Грязная Земля (СИ)

Одновременно раздался звук огнестрельного выстрела.
Одновременно невидимый молоточек ударил в сиреневую стрелу, выбивая искры, разламывая её пополам, отбрасывая обломки в сторону.
Всё это произошло почти перед самым лицом Пахана. Он машинально зажмурил глаза, запнулся и с куском изолона грохнулся на песок перед собой.
Рафик тоже запнулся и с луком в руках упал назад.
Лёшик с раскрытым ртом и луком в руках шагнул вперёд.
— Хороший выстрел, — сказал угрюмый мужской голос.
Лёшик повернулся и увидел, как из кустов вышел высокий худощавый мужчина в потёртой форменной одежде цвета зелёного хаки. Его лицо было загорелым и бородатым. Глаза были жёсткими и угрюмыми. В руках у него была винтовка. Или ружье. Фиг знает, Лёшик в огнестрелах не разбирался. Но самое интересное — Лёшик успел уловить, что своей стрелой он успел попасть в стрелу Рафика, а потом их снесло в сторону выстрелом из огнестрела, как раз со стороны этого мужчины с ружьем. А значит, стрелок это очень крутой! Судя по форме — лесник, наверное.
Рафик приподнялся на локтях и с удивлением посмотрел на происходящее. Мужчина стоял около тех самых кустов, куда улетел лук Алисы, и где лазил Рафик. Он вспомнил это странное ощущение — как будто рядом кто-то есть, как будто кто-то смотрит ему в спину. Но он же тогда оглядывался и никого не разглядел!
— Вы там всё время прятались? — спросил он первое, что пришло в голову.
Мужчина криво улыбнулся и не ответил. Судя по всему, врать он не собирался, а отчитываться перед детьми смысла не видел. Значит — и правда прятался. Но как тогда Рафик его не заметил?
А потом голову из песка поднял Пахан. Приподнялся на руках, сплюнул песок изо рта, сел поудобнее, отряхнул лицо. Выматерился, огляделся. Увидел мужчину в полувоенной форме, обрадовался:
— Эй ты, с ружьём! Арестуй этих! Они хотели меня убить! Вызывай полицию!
По каменному лицу мужчины пробежала гримаса гнева. Впрочем, она была столь быстрой и слабой, что поймали её лишь Алиса и Рафик.
— Нет, — ответил лесник. — Не хотели.
И опять лишь Рафик с Алисой уловили в его голосе почти незаметные злорадство и удовольствие от ситуации.
— Они в меня стреляли! Они вон парня моего поломали! Тяжкие телесные!
Пахан поднялся и отряхивался, одновременно пытаясь доказать леснику, что банда Алисы чрезвычайно опасна. Впрочем, Алиса тоже была здесь и молчать не собиралась:
— Это вы на нас напали! Вы Петю избили! И пытались отнять мой телефон! И лук!
— И мои стрелы спёрли! — подключился Лёшик.
Алиса с Рафиком подошли к Пете и встали около него. А Пахан начал снова злиться:
— Короче, я — сын мэра! А эти лохи позорные по-любому будут крайние.
— Да ну, самого мэра?
Лицо мужчины осталось каменным, но в голосе проявилась издёвка, которую уловил даже Пахан. Немного помолчав, он пристально разглядывал лицо лесника. Потом решил попытаться ещё раз.
— Я когда отцу расскажу…
— Крысить и стучать собираешься, да? — жёстко улыбнулся мужчина.
Пахан поперхнулся. Такого поворота он не ожидал. Херня какая-то!
— Слушай, мужик, если не хочешь, чтобы тебя уволили… — собрался с мыслями Пахан.
— Ты видел стрелу? Я её в воздухе сбил, — перебил его опять мужчина.
Пахан поморщился. Намекает, что жизнь спас?
— Спасибо, конечно, но у меня всё было под контролем. Если ты подтвердишь, что они меня хотели убить — то получишь медаль и премию, что типа меня спас. А если против меня пойдёшь…
— Я стрелу в воздухе сбил, — с кривой улыбкой повторил мужчина. — И ты мне угрожаешь?
И передёрнул затвор винтовки. Тот громко лязгнул, заставив Пахана вздрогнуть.
— Так чего, у тебя всё под контролем было? То есть, никто не пытался тебя убить? Или-таки я тебя спас, и ты мне должен? Ты просто поясни сразу, чтобы я не путался, когда меня твой папаша спросит.
