Тот самый сантехник 7 (СИ)

И он отошёл к окну. А Боря, глядя на сумку, задумался. Действительно, есть над чем поразмыслить. Ведь в наличие у него был гараж, оставшийся от отца и микроавтобус, что приобрёл на свои трудовые. Вот внедорожник Биты уже достался не совсем трудовым путём, но то поблажки кармы.
Жаль, что взорвался автомобиль Антона, но может там, в тюрьме, ему от этого будет немного легче? И хотя бы часть грешков за воровство спишется? Как пришло, так и ушло. А гараж жене достался, и на её бизнес пошёл. Себе не оставил.
Вот на свою однокомнатную квартиру Глобальный уже почти трудовой деятельностью заработал. Но, как и положено нормальному сыну — отдал маме. И риелтор Аглая если и имела на него какие-то планы, используя как раба в ближайшие годы, то уже передумала. Теперь на двоих ресторан возьмут и бизнес с оценками квартир под ремонт на поток пойдёт.
«По весне, когда люди по первому теплу шевелиться начнут с дачами и прочими загородными домами», — прикинул внутренний голос.
А ещё у него половина доли в секс-шопе с Яной и судя по доходу за первый квартал, от самозанятого быстро на индивидуального предпринимателя придётся перескочить. Это, не говоря уже о том, что в сумке лежит шестнадцать миллионов, из которых он три потратит на квартиру. Останется тринадцать.
Аглая писала, что «Печень навылет» обойдётся им каждому по восемь миллионов. Со всей прилегающей территорией выкупят, часть ещё и в аренду возьмут на пятьдесят лет. Больше никому никогда не надо. Их той арендованной земли он часть Ларисе под парковку дальнобоям выделит, а то и гостинку построят на пару с ней.
Но это — потом. А сейчас налички останется пять миллионов. Миллион потратит на ремонт трёшки в сталинке, если сам всё будет делать. Или полтора-два, если наймёт бригаду. Но в запасе всё равно будут деньги.
А ещё Шац говорил, что в плинтусах у него запас хоронится, брать можно. И даже нужно. За выполненную работу.
«Но вот сколько — не уточнял», — напомнил внутренний голос: «Так что лучше всё проверить, оценить, а там и решать, на сколько натрудился».
Это всё, конечно, без учёта процентов от продажи, если дом Битиных реализует. А теперь ещё и особняк Князевых в список продаж встанет. В список доходов же войдёт реализация золота и золотого песка, если будет почаще появляться в посёлке Жёлтое золото и краны зачищать с фильтрами. А дальше — кто знает?
«Да с таким раскладом самому можно Роме продюсером стать», — прикинул внутренний голос: «А ведь ты ещё забыл, что прицеп с подложкой в аренде катается. И участок у тебя есть под свой дом уже переоформленный под строительство. А отец свой рядом купил и тебе продал на голубом глазу. Кунг с инструментами и контейнеры на участке вообще считать не будем. Но если забор по весне не поставишь, то свиснут».
И Боря, прикинув, что на ближайшие пару лет денег хватит, принялся дожидаться окончания разговора. Но следом за страховкой на транспорт Коба принялся страховать чью-то жизнь.
В этот момент Боре и позвонил наставник сантехнического дела.
— Степаныч, рад слышать, — ответил Глобальный с улыбкой, расползаясь по мягкому креслу.
Если сам Коба сидел в довольно жёстком кресле, чтобы не расслабляться, то гостям — всё лучшее. Они же — клиенты. А к должникам он и сам наведаться может. То разговоры без стула.
— Боря, сколько лет, сколь зим? — заворковал Василий Степанович. — Ты куда пропал?
— Да только с Москвы приехал. Буквально, с поезда.
— Слушай, мы тут с Зоей покумекали кой-чего. Подсоби, как освободишься, а?
— Чего там, Степаныч? — заинтересовался Глобальный. — Конечно, помогу.
— Да квартиру мою надо продать.
— Сталинку? — уточнил сантехник.
— Ага. Куда мне одному столько комнат? Вся пенсия на оплату ЖКХ уходит. Они же в мае как в январе теперь топить будут после проверки. А перекрывать батареи жалко. Всё-таки уплачено, — разъяснил Дедов. — А так по миру поездим, покатаемся. Поживём как люди. Зоя, почитай, кроме Таиланда, нигде и не была. А я и в Таиланде ни разу не был. Правда, что ли, что мужики там как бабы, а бабы как мужики?
