Любовь с остановками (СИ)
- Дя! - радостно хлопает малышка, - У нее длинные мети - я буду ими тыкать!
- Что у нее? - обращается ко мне сестра.
- Мечи я так полагаю. То есть спицы для вязания… Не спрашивай, я сам не знал о таком хобби своей помощницы.
Вихрь поменьше убегает, а Яся говорит уже серьезно:
- Что у тебя случилось?
- Так заметно?
- Мне - да.
- Скажи… - снова отвечаю вопросом на вопрос, - у вас с Броневым… были сложности?
- Шутишь? Ты же сам меня неоднократно поучал в начале наших отношений. Да и потом возникали разногласия и не раз… А вспомни, как мы с ним разругались напрочь, когда его родственники на меня накинулись, а он не бросился меня защищать - еще и высказал свое «фи». Мы с тобой тогда много рассуждали на тему того, как сложно, порой, бывает договориться двум взрослым людям, у которых свое представление о жизни, свой опыт и тараканы в голове. Но если есть ради чего стараться, то это надо делать…
- И почему я не использую свой же совет?
- Ох, Тёма, - она улыбается, - потому что все мы умные, пока в дело не вмешиваются чувства, гормоны и ощущение, что кто-то посягает на твою целостность. И что ты натворил?
- А почему сразу я?! - возмущаюсь.
- Потому что женская солидарность не пустой звук, - хмыкает.
- Наверное… глупость, - признаюсь неохотно, - Свете не слишком-то было приятно, что я продолжаю общаться с бывшими…
- Продолжаешь общаться или то, как ты это делаешь?
- Все-то ты понимаешь, - ворчу.
- Божечки, неужели я дождалась, что кто-то кроме меня скажет, что ты порой бываешь удивительно слеп? Ну и как тебе… без короны? - всплескивает руками и скалится.
- Ярослава!
Но она только смеется.
- Я все испортил, - вздыхаю.
- «Всё» еще можно исправить, - качает головой и направляется к выходу. - Ты самый офигенский, глубокий и замечательный мужчина… ну, кроме Броневого. Так что все будет, если ты этого захочешь.
- Ты слишком хорошо обо мне думаешь, - говорю тихо в закрывшуюся дверь.
Черт.
Наверное, она права… они обе правы. Но менять что-то сложно, особенно если привык, что каждое твое слово и действие не вызывает возражений, а если и вызывает, то можно тут же отодвинуться от этого человека.
Может поэтому все мои отношения зашли в тупик? Потому что до тех пор, пока это было в удовольствие, пока напоминало игру - меня все устраивало; а как только появлялась необходимость напрягаться, я решал, что оно того не стоит? Со Светой я пошел тем же путем, только Света… она оказалась другой. И для меня другой тоже.
Эта ночь без нее, несмотря на сопящую рядом мелкую, была ужасна. Еще и осознанием того, что я и правда поступил как мудак, вцепившись в свое право быть всегда… правым. Да и сейчас отпустил её после столь важного вопроса. Пока скрипел мозгами и думал как ответить, она уйти успела, потом Анютка прибежала, потом помощница, начальник отдела продаж, Яся…
- Катерина… а какие у меня сегодня еще важные дела? - нажимаю я кнопку селектора.
- Никаких, которые нельзя отменить, - с готовностью отзывается помощница.
Бл...ть, а я не так уж и плох, раз меня окружают такие женщины, да еще и не пришибли меня до сих пор.
Улыбаюсь и пишу Свете, что ужасно хочу украсть её с работы… Но она не отвечает мне и через пятнадцать минут.
Тогда звоню.
Но абонент не абонент.
- А соедините меня с…
- Уже соединяю, - поет в трубку Катерина, на что я могу только закатить глаза. Но Елена Марковна не так уж рада меня слышать, более того, в её голосе - явное осуждение, когда она рассказывает мне, что у карамельки поднялась температура, и девушка отпросилась домой.
Хочешь почувствовать себя еще большим мудаком?
Спроси в отделе кадров как.
Я благодарю за ценную информацию и быстро выхожу из кабинета. Аптека, магазин, цветочный павильон - к Свете я поднимаюсь нагруженный десятком пакетов и звоню в дверь в решимости сидеть в подъезде, пока она не откроет.
