Зловещее светило
Гюнтер и Барнс, следившие за происходящим снизу, догнали товарищей и вступили в бой, перешедший в последнюю, самую короткую и ожесточенную фазу. Все шестеро бандитов, сбитые с ног, валялись на крыше, большинство без сознания. Терчински умер. Коэн едва держался на ногах. Контуженый МакБрайд чувствовал, что голова у него идет кругом. На запястьях гангстеров защелкнулись наручники. Капитан осмотрел их физиономии при свете фонаря, потом стал разглядывать убитых. К нему подошел Мориарти:
— Кого-нибудь узнал, кэп?
— Кое-кого. Но мне нужен Дювин. Может, ты его хлопнул у окна? Давай-ка глянем.
МакБрайд приказал своим людям стащить пленных вниз и спустился по пожарной лестнице с Мориарти. Там они обнаружили тело мужчины в смокинге. Сразу было видно — это не Дювин.
Капитан перевернул его:
— Живой. Но без сознания.
— Кто это? — спросил Мориарти.
МакБрайд щелкнул фонариком:
— Бонельо!
Кеннеди спешил к ним, спускаясь по пожарной лестнице.
7
На следующий день несколько бледноватый МакБрайд с громадной, нелепого вида, как будто клоунской, нашлепкой на щеке стоял в одном из помещений управления полиции города. Мориарти с пиратской повязкой на глазу выглядел гораздо более героически. Ну и совсем уж банальной смотрелась подвешенная на перевязи рука Коэна.
На скамье возле стены сидели Трикси Мелой, Адольф Шанц и Берони, управляющий клубом «Пальметто», скованные друг с другом наручниками. Шанц просто места себе не находил от отчаяния. Берони казался изможденным. Физиономия танцовщицы выражала презрение ко всем присутствующим.
Кеннеди вошел в комнату и уселся за стол в сторонке, поигрывая карандашом.
— Я сейчас зачитаю письмо. Возможно, оно вас заинтересует, мисс Мелой. — МакБрайд вынул лист бумаги. — Оно продиктовано стенографу в больнице, его автор — мистер Луис Мартинес.
Трикси закусила губу.
— «Капитану Стивену МакБрайду, — начал капитан. — Человек, который вам нужен, — Тони Бонельо. Я работал в его клубе. Танцевал с мисс Мелой, мы выступали вместе, объездили всю страну. Я ее любил. Думал, она меня тоже. Может быть, так оно и было, пока ее не купил Бонельо. Я сходил с ума от ревности, хотел его убить. Нет, не смог. Но многое узнал. Бонельо убил Беделла. Я слышал их разговоры. Олдермен становился слишком непредсказуемым. Круг, Шанц и Бонельо стакнулись, Шанц должен был устроить выступление Беделла, чтобы подставить его под выстрел с крыши. Для этого Шанц с Кругом и провели этот предвыборный митинг на улице. Когда Бонельо узнал, что у вас в участке сидит какой-то человек, знающий об их делишках, он позвонил прокурору, тот пообещал вызволить узника и купить его молчание. Но вы отказались его выдать, и Бонельо решил взорвать полицейский участок. Я хотел вернуть любовь Трикси, поэтому и позвонил вам, чтобы полиция взяла Бонельо. Но я знал, что если она узнает об этом, то не захочет и глянуть на меня. Я безумно любил ее. Конечно, теперь это прошло. Я лежу, умираю, просил ее прийти, но она послала меня к чертям. Каким же я был дураком. Теперь-то вижу, чего она стоит… Но она ни в чем не виновата. Ее всего лишь заставили сказать, будто она видела уходящего мужчину в сером костюме. Не было там никакого человека, никого она не видела. Вот и всё ее преступление, если не считать обиды, нанесенной мне. Не знаю, может быть, я все еще ее немного люблю…»
МакБрайд дочитал письмо в полнейшей тишине и добавил:
— Это было предсмертное признание мистера Мартинеса.
— Идиотом жил, идиотом и сдох, — вырвалось у пунцовой от злости Трикси.
— Да уж действительно, идиот, — охотно согласился Кеннеди. — Тратить время на такую крашеную мочалку. Ох и распишу же я ее…
— Пошел бы ты… — удостоила Трикси любезностью журналиста.
