Приют для миллионера (СИ)

Мне даже перехотелось домой, зато появилось стойкое желание сменить страну, а заодно и паспортные данные. Все происходящее угнетает и давит, еще ничего не случилось, но уже запредельно страшно.
Мы с Россом, наконец, остаемся одни, и я решаю больше не тянуть.
— Когда дело доходит до того, что требуется охрана, — начинаю, — мне кажется, я имею право знать.
— Прости, но я еще не подобрал слова.
Он сидит за столом со стаканом виски и устало одаривает меня взглядом. На нем все та же белая рубашка с расстегнутыми до торса пуговицами. В разрезе виднеются крутые изгибы мышц, которым позавидовал бы любой спортсмен.
— Я порвала с молодым человеком. Да, он жесток и эгоистичен, но он же не убьет меня. А ты вызвал охрану, запер здесь и оставляешь в неведении?
— Его бизнес приносит ему огромные деньги, но это не единственное, чем занимается Сток. Он замешан в серьезных делах, Эйва. Это все, что тебе нужно сейчас знать.
— А причем тут я?
Он молчит некоторое время, явно обдумывая свои следующие слова, пропуская их через фильтр.
— Ты слышала с кем Тоби состоял в отношениях до тебя?
Я отрицательно мотаю головой, не припоминая ни единой информации об этом.
— И не услышишь. Она пропала. Бесследно исчезла, — Росс чиканит жестко, чтобы смысл сказанного дошел до меня.
Я хлопаю глазами, совершенно не понимая, как реагировать. Произнесенные им вещи пугают и выбивают из равновесия.
— Откуда тебе знать? Может, она просто уехала.
— Ага, туда, откуда не возвращаются, видимо.
Не знаю за что цепляться: то ли за его пренебрежительный тон, то ли за страсти, которые он рассказывает.
— Не смей со мной разговаривать в такой манере. Чем ты лучше? Деньги, машины, охрана… Власть вскружила тебе голову, как и всем остальным. Сбежала из одной клетки, чтобы меня заперли в другой?
Росс поднимается и медленно подходит ко мне. Разглядывает, сканирует. Дотрагивается до кончиков моих волос, перебирая их пальцами.
— Говоришь так, будто тысячу раз обжигалась.
— Я видела таких как ты, Мартин, наблюдаю их регулярно. Раскидываются деньгами, вытирают ноги о тех, кто ниже по материальному положению, вершат чужие судьбы.
— Может, я не такой.
— Будто это возможно.
— Вот в чем вся проблема, мисс Хилл, — хмурится Росс. — Всех под одну гребенку.
— Сам-то забыл, как совсем недавно портил мою жизнь? Букет по адресу Стока… А намеки о нашей встрече в ресторане?
Мартин молчит, опустив голову. Снова руки в карманы брюк, как способ закрыться и уйти от ответа.
— А если бы я любила Тоби, ты бы эгоистично сломал мою жизнь? Тогда в чем отличие, Мартин, в чем? Отвечай! — кричу я что есть сил.
В аквамариновых глазах вспыхивает пламя, жесткое, неконтролируемое. Мартина трудно прочитать, и я совсем не понимаю, что у него в голове.
Он поддается странному порыву и сгребает меня в медвежьи объятия. Инстинктивно хочется зарыться в эти большие руки, спрятавшись от всех проблем. На его фоне я выгляжу еще меньше, еще беззащитнее. Как бы я не сопротивлялась — женщине нужен мужчина, настоящий мужчина.
— Лишь на мгновение я допустил мысль, что ты такая же кукла, как все эти барби. Но ты оказалась другой, меня это злило, так как ты не подпускала к себе, — шепот.
— А что же сейчас? — бормочу я ему в грудь.
— А сейчас я не хочу делать тебе больно.
— Кажется, разговор зашел в тупик.
Я отстраняюсь, а он не настаивает. Отпускает меня и возвращается за стол, хватаясь за стакан с коричневым напитком, будто ласка была для галочки, успокоить взбалмошную девчонку.
Оставаться одной совершенно не хочется, поэтому я устраиваюсь на диване в гостиной и отправляю несколько сообщений сестре. После недолгой переписки, меня неустанно клонит в сон, и я прикрываю глаза.
Мартин после третьего стакана виски ударяется в работу и монотонные постукивания по клавишам ноутбука не дают полностью провалиться в забытье.
