Зловещее светило

— Мне оставаться здесь? — спросил Бивер.
— Нет, — сказал Экли, — пойдешь с нами. Можешь отставить маскировку и предстать перед ним тем, что ты есть. Заодно и расквитаешься за насмешки и обиды.
У верзилы-шпика сжались кулаки.
— Первым делом хочу расквитаться с ним за «Скаттла», — мрачно заявил он. — Все время Скаттлом называет. Говорит, похож на пирата, и все интересуется, не было ли у меня пиратов среди предков.
— Что до меня, — сказал сержант Экли, — даю тебе полную свободу действий. Зрение у меня ни к черту, и, если ты будешь утверждать, что он оказал сопротивление при задержании и нанес тебе удар, придется помочь тебе защищаться.
— Не нужно мне никакой помощи, — буркнул Бивер. — Все, что мне нужно, — это вмазать ему хорошенько.
Экли повернулся к двум другим полицейским.
— Запомните, — сказал он, — если Бивер заявит, что этот тип ударил его, все выступаем на стороне Бивера.
Оба одновременно кивнули.
— Пошли, — скомандовал сержант Экли, прикрепляя звезду на пиджак, и вся процессия во главе с ним зашагала с мрачными лицами по качающемуся проходу пульмановского вагона. Проводник, который застилал постели, укладывая матрасы и задергивая зеленые занавески, поднял на них глаза и проводил ошарашенным взглядом.
— Стучаться будем? — спросил Бивер, когда они шли уже по коридору вагона D57.
— Не говори глупостей, — прокомментировал Экли.
Повернув ручку двери купе, он с грохотом открыл ее. Глаза следившего за ними проводника широко раскрылись от удивления. Через минуту к нему присоединился проводник из следующего по движению поезда вагона.
Эвелин Рэй устроилась на сиденье очень удобно: левой рукой она облокотилась на стол, за голову подоткнула подушку, а подъем ее правой ноги упирался в обитую кожей ручку кресла. Подняв голову, она скользнула по вошедшим вопросительным взглядом, потом вдруг опустила колени и, натянув на них юбку, осведомилась:
— Так, ну и что все это значит?
— Где Лейт? — спросил сержант Экли.
— Понятия не имею, — хмыкнула она. — Кто вы такие? О, привет, Бивер. В чем дело?
— Ладно! Где Лейт? — не унимался сержант Экли.
— Он вышел какое-то время назад, когда я читала…
— Как сюда попал этот чемодан?
— Носильщик принес. Сказал, что Лейт велел отнести его на поезд.
— Где это произошло?
— На предыдущей остановке.
— А что говорил Лейт, когда поезд отъехал от этой остановки?
— Да что вы, я не видела его с тех пор, как сюда доставили этот чемодан.
Смех сержанта Экли был полон презрения и сарказма.
— Ну-ну, думаете, я на это куплюсь. Должно быть, за психа меня принимаете. Бивер, открой дверь в туалет. Джим, быстро проверить поезд.
Тайный агент рывком открыл дверь в туалет.
— Никого, — доложил он.
Другой сыщик метнулся в вагон.
В дверь просунулась голова кондуктора:
— Чего вам всем нужно? Этот джентльмен, что…
Экли приподнял петлицу пиджака, чтобы подчеркнуть значимость своего жетона.
— Пошел вон отсюда, — рявкнул он.
Кондуктор попятился: челюсти и губы у него двигались, но совершенно беззвучно.
Сержант захлопнул дверь.
— Давайте заглянем в этот чемодан, — скомандовал он.
Полицейские расстегнули ремни на чемодане и открыли его. Сержант Экли порылся в одежде.
— Ну, — обратился он к девушке, — так и где же эти два драгоценных камня?
— Какие два драгоценных камня?
— Не увиливайте. Два драгоценных камня, что были здесь.
— Вы с ума сошли!
— Я вам покажу, сошел я с ума или нет, — сказал сержант Экли. — Вы сейчас замешаны в этом деле. Еще одна дерзость с вашей стороны, и я арестую вас как соучастника преступления.
— Какого такого преступления?
Сержант Экли раздраженно махнул рукой.
— Мистер Лейт полагал, что вы остались в городе, — сказала девушка, обращаясь к Биверу.
— Что там себе полагал Лестер Лейт, сейчас в расчет не принимается, — заметил сержант Экли. — Мне нужны эти два изумруда.
— Два изумруда?
— Да.
Не успела Эвелин что-то сказать в ответ, как дверь купе распахнулась, и посланный на поиски Лейта сыщик сообщил:
 
— Знаете, сержант, кондуктор через два вагона рассказал забавную историю. Дело в том, что Лейт впрыгнул в поезд, когда он уже тронулся. Я вскочил в следующий вагон. Вернувшись, я спросил проводника, что случилось с человеком, который сел в вагон…
— Хватит трепаться, — раздраженно оборвал его сержант Экли. — Давай отвечай на вопрос. Что случилось?
— Он сказал, что Лестер Лейт действительно сел в вагон, но тут же спрыгнул обратно.
Лицо Экли помрачнело:
— Значит, ты позволил ему улизнуть, верно?
— Ничего я ему не позволил! — завозмущался сыщик. — Он действительно сел в поезд, и я увидел, что дверь в тамбур закрылась. Этот чертов поезд так тряхнуло, когда я забирался в следующий вагон, что мне чуть руки не оторвало. Я сразу пошел проследить Лейта до этого купе, но, пока я шел через весь вагон, у него была уйма времени, чтобы добраться сюда. Не забывайте, он был на вагон впереди. Я не мог ничего сделать. Откуда мне было знать, что он собирается соскочить?
Сержант Экли повернулся к Эвелин Рэй.
— Я намерен добраться до этих камней, — прошипел он, — даже если мне придется обследовать на вас каждый шов. Так что лучше выкладывайте, где они.
— Говорю вам, я не знаю, о чем вы, — сказала она.
Тут к Экли со значением обратился Бивер:
— А помните тот кусок стекла в жевательной резинке, сержант? Могу поспорить, они просто пытались выяснить, будет ли шарик жвачки держать…
— Это ты дело сейчас говоришь, — оборвал его Экли.
Ухватившись за столик, сержант приподнял его на петлях и уставился на низ столешницы, усеянной разнообразным ассортиментом шариков жвачки. Неожиданно его внимание привлек зеленоватый проблеск.
С триумфальным воплем он схватил один из шариков. Резина прилипала к пальцам, но достаточно отошла, чтобы открыть поверхность огромного зеленого предмета, вдавленного в эту липкую субстанцию.
— Ура! — заорал сержант Экли. — Попался наконец. Наденьте-ка этой дамочке наручники.
Глава VI
Две хитроумные трости
Здание, в котором располагался Клуб исследователей, заливали огни. Время от времени оттуда доносились взрывы смеха или жидкие аплодисменты. Тротуар вокруг здания был заставлен автомобилями. То тут, то там в машинах виднелись шоферы, которые дремали, пристроившись на рулевом колесе, или слушали радио.
Неспешно прогуливаясь по тротуару, Лестер Лейт без труда нашел номер машины Питера Б. Мэйнуэринга. Шофер в ней сидел навалившись на руль.
Лейт обошел вокруг машины и постучал шофера по плечу.
Почувствовав прикосновение пальцев Лестера Лейта, человек стремительно выпрямился. Его правая рука устремилась к левой петлице пиджака.
— Ты — шофер Мэйнуэринга? — спокойно осведомился Лейт.
Острые черты худощавого лица водителя ничего не выражали, когда он ответил, открывая рот лишь с одной стороны:
— А тебе-то какое дело? — Правую руку он по-прежнему держал у левой петлицы.
— У меня трость, что заказал Мэйнуэринг, — сказал Лестер Лейт. — Он велел отдать ее тебе и показать потайное отделение.
— Потайное отделение? — удивился Дикин. — Слушай, я не понимаю, о чем ты.
— Ну, мне-то наплевать, понимаешь ты или нет, — заявил Лейт. — И грубостей твоих мне не надо. Я человек рабочий, как и ты, и делаю чертовски добрые трости. Я выполняю, что мне сказано, вот и все. Так вот, это трость для Мэйнуэринга. Скажешь, что, для того чтобы добраться до потайного вместилища, нужно лишь отвинтить верх.
— А зачем ему вместилище в трости? — уже более дружелюбно поинтересовался Дикин.
Лестер Лейт глупо ухмыльнулся:
— Наверное, носить там таблетки от печени. Откуда мне знать, черт возьми? У меня с десяток клиентов, от которых я получаю такие заказы, и мне достаточно хорошо платят, чтобы я держал язык за зубами. Понятно?