— Постарайтесь хоть выглядеть поприличнее, когда вас будут фотографировать для прессы, — продолжал Кеннеди. — И что в ней нашел Бонельо?
— Заткнись, скотина! — заорала мисс Мелой на репортера.
— Спокойно! — повысил голос МакБрайд. — Шанц, вы, разумеется, арестованы, судить вас будут уже при новой администрации.
— Где Круг? — мрачно спросил Шанц.
— Ищем. Удрал сегодня. В доме следы поспешного бегства. Он понял, что не в силах помочь Бонельо, так как тот устроил перестрелку с полицией. И он знал, что Бонельо это прекрасно понимал. Следовательно, утопит и его… Так, надо сказать, и вышло. Теперь вот ищем.
Тут же зазвонил телефон. МакБрайд снял трубку.
— Алло, мне МакБрайда, — протянул мужской голос.
— У аппарата.
— Привет, МакБрайд, это Дювин. У меня на тебя зуб за Гесса и его парней. Они мирно ехали взорвать один из складов Бонельо, когда твои головорезы на них напали. Но слышал я, тебе Круг нужен.
— Очень нужен.
— Получишь. Я его сцапал. Случайно встретил на дороге и притормозил. Сдал в полицию с сопроводиловкой, адрес надписал: тебе, любезному.
— Спасибо, Дювин. Заходи, выпьем.
— Как-нибудь.
МакБрайд потер руки:
— Ну вот и наш прокурор попался. Круг, Шанц, Бонельо. А процесс, слава богу, состоится при Андерсоне.
Шанц застонал. Маленький человек, вечный инструмент в чьих-то руках, который пытался выменять честь на власть…
Всех троих развели по разным камерам.
Вошел шеф полиции, крупный мужчина, голосом и лучистой улыбкой напоминающий Санта-Клауса:
— Примите поздравления, МакБрайд. Вы добились большого успеха. Вас ожидает место инспектора моего штаба.
— Удачи и неудачи помогли, — развел руками МакБрайд. — Иногда везение, а чаще невезение.
— Это ваша точка зрения. Я же рассматриваю ваш успех как результат самоотверженности, упорства и выдержки.
Шеф удалился.
МакБрайд вздохнул, уселся, подпер рукой подбородок. Голова раскалывалась. На щеке на всю жизнь останется трехдюймовый шрам. Капитан сунул руку в карман:
— Черт, курить охота…
Кеннеди ухмыльнулся, полез в карман и извлек оттуда сигару.
— Прошу, Мак.
МакБрайд глядел на него и глазам не верил:
— Спасибо, Кеннеди. Вижу, должен тебе коробку сигар…
— Только смотри не пересуши!
The Invisible Millionaire
Leslie Charteris
Лесли Чартерис (1907–1993) родился в Сингапуре, в 1946 году стал гражданином США.
На долю любимого персонажа Чартериса — Саймона Темплара, более известного как Святой, выпал невероятный успех.
Однако он кто угодно — только не святой. Это авантюрист и романтик, который не в ладах с законом. Он получает огромное удовольствие, выходя за рамки дозволенного. Как и многие мошенники в художественных произведениях, Темплар наделен духом Робин Гуда. Под этим подразумевается, что воровать можно, если грабишь богатых. Святой появляется более чем в сорока книгах Чартериса. Как правило, это сборники коротких рассказов или новелл. В большинстве историй он также выступает в роли сыщика. Его не сдерживают ограничения, которые вынужден соблюдать обычный полицейский, и ему не нужно следовать закону, чтобы забрать деньги или сокровища, полученные нечестным путем. Он или возвращает их истинному владельцу, или обогащается сам.
«Может, я и преступник, но не только, — считает Темплар. — Временами я выполняю и другую роль. В некотором роде творю правосудие. Я как бы еще и судья в моем простецком понимании».
По произведениям о Святом снято около десятка фильмов, в основном с Джорджем Сандерсом или Луи Хейвардом в роли Темплара. Ему также посвящен юмористический комикс, радиосериал, который передавали на протяжении 1940-х годов, и 118-серийный телесериал с Роджером Муром в главной роли.
«Миллионер-невидимка» впервые был опубликован в 1938 году, в июньском выпуске «Черной маски».
Миллионер — невидимка
Лесли Чартерис
переводчик — Мария Жукова