Друзья молча слушали этот спор. Лёшик несколько раз открывал рот, но Рафик положил ему руку на плечо и каждый раз сжимал, останавливая попытку влезть. Алиса молчала, напряжённо слушая этот диалог. Она близко к сердцу приняла помощь лесника, но не была уверена на чьей стороне он будет в итоге. Ведь лесник — это тоже подчинённый мэра.
 
Петя тоже молчал — ему говорить и не хотелось, он лишь кряхтел от боли. Ну а Рафик молчал, потому что он знал, что молчание — золото, и он сегодня уже наговорил достаточно. Он понимал, что влезать с новыми угрозами ему не стоит. Именно с ним Пахан только что бодался. Поэтому лучшее, что Рафик мог сейчас сделать — опустить взгляд, не задираться и больше не отсвечивать.
Что он и делал.
Пахан угрюмо смотрел на лесника. А тот смотрел на него в ответ с каменным лицом. Лишь в его голосе можно было уловить слабую издёвку. Но Пахан такие нюансы ловить не умел. Впрочем, он и так осознал, что лесной мужик помогать ему не намерен. А то и вообще испытывает неприязнь.
— Значит, по-плохому хочешь, да, лесник? — в голосе Пахана появилась угроза.
Он и сам не верил, что лесник с суровой мордой прогнётся. Но через силу накручивал себя. Пахан понимал, что дал слабину, испугался вооружённого лесника. И теперь его это бесило. Потому что мозгом он осознавал — ну не будет тот в него стрелять. Он же только что стрелу в воздухе сбил, лишь бы его спасти.
— Я тебе жизнь спас, мажор, — равнодушно ответил лесник. — Ты мне уже должен. Хочешь, чтобы я за тебя закон нарушил и ложные показания дал? Это будет уже второй должок, а ты ещё первый не оплатил.
— Сколько? — в голосе Пахана появилась надежда.
Наобещать можно с три короба, это базовый навык всех политиков. В генах зашит. Пахан от папки насмотрелся и научился. Ну а когда дело будет уже сделано… Оказанная услуга ничего не стоит.
Друзья перевели напряжённый взгляд на лесника. Тот чуток подумал, картинно глядя в небо.
— Миллион на руки, — лесник опустил взгляд на Пахана.
— Что?! Да вы… — начал Лёшик возмущённо.
Но Рафик стиснул его плечо так, что Лёшик вскрикнул и возмущённо отбросил руку Рафика. Впрочем, его за плечи сразу схватили и Рафик, и Алиса.
— Идёт, — довольно осклабился Пахан. — Ща ментов вызовем, напишем заявы, показания дашь, и в течение месяца я тебе лимон…
— Ты чё меня, за лоха держишь? — в голосе лесника проявился сарказм. — Утром деньги, вечером стулья! Сейчас подгоняешь миллион, потом вызываем милицию и пишем бумажки.
Пахан задохнулся и беззвучно захлопал ртом.
— У меня нету сейчас, — вымолвил он через силу. — Я правда принесу. Потом.
— Ну так потом и напишем. Только миллион это был первый должок. А вот второй…
Лесник сделал паузу, с удовольствием глядя в багровеющее лицо Пахана. Тот начал понимать, что над ним издеваются, сжал кулаки, выматерился — и пнул беззащитный кусок изолона, лежащий рядом с ним на холме:
— Ты пожалеешь! — ткнул он пальцем в лесника. — Я тебя запомнил!
— Ты лучше подумай, как папке пояснишь, если фильм сегодняшний по всему городу пойдёт, — подмигнул лесник с издёвкой. — Я слышал, он такие дела не любит.
Пахан сплюнул и глянул на ботанов. Ткнул в них пальцем и жёстко начал:
— Если видео попадёт в Интернет… — он запнулся, выбирая угрозу.
— Ещё раз тронешь нас попадёт, — мрачно пообещала Алиса. — Держись от нас подальше. Ты нам не нужен, а мы тебе. Договорились?
Пахан опять сплюнул и глянул на Бобика. Тот молчаливой колонной возвышался у дерева на краю поляны, глазея то на небо, то на присутствующих. Дебил, мля… Бесполезный идиота кусок! Впрочем, на мгновение Пахан позавидовал его безмятежности. Бобик не пострадал, ничего не потерял. И даже не расстроился. В сплошных плюсах остался. Вот кто у нас гений-то!
Пахан не счёл нужным спорить или соглашаться с Алисой. Последнее слово, конечно, тогда оставалось за ней — но