Приват (СИ)

Массивные чёрные ворота автоматически разъехались не успев мы только приблизиться. На ступеньках, ведущих к входной двери, стоял Александр. Мужчина держал руки в карманах и суровым взглядом окинул автомобиль.
И, сейчас, я сидела, точнее утопала в огромном кресле подпирая льдом обмотанным в полотенце, которое мне так учтиво предложил Алекс, свою щеку.
— Мне теперь туда нельзя возвращаться, ты понимаешь это?
— Не мельтеши, сядь! — Алекс кивает на диван возле меня. — Я понял на какую жертву ты пошёл, хватит причитать! Что ты хочешь?
— Безопасности для Даши и себя! — останавливается и смотрит Алексу прямо в глаза.
— Договорились. Завтра в десять мы с тобой обговорим все нюансы. Свободен.
— Теперь я твоя пленница? — задаю вопрос, когда мы остаёмся наедине.
— С чего ты взяла? — удивлённо смотрит на меня.
— Ты слышал такую фразу: «поменять шило на мыло», кажется сейчас происходит именно это. — Дёргаю уголком губ и тут же шиплю от боли. — Дай телефон. Мне нужно позвонить. — Выкарабкиваюсь из кресла и ловлю рассерженный взгляд.
Несколько секунд мы будто играем в детскую игру «кто первый моргнёт» и Александр мне проигрывает. Коротко выдыхает и протягивает телефон. Подхожу и цепляюсь пальцами, стараясь не касаться его. Но мужчина резко тянет гаджет на себя, заставляя и меня дёрнуться вперёд.
— Вот только я не он, — цедит сквозь зубы, — и бить тебя не собираюсь! — отпускает.
— Это не он! — рычу в ответ. Почему-то испытываю дикое желание оправдать Мирана. Кладу телефон в карман и выхожу прочь из комнаты.
— Иван Александрович доброй ночи… — стараюсь придать голосу невозмутимости, но, ничего не получается.
— Что случилось? — прямой вопрос, летящий точно в лоб. Интуиция у этого мужчину работает на пятерочку.
— Можно Диана у вас задержится ещё на день?
Наивно полагаю, что смогу со всем разобраться за одни сутки.
— Я повторю ещё раз свой вопрос: что случилось? — тембр отдаёт металлом и становится не по себе.
— Я могу упустить эту часть вопроса?
— Хорошо. — Секундное молчание. — Тогда у меня следующее предложение, как ты смотришь на то, чтобы Диана и Надюшка поехали на неделю в санаторий отдохнуть, а через несколько дней я и сам к ним присоединюсь.
— Идеально! — разворачиваюсь не скрывая улыбки и натыкаюсь на все ещё суровый взгляд Алекса.
Мужчина проходит мимо меня, когда я прощаюсь со свекром.
— Тебя учили что подслушивать не хорошо! — догоняю его на лестнице ведущий на первый этаж.
— Нет. Не учили.
— Сколько я здесь буду находится? — перехожу к самому главному.
— Сколько понадобится.
— Это не ответ! У меня ребёнок, который нуждается в моей защите! — влетаю в мужчину, потому что он резко останавливается и разворачивается.
— Твой ребёнок находится по защитой твоего бывшего свекра. Не думай что он простенький бизнесмен, который совершенно не знает куда ты вляпалась. Если люди о чём-то молчат, это ещё не значит, что они чего-то не знают.
— Значит он очень тактичный человек, которому хватает ума не лезть в мою жизнь. — «В отличии от тебя!», но этого я не добавляю. Отшатываюсь от него и поднимаюсь на одну ступеньку выше.
— Он до отвращения тактичный человек, — Продолжает свой путь. — И не вмешивается он только потому, что держит ситуацию под контролем.
— Под твоим контролем? — Вспыхиваю за секунду. — Так вы знакомы?
Быстро спускаюсь вниз, так как мужчина скрылся за дверным косяком.
Следую за ним и оказываюсь в кухне совмещённой со столовой. Мужчина подходит к барной стойке и наливает себе выпить.
Дико раздражаюсь от того, что он игнорирует очень важные для меня вопросы.
— Как не гостеприимно! — цокаю языком и подхожу к Александру. Становлюсь на носочки доставая стакан и наливаю в него первое что вижу, точнее то, что не успел убрать мужчина. — Надеюсь твоей пленнице можно выпить?
— Ты здесь не пленница.