Слышу, как у Росса звонит телефон. Не вздрагиваю лишь потому, что не сплю, но Мартин считает по-другому.
Он, видимо, захмелел и решил, что нет необходимости выходить из гостиной — все равно не услышу.
 
— Да, детка? — произносит мужчина в вполголоса. — Я скоро буду, потерпи.
Разочарование, досада, сожаление, злость, безысходность: коктейль из ядреных чувств подан, работайте с дозировкой.
Глава 13
Он возвращается ранним утром, едва начинает светать. По виду становится понятно, что ночью ему было не до сна. Усталость взяла свое.
Мне тоже не посчастливилось сомкнуть глаз: разносортные мысли роились в моем воспаленном от происходящего мозгу. Через несколько часов мучений я все-таки заставила себя взять передышку. С этим хорошо справился прохладный душ и чашка горячего кофе.
Ощущаю я себя, как обманутая жена, поймавшая неверного супруга с поличным. И куда-то подевался мой воинственный настрой, который твердил «нам до его личной жизни никакого дела». На деле же все оказывается куда сложнее. Я не могу не думать о его местонахождении, когда сама же нахожусь в его доме.
Росс замечает меня сразу и удивленно вскидывает брови:
— Ты уже не спишь?
Надеваю маску безразличия, помешивая ложкой остатки уже давно остывшего напитка. Холодного настолько, что вкус не доставляет никакого удовольствия. И даже, кажется, горчит, как и сложившаяся ситуация.
— Я и вчера не спала, — даю тонкий намек, — когда ты ушел.
Мартин на мгновение замирает, но сразу же пресекает любые провокации:
— Думал, ты спала, так бы предупредил.
Не понимаю, когда во мне проснулась эта мерзкая ревность, но его поведение задевает. Ложь ранит, режет сильнее ножа, а на доверии можно ставить крест. Минус сто очков Гриффиндору.
Еще больше меня тревожит дурацкая тяга к нему, внезапная, неоправданная. Именно она заставляет меня нервничать. Я не хочу чувств, сейчас не хочу. Но против сердца не попрешь, оно затрепыхалось, утягивая меня в эти страдания.
— О чем? — вкладываю в интонацию все свое равнодушие. — О том, что нужно навестить детку?
Росс закрывает глаза, шумно вдыхая сгущающийся вокруг нас воздух. Он не привык оправдываться и не собирается делать это и сейчас. Глупо закидывать удочку, зная, что в пруду нет рыбы.
Уже тысячу раз жалею, что выдала себя, проявив слабость.
— Боюсь представить, что ты себе накрутила.
Он подходит ко мне медленно, словно боясь спугнуть. Снова этот изучающий ласковый взгляд, усыпляющий женскую бдительность. Моя незримая оборона сыплется по всем фронтам, но я держу марку.
— Опять будешь обнимать? Или засыплешь откровенными признаниями?
— Что за сцена, Эйва?
Действительно, что за сцена, Эйва? Неужто вновь сдаешься, так быстро и так серьезно? Где же страхи и данные самой себе обещания? Не влюбляться, не таять, не надеяться, а главное — не доверять.
— Я больше не хочу быть в твоих руках после кого-то другого.
— Можно счесть за признание, — дерзкая ухмылка проходится по его лицу.
Я замечаю, что вернулся он другим, замороченным, даже немного холодным и без искры. Не поддается на провокации и не следует за эмоциями. Будто два разных человека с одинаковой неизвестной мне целью.
— Сходи в душ, от тебя разит, — кидаю я.
— Чем же? — Росс почуял ревность.
Он не пьян, но его состояние напоминает именно алкогольное забытье. Когда изо всех сил пытаешься уйти от реальности, стереть остроту памяти. Но исцелялся Росс в чужих руках.
— Знаешь что, я разберусь сама, пожалуй.
Мартин, будто отрезвев, хватает меня за локоть и яростно дергает. В его глазах ясность и понимание происходящего. Он снова взял себя под контроль, и я узнаю эту сконцентрированность.
— Я поеду один. Ты останешься здесь, Элиот присмотрит за тобой.
— Он в качестве надзирателя или няньки?
— Язвишь? Это хорошо.
Мне уж точно не нужен надсмотрщик, но донести это до Росса сейчас не получится. Его мысли заняты совершенно другим, а я могу лишь догадываться, чем именно.