Король сыщиков
— Вот это мило! — воскликнул пришедший. — Моя почтенная хозяйка, миссис Шелвуд, не желает признавать собственного жильца!
— Ах, это вы, мистер Пинкертон! Ну, в таком виде вас простительно не узнать!
Сыщик засмеялся и прошел к себе в комнату, где его уже поджидал его верный помощник Боб Руланд, который сидел, уютно устроившись в кресле, и покуривал сигару. При виде Пинкертона Боб встал.
— Здравствуйте, учитель! Можно узнать, на какое дело вы посылаете меня сегодня ночью?
— Надо кое-кого арестовать, — ответил Пинкертон, снимая с себя лохмотья и превращаясь в нормального человека.
— Арестовать?! — воскликнул Боб. — Надеюсь, что это будет ловкий и опасный противник!
— Да, ты угадал. Поэтому будь осторожнее. Возьми с собой двух полисменов и отправляйся в погребок Томаса, что у гавани. Там ты найдешь человека, называющего себя лордом Стоунфилдом. Он и есть организатор убийств, совершенных на Цепном мосту.
Когда Боб ушел. Пинкертон закурил трубку и, прежде всего, расположился поудобнее, чтобы немного отдохнуть. Около двенадцати он встал, накинул темную крылатку и отправился на Цепной мост.
Было уже за полночь, когда он достиг цели. Луна время от времени пряталась за облака. На мосту не видно было ни души.
Сыщик высоко поднял воротник и надвинул шляпу на самые брови. Он шел медленно и спокойно, словно на прогулке, однако зорко смотрел по сторонам. Том Мор не показывался, хотя Пинкертон чувствовал, что он уже здесь и поджидает свою жертву.
Он постепенно приближался к середине моста. Ни направо — за перилами, ни налево — на рельсах железной дороги — не было заметно ничего особенного.
А что если Мор отказался от преступного намерения? Что если он почуял неладное и улизнул?
Пинкертон был зол на себя. Ему уже казалось, что тщательно продуманный план провалился. А ведь все было так хорошо рассчитано! Образец почерка лорда Стоунфилда он получил накануне от миссис Барри, а имя разбойника Тома Мора узнал, когда под видом пьяного бродяги валялся у подъезда и подслушал его разговор с горничной Мэри. Тогда же он подписал конверт с письмом якобы от Стоунфилда и отдал его в погребке Томаса…
Сыщик остановился и, запрокинув голову, стал вглядываться в темную сеть железных ферм над собой. Может быть, Том Мор спрятался наверху?..
Тут размышления Пинкертона прервались: сверху, с железной балки, что была прямо над его головой, сорвалась какая-то темная масса, раздался хриплый крик, и Пинкертон оказался в чьих-то железных объятьях. Кто-то со страшной силой тащил его к перилам моста.
Толчок от свалившегося сверху грузного тела был настолько силен, что сыщик чуть было не перелетел через перила вслед за собственной шляпой. Но он плотно прижался к перилам и, напрягая все силы, попытался разорвать железные объятия Тома Мора. Пинкертон понял, что имеет дело с необычайно сильным человеком и что долго ему не выдержать. Он старался высвободить хотя бы одну руку, чтобы достать из кармана револьвер. Между тем преступник, сопя и напирая на него всем телом, стремился перебросить его через перила.
— Напрасно стараешься, Том, — сказал Пинкертон спокойнейшим голосом. — С Натом Пинкертоном тебе не совладать. И не убивать тебе больше людей по поручению лорда Стоунфилда!
На мгновение руки преступника как будто разжались, когда он узнал, с кем имеет дело. Но тут же, испустив дикий злобный вопль, он напряг последние силы, — и сыщик оказался по ту сторону перил.
Однако Пинкертон не растерялся: крепко вцепившись в преступника, он потащил его за собой. Здесь деревянные шпалы образовали узкий выступ, и здесь, на головокружительной высоте, противники продолжали бороться не на жизнь, а на смерть.
— Наконец-то ты попался мне, собака! Теперь живым не уйдешь! — шипел Мор, силясь столкнуть Пинкертона в воду.
Тем временем сыщику удалось высвободить одну руку. Он быстро выхватил из кармана револьвер и приставил его холодное дуло ко лбу преступника.
— Сдавайся, Том Мор! Еще одно движение — и будешь убит!