 
Ответа Боря не знал, но зато точно знал, что делать с квартирой:
— Степаныч, лучше сдавай квартиру. Копеечка будет и на оплату, и на путешествия.
— Сдавать — это долговременно, — прикинул обстоятельный наставник, который жил по системе «мужик подумал — мужики сделал». По крайней мере до того, как начал жить с Зоей. — Да и мороки много. А я уже слишком стар, чтобы этим заниматься. Да и Зое это не надо, — тут он сделал голос потише, прошептав в трубку. — Говорит, свой миллион давно заработала. И есть подозрение, что речь не о рублях.
— Так давай я буду сдавать, — прикинул Боря, вспоминая район. — Как посредник.
— А с продажей чего? Никак? — заколебался Василий Степанович.
— Степаныч, а зачем ты свой актив будешь продавать? — ответил вопросом на вопрос Глобальный, прекрасно помня два момента.
Во-первых, отношения бывают ненадёжными. И Зоя всегда может выгнать наставника. А во-вторых, в квартире товарища Дедова отлично себе жил отец, который только собирался в рейс дальнобойщиком.
«Его всё равно в первый же день за руль многомиллионной махины не пустят», — прикинул внутренний голос: «Сначала покатается рядом с умелым водителем, обвыкнется, приноровится, а месяца через два от силы, в первый рейс уйдет. И если продавать квартиру, то тянуть это время придётся. Вопрос лишь — как тянуть? С продажей? Или с пользой для кошелька наставника?»
— Думаешь? — засомневался Дедов.
— Степаныч, давай так, — предложил Боря. — Если найду крутого покупателя для твоей квартиры, дам знать. Но если найду стабильного человека, которого не жалко в жилище запустить, то буду настаивать на этом варианте. Добро?
— Добро, — ответил Степаныч и передав привет от Зои, отключился.
Боря снова на сумку посмотрел. Может, и актив наставника выкупить? Какая собственно разница, в одной сталинке ремонт делать или в двух? Всё — выгодна. Через год уже на полмиллиона дороже будут. А то и на миллион.
«Недвижимость дорожает быстрее золота», — напомнил внутренний голос.
Ожидая уже третьего разговора Кобы с клиентами, Боря вдруг понял, что туда миллион, сюда миллион и снова ничего не останется. Тогда уже не то, что брату в клип не вложится, так ещё и должен останется. Как раньше, когда всем обещал, а они, не будь дураками, тут же соглашались.
А теперь от прошлых обещаний только бассейн Дашке остался. Построить, в смысле. Но это снова десятки миллионов вложений.
«А ты тут от песен отказываешься. Совсем не умный? Нам ещё дом строить! Свой. Собственный. Или лучше сразу два. Ведь обе — беременны. Вместе рыжую и спортсменку не поселить. Татьяна Юрьевна, опять же. Её куда денешь? А там между парой домов хотя бы забор поставить можно», — разложил всё по полочкам внутренний голос.
— Ладно, Моисей Лазаревич, я подумал. Пишите авторские на меня, — наконец, согласился Боря. — Рома человек не надёжный. Сопьётся ещё с дуру. Или на монашке женится. А то и в скит уйдёт или на Ибицу переедет. С него станется. Человек не предсказуемый. Лучше я его сам подогрею. По обстоятельствам смотреть буду. Как себя поведёт, так и поступлю.
— Слышу слова не мальчика, но мужа, — тут же одобрил Коба. Всё-таки чем больше под рукой обеспеченных знакомых, тем лучше. Всегда можно перехватить до зарплаты, качаясь на волнах кризиса. — Тогда от вас жду нового текста. А я пока режиссёра смышлёного присмотрю. Но над «фишкой» подумайте, Борис. Помните, по закону шоу-бизнеса кто-то всегда должен быть пидором, негром или хотя бы в штаны сраться. Чтобы подольше не забывали. На слуху звезда должна быть. Пьяная или с придурью. Или тут же идти в политику, если ничего не выходит. Но там своих придурковатых хватает «с фишкой» хватает. Да и конкуренция со спортсменами жёсткая начинается. Те хоть и полные дебилы часто, и двух слов связать не могут, после удара в голову, но тоже на слуху у публики. И как любые обезьяны, на кнопки нажимать умеют. Кстати, советую застраховать ваш бизнес. Сумма — копейки, а спать крепко будете.