постель с тяжелейшей и моральной и физической усталостью.
Проснулась Саша, как в самый первый раз в этом месте: от голосов, звучащих где-то вдали. Голоса Ольги, Матушки и Дарья шепотом спорили, что могло произойти, чтобы поднялась такая высокая температура.
— Если вы обо мне, то я здесь, - с трудом она разлепила глаза и почувствовала, как от света, бьющего из окна, заболела голова. Саша зажмурилась, и Ольга бросилась к окну, чтобы задернуть занавески.
— Милая, ты не вышла к завтраку, и Софья пошла узнать почему. Вот так тебя и застала: всю потную, в бреду шепчущую что-то о муже, паровозах и детях. Ты напугала девушку так, что она до сих пор боится подниматься сюда, - матушка говорила очень уж тихо, видимо, боялась напугать своими рассказами дочь.
Ольга же стояла прикусив губу, словно обдумывала нечто важное, касающееся только ее. Видно было, как она хочет поговорить, но не решается.
«Если бы ты знала, Олюшка, с чем вчера пришел ко мне твой возлюбленный», - думала Саша, глядя на нее. Ночью, перед тем как заснуть, она думала как раз о них. Говорить Ольге или нет? Больше всего она боялась, что посчитает Сашу врагом. Как это обычно делают влюбленные женщины. Слепо влюбленные. Они настолько идеализируют мужчину, что даже представить не могут, что первой скрипкой в этой игре была вовсе не мнимая соперница.
А утром вот это вот состояние. Мозг, видимо, и правда решил, что пора отдохнуть, и раз хозяйка не торопится, сам запустил процесс.
— Я посижу с ней. Идите, у вас куча дел, у нас в поместье больше десяти девушек, за которыми нужен глаз да глаз. Лизавета не справится одна, - провожала Ольга матушку и Дарью. – Мои занятия после обеда, и я поменяюсь с кем-то, кто сможет посидеть с Сашенькой.
 
— Не надо со мной сидеть, Олюшка. Мне уже значительно лучше. Полезно как раз побыть одной. Попроси Надежду сварить компот из сушеных яблок и груш. Она знает, какой мне нравится. И где-то еще есть у Авдотьи облепиховое варенье. Вот его пусть добавит совсем чуточку. Больше мне ничего не нужно. А вечером, думаю, я уже буду на ногах, - тихо сказала Саша, как только Ольга закрыла двери за взволнованными женщинами.
— Саша, ты говорила такое, что у меня по спине бежали «муравьи», - словно не слыша, о чем ее попросила Саша, сказала Ольга. Она присела на край кровати и положила ладонь на ладонь хозяйки этого дома, уже ставшей для нее подругой, как она считала.
— Я тебе много раз говорила, но ты упиралась и продолжала думать, что это моя фантазия.
— В бреду ты очень складно рассказывала о муже, о Москве, о детях с которыми работаешь, - девушка была так сильно напугана, что даже моргала редко. Василий сказал, что это усталость. И такое бывает, когда человек устает, но я слышала именно то, о чем ты рассказывала мне. И ты говорила более уверенно.
— Ну, теперь тебе придется или поверить мне, или же согласиться с Василием… Кстати, что у вас с ним? – Саша хотела начать разговор о них с доктором совсем не так. И сейчас ненавидела себя за этот вопрос, потому что получалось, что она как-будто вытягивает из соперницы информацию об их отношениях, а сама знает что-то большее.
— Он улыбается мне, отвечает на вопросы, но не более того, - честно ответила Ольга.
— Значит, ты думаешь, что ничего не получится? – спросила Саша и скрестила под одеялом пальцы, чтобы та ответила «да» и грустно улыбнулась. Это бы означало, что девушка принимает реальность. Но Ольга опустила глаза и улыбнулась только уголками губ.
— Так что же случилось? Почему ты бредила? – не унималась напарница.
— Не знаю. Может быть, простыла или правда устала. Я хотела сказать тебе кое-что, но очень боюсь, что ты посчитаешь меня врунишкой и отвернешься от меня, - Саша прекрасно знала, чем заканчивается вранье и утаивание. И сейчас, если Ольга отреагирует неправильно, то и жалеть нечего. Потому что нездоровая привязанность к человеку, которому ты не нужен и неинтересен – что-то вроде психической болезни.
— Говори, конечно. Я думаю, мы давно подруги. Только вот сейчас ты отдалилась, и тебе интереснее с Софьей, - Ольга опустила голову. – Я заметила, как ты была рада ее возвращению…
— Что? Ты обиделась, что я не обняла тебя? – Саша попробовала приподнять голову, но в ней снова застучали молотки. – Блин. Да это же просто высокое давление. Криз, - вдруг поняла Саша и осмотрелась.
— Я позову доктора. И почему он даже не проверил давление, когда утром приходил, - Оля до сих пор была в какой-то прострации.
— Нет, не зови. Потом. А сейчас я расскажу тебе все, что было вчера поздно вечером. И ты сама должна решить, как с этим быть. Только прошу, поверь, что я не вру ни одного слова, - Саша . поймала ее за руку и усадила обратно к себе на кровать. А потом, попросив стакан с водой, выпила его залпом и рассказала Ольге о вечернем визите Василия. Об их разговоре в столовой и о его утверждении, что она согласна была выйти за него.
Ольга сидела как каменная, и казалось, что она даже дышать перестала. Потом она встала и молча подошла к двери. На Сашу она даже не взглянула. Просто вышла, оставив дверь приоткрытой. Саша не смогла даже окликнуть ее, и казалось, она теряет человека, который знает о ней больше всех.
Надежда через несколько минут сама принесла компот, в нем была облепиха. Значит, Ольга все же слышала ее просьбу. Кухарка присела на стул рядом с кроватью, но тут же в дверь постучали и вошел Василий.
— Ольга сказала, что вы решили будто у вас гипертония? – он не выглядел как-то иначе, и Саша поняла, что подруга ничего не сказала ему об их разговоре. – Я не думаю, что в вашем возрасте она уместна.