Том замер. Его руки еще обхватывали противника, но перед лицом верной смерти он не решался продолжать борьбу. Скрежеща зубами, он понял, что всякое сопротивление бесполезно.
— Нет! — заревел он. — Я не сдамся! Я еще не в твоих руках, Нат Пинкертон!
И в тот же миг, выпустив из своих объятий Пинкертона, он бросился вниз. Пинкертон ясно расслышал всплеск от упавшего в воду тяжелого тела. Он свесился с моста и стал пристально вглядываться в темноту. Но при тусклом свете луны ничего нельзя было различить, и Пинкертон перелез через перила обратно на мост.
* * *Около двенадцати часов ночи в погребок Томаса вошел элегантно одетый джентльмен с изжелта-бледным лицом, без бороды и усов, с темными глазами и темными волосами. С порога он стал беспокойно озираться, видимо, находясь в сильном волнении.
— Тома Мора нет здесь? — обратился он к хозяину.
— Он был здесь, мистер Стоунфилд, но с час тому назад какой-то пьяный бродяга принес ему письмо, и он тотчас ушел.
— Он ничего для меня не оставлял? Не говорил, когда вернется?
— Нет, ничего не говорил.
— Придется подождать! Не может быть, чтобы он забыл обо мне в таком важном деле…
Джентльмен сел за стол, заказал виски и принялся читать газету. Но было видно, что он совсем не думает о том, что читает: он поминутно смотрел на часы и бормотал проклятия.
— Куда же он пропал? — ворчал он. — Если Мэри права, и Пинкертон в самом деле пронюхал кое-что о нас, то надо как можно скорее посоветоваться и решить, что делать дальше…
В эту минуту дверь отворилась, и вошел высокий молодой человек в сопровождении двух полицейских. Это был Боб Руланд. С минуту он стоял, отыскивая кого-то глазами, а потом прямо направился к столу, за которым сидел Стоунфилд.
— Это вы — лорд Стоунфилд?
Тот побледнел, как смерть, и вскочил со стула.
— Что это значит? — закричал он. — Как вы смеете говорить со мной таким тоном?!
Руки Стоунфилда молниеносно опустились в карманы, чтобы достать револьверы.
Но в тот же миг Боб с такой силой ударил его кулаком в подбородок, что он потерял сознание и упал под стол. Полицейские тут же обезоружили его.
— Что вы себе позволяете? — очнувшись, продолжал он кричать, пока полицейские вели его к выходу. — Как вы можете ни в чем не повинного человека…
Боб иронически рассмеялся.
— «Ни в чем не повинного»! — передразнил он. — Это как посмотреть! Не вы ли, милорд, поспособствовали тому, что мистер Грин, мистер Полли и мистер Барри были сброшены с Цепного моста?
Стоунфилд вздрогнул и выругался. Полицейские вывели его из погребка, усадили в карету и повезли в дом предварительного заключения.
На следующее утро Пинкертон лично арестовал и горничную Мэри.
* * *Оказалось, что Стоунфилд действительно был главным виновником всех трех убийств, совершенных на Цепном мосту.
Он вовсе не был племянником покойного миллионера Грина, но ему удалось ловко завлечь его в свои дьявольские сети. Как-то, совершенно случайно, Стоунфилд узнал о некоторых неблаговидных коммерческих махинациях, в которые впутался Грин. Этих сведений было вполне достаточно для того, чтобы опорочить миллионера в обществе и даже отдать под суд, чем мошенник и воспользовался самым постыдным образом. Почувствовав, что миллионер стал в его руках безвольным орудием, он потребовал, чтобы тот выдал его за своего племянника, составил завещание на его имя и ввел в общество под именем лорда Стоунфилда. Затем, с помощью своего сообщника Тома Мора, женатого на горничной Мэри, он заманил несчастного мистера Грина на Цепной мост, откуда тот уже не вернулся.
Молодой Мистер Полли, бывавший в доме Грина, заподозрил что-то неладное в отношениях лорда Стоунфилда со своим названным дядей. Странной показалась ему и внезапная страшная смерть миллионера. Он открыто высказал свои подозрения Стоунфилду, прекратил дружбу с ним и заявил, что этого так не оставит. За это заявление он заплатил жизнью: негодяи и его заманили на Цепной мост, где покончили с ним.