Вида своего спаситель (СИ)
Все содрогнулись, вспомнив смех Шана Юна. Бывший дракон устроился наемным менеджером в одно из подразделений клана Джехека и активно льстил Немукко. Даже смеяться старался так же. Плюс в этом был такой, что все его люди, включая Крисси, ставшую отличным продавцом услуг Джехека, теперь зарабатывали относительно честным трудом.
— Лекса, почему папа заставляет нас летать с ним по скучным планетам? — подергав мою жену за руку, заныла Микки. Хомяк на ее плече дернулся и поцеловал ее в щеку — проделки Алисы, разобравшейся в нехитром мозге Тигра и решившей с моего позволения сделать его умнее. — Здесь даже зверюшек нет!
— Потому что кое-кто сам напросился, — строго сказала Лекса. — Тем более теперь, когда Уантеж принял тебя в Опустошители, тебе лучше не ныть, Микки. Вспомни первое правило Опустошителей.
— Опустошитель опустошает себя, полностью отдаваясь делу на благо Ингуса, — процитировала Микки. — Только тут никакого блага Ингуса, все равно папа все отдаст Институту!
— Неправда. Он делится всем с Опустошителями.
— Пи-пи! — подтвердил Тигр, тоже ставший Опустошителем.
— Да ну тебя, Тигр! — обиделась Микки. — Ты вообще-то мой хомяк, а потом только — ее!
Гиперион, как обычно ставший моими доспехами, за прошедшее время так поумнел, что считывал ситуацию на ходу. Вот и сейчас с моего плеча слетел один гиперкубик и устремился в руки Микки — развлекать ее разными формами.
Мои спиннеры тем временем уже согнали местных ко мне и коллективно начали думать о том, где им поселиться. Им нужна была планета с жизнью, с которой они могли бы жить в симбиозе, но без разумных — чтобы не лишиться репутации на Сидусе, гражданами которого стали. Правда, Коалиция об этом не знала, только члены Верховного совета, чтобы не порождать панику. Его председатель, Ханг Ли, первый хомо в совете, занял на этот счет четкую позицию, оберегая моих спиннеров от лишнего ажиотажа.
В общем, все шло хорошо. После метаний по двум галактикам в попытке спасти мир, я наслаждался текущим положением дел. И вновь обретенным статусом мужа.
Оправившись от траура по брату Алексу, Лекса сама сделала предложение: «Милый, мы же взрослые и самодостаточные люди, так? Мы всегда вместе, я люблю тебя, ты — меня. Давай поженимся, осядем где-нибудь и заведем детей?» Конечно, я согласился.
Что касается пропавшего шаттла, залетевшего в прошлое, то из архивов сети на Земле удалось установить определенные детали произошедшего.
Президент Алекс Шеппард направлялся на Сидус не один, а с супругой Ритой Шеппард. Вместе с ними находились друзья семьи: Дениза Ле Бон и Зоран Савич, хорошо известные Лексе и Хангу. Впрочем, и я о них слышал. Первая была внучкой известной в прошлом топ-модели и киноактрисы, второй — основателем Первой Марсианской компании, одиннадцать лет назад нашедшей артефакт Предтеч на Марсе.
Об экипаже судна, по большей части управлявшегося роботами, выяснить ничего не удалось. Лучшие умы человечества, летевшие на Сидус, чтобы исцелиться от смертельных болезней, прожили недолго, их судьба осталась неизвестной. Что случилось с Ле Бон и Савичем — тоже загадка.
А вот Шеппарды, относительно молодые и здоровые, приняли новые имена и встроились в земное общество начала двадцать первого века. Их судьбы можно было отследить лишь до 2018 года, после чего оба исчезли. И это давало Лексе надежду, что ее брат нашел выход и из этой ситуации.
Зато нам удалось найти Хатунум и выживших юяй. Они-то и рассказали мне о том, как кур’лык Анак Чекби вошел с ними в контакт, после чего я отвез их на Сидус. Юяй стали тринадцатой расой Коалиции, не считая бедолаг-каккерлаков и ненастоящих гурита…
От воспоминаний меня отвлек Ханг, который, положив руку мне на плечо, хотел что-то сказать, но, когда я посмотрел на него, застыл с полуоткрытым ртом.
Не поняв, что с ним, я покрутил головой — застыли все: гиперкубик, парящий перед смеющейся Микки, и хомяк Тигр, и остальные. Молчали, не откликаясь, даже спиннеры.
Лишь меня это не коснулось. Чувствуя, как ускоряется сердце, я подбежал к дочке, но не успел ее коснуться, как услышал знакомый, пробирающий до мозга костей голос:
— Вот мы и снова встретились, Картер Райли. Кстати, хорошая броня. Вижу, ты не стоял на месте и стал еще сильнее.
Рядом материализовалась трехметровая фигура демона.
— Ваалфор Хфор, — кивнул я. — Чем обязан?
— Прости за это маленькое вмешательство, но тебе пора. Дро-Раг решил, что ты слишком опасен, чтобы оставлять тебя в этой ветке реальности. Твои деяния отражаются и бьют нежелательным эхом по всей мультивселенной. Тебе придется поучаствовать в Селекции и, если пройдешь ее, защищать интересы человечества в последующей Диагностике. Я дам тебе минуту, чтобы ты попрощался с родными. Выем будет произведен без последующих предупреждений.
Хфор исчез, время продолжило ход, а мир снова заработал.
— О, пап, опять тебя Гиперион телепортировал? — удивилась Микки. С ее точки зрения, я, стоявший в пяти метрах от нее, просто телепортировался.
Обняв дочь, я поднял ее и поцеловал в нос.
— Все будет хорошо, родная.
Лекса, чувствуя неладное, приблизилась.
— Милый, все в порядке?
Я пожал плечами, скривив рот в виноватой ухмылке:
— Даже не знаю, как объяснить. Помнишь, я рассказывал тебе о ваалфоре Хфоре? Так вот, он вернулся за мной, и меньше чем через минуту я, скорее всего, исчезну.
Не последовало криков, охов и ахов. Лекса, моя Лекса, поступила, как и должна жена и боевая подруга, обняла, поцеловала и прошептала:
— Надери им всем там зад! И возвращайся!
Я не разжимал объятья до последнего, цепенея от боли при мысли о том, что, вполне возможно, делаю это в последний раз. Обнимал ее, но думал не только о ней, но и о нашем будущем ребенке.
Именно это заставило в последние секунды до назначенного срока смалодушничать, и я активировал «Сохранение Предтеч». В этом измерении меня заменила копия, глазами которой я наблюдал за отсчетом:
3…
2…
1…
Выем.
Через мгновение мир погас, и все исчезло.
Остался только я.
Но это совсем другая история.
Конец.