Но открывает почти сразу.
Я точно её разбудил - но пусть будет так, чем она будет болеть в одиночестве.
Света выглядит бледной, на щеке - след от подушки, а в глазах настороженность.
- Лекарства, - я сваливаю все на пол и киваю на один из пакетов, - курица, овощи и фрукты, - киваю на второй. - Будем тебя лечить. Ты чего мне не позвонила?
- Серьезно? - задирает она бровь.
- Угу, - тру переносицу. Я терпеть не могу все эти душещипательные разговоры, но карамельке я, пожалуй, задолжал. - Признаю… я был не прав. И если ты не позволишь мне сейчас все исправить, я буду ходить вокруг твоего дома с тоской в глазах, без еды и воды, пока ты не сдашься и не позволишь мне позаботиться о тебе. Я не могу пообещать, что у нас не будет больше проблем, или что я вдруг стану тем совершенством, которое тебя заслуживает - у меня тоже есть свои сложившиеся представления о жизни. Но я буду пытаться исправить их в той части, которая важна для тебя. Честно. Так что пока у тебя не будет на руках документов о расставании, тебе от меня не избавиться.
- Да и потом ты никуда не денешься, даже с этими документами, судя по твоему опыту, - ехидничает.
- Уела, - поднимаю руки в знак того, что сдаюсь.
- И что, ты бросишь свою идею ночевать с толпой твоих бывших под боком? - всматривается в меня.
- Да нечего бросать, - возражаю с досадой, - это всё казалось разумным и нужным, пока у меня не появился кое-кто нужнее.
Она замирает на несколько долгих секунд… а потом разворачивается и идет в сторону спальни.
- Эй, ты куда? Это что значит? Мир?
- Это значит, что я иду спать. - хмыкает, не оборачиваясь. - А ты займись делом… доктор. Заботься.
- Это я легко, - улыбаюсь и почему-то чувствую себя неприлично довольным.
Живем дальше
Света
Следующие несколько недель наше общение напоминает скольжение к провалившемуся под лед человеку.
Мы лежим на животах и двигаемся старательно и осторожно, поминутно проверяя, не треснуло ли что под нашим весом.
Я болею, выздоравливаю, приноравливаюсь к графику Артема - порой безумному - и его командировкам - порой неожиданным, снова отдыхаю в загородном доме, в котором нет и следа присутствия другой женщины, капризничаю по делу, скучаю по нему в течение рабочего дня и старательно выискиваю дополнительные интересы, чтобы не зацикливаться единственное что на мужчине.
С интересами пока напряг.
Спорт?
Вряд ли это можно назвать хобби, пусть мне и нравится чувствовать свое тело.
Книги?
Я никогда не была книгочтеем, а сейчас и вовсе предпочитаю сериалы - но не до сухих воспаленных глаз.
Чем там еще увлекаются современные люди? Блогами, психологией, ПП? У меня вдруг оказывается слишком много возможностей, и я теряюсь в них. Столько лет я жила самолетами и краткосрочными путешествиями, видела лишь одну цель - ипотеку и, по итогу, прочный брак, а сейчас снова превратилась в себя восемнадцатилетнюю, которой надо решать, как, с кем и на что жить дальше.
- Ну и какой гребаный университет ты хотела тогда осчастливить своим присуствием?
Томочка, обладающая не только бешеным темпераментом, но и метаболизмом, с огромной скоростью поглощает лапшу в жирном соусе и не перестает задавать мне вопросы с пулеметной скоростью.
Эта манера общения сложилась у нас еще тогда, когда увидеться получалось раз в месяц-два, и теперь, похоже, продолжилась. Потому что у каждой совершенно неожиданно образовалась личная жизнь, и времени на общение стало опять не хватать.
- На юриста хотела, - вздыхаю.
- И? Может ты снова готова стать сексапильной адвокатессой?
- Вряд ли, - тяну с сомнением.
- А кем хочешь стать?
- А если меня все устраивает на моем рабочем месте?
- Менеджер по кадрам? Почему нет, - пожимает плечами Томочка, - в конце концов свои амбиции можно направить и на что-то другое.
- А они у меня есть? - почти огрызаюсь.