— А кто? — делаю большой глоток и алкоголь словно душит своей крепостью. Глубоко дышу. Впредь — пить только мелкими глотками.
— Гостья. — Алекс не предпринимает никаких попыток помочь мне справится: предложив закусить или стакан воды, лишь смотрит на меня сканирующим взглядом. Наверное оценивает: хороший ли я собутыльник или нет? Оказывается нет.
 
Запрыгиваю на высоченную стойку и кручу головой рассматривая стильный дизайн: деревянные, ничем не прикрытые балки очень красиво сочетаются со стальной кухонной мебелью. Мне нравится.
— Так ты мне расскажешь откуда знаком с Иваном Александровичем?
— Это информация не спасёт тебе жизнь.
Он злится. Похоже еще не отошёл после нашего крайнего разговора.
Раньше он был более разговорчивее и теплее что ли? Да какая мне собственно разница? Он что, думает что я ему в ноги кинусь за то, что он меня якобы спас? Обойдётся! Не будет этого.
Никакое это не спасение. Мне все равно придётся встретиться с Мираном. И сейчас уже не ясно, сможет ли он сдерживать себя как сегодня? Кажется, выходка Севы, полностью уничтожит его сожаление.
— А что, по-твоему спасёт меня?
— Прибывание в этом дома. — Алекс осушает стакан и даже не морщится.
— В огромном домине, где только ты и я? — удивлённо вскидываю бровь.
Ставит стакан и упирается локтями о столешницу, близко. Катастрофически близко.
Устало трет ладонями лицо:
— Охрана в соседней пристройке. — Снова тянется за бутылкой и невзначай проводит по моему бедру. Замирает и смотрит на меня, но руку не убирает.
Во взгляде невозможно ничего прочесть. Просто лед — холодный и пронизывающий.
— Не надо… — качаю головой и опускаю глаза туда, где его пальцы гладят джинсовую ткань.
Неконтролируемые мурашки рассыпаются по всему телу и это больше от того, что я не знаю этого человека. С ним как по тонкому льду.
Если с Мираном все ясно — вспыльчивость и отсутствие какого-либо терпения, ясно показывают его намерения, то здесь все намного сложнее.
Я совершенно не понимаю чего ожидать от этого человека. Испытываю, испытываю его, а он все равно появляется. Но это же не будет вечно продолжаться? Когда-то лед треснет и я провалюсь под воду. Не бывает у людей нескончаемого терпения.
— Я не трону тебя, тем более против твоей воли. Ты до сих пор не поняла этого? — метает искры. — Ты с головой погрязла в криминальном мире, девочка. Пора бы уже это принять. Как раньше, больше не будет. Верь, не верь, но единственный кто не хочет тебе зла — это я! Поэтому, перестать шугаться. Никто здесь, тебя насиловать и принуждать не будет!
— А это что значит? — смотрю на его руку, пальцы которой все также гладят мое бедро.
— Сорвался! — отдёргивает руку. — Я буду с тобой откровенен — Ты мне симпатична. Именно поэтому, ты до сих пор сидишь на моей столешнице, а не умываешь своё красивое личико горькими слезами. Тебе что-то не нравится? — вдруг вспыхивает и отстраняется от меня. — Вперёд — дверь открыта! Можешь валить отсюда, теперь уж точно я тебя спасать не буду. Или же… иди в свою комнату. По лестнице, вторая дверь справа.
Его откровение удивляет и сносит напрочь все мои предыдущие мысли. Что он хочет этим сказать, что помимо рыцарского поступка у него ещё и благородное сердце? Такое вообще бывает? Он сам сказал что я погрязла в криминальном мире, а здесь, мне кажется, нет места чему-то настоящему. Он провоцирует меня, чтобы вызвать жалость?
— Нет уж! — спрыгиваю со столешницы и значительно проигрываю в росте. Алекс возвышается надо мной смотря взглядом леденящим душу. Вздергиваю подбородок, пусть не думает что я принимаю его поступок как спасения моей шкуры. Неизвестно чтобы ждало меня в доме Мирана, но известно, что теперь мое положение в разы хуже. — Не нужно меня выставлять лицемерной сукой! — Толкаю его в грудь, кажется алкоголь придаёт мне уверенности.
Искрящееся напряжение проходящее между нами, вмиг даёт понять, что лучше бы мне прикусить язык и не пользоваться его добротой. Я здесь, только потому, что сама так решила. Но это я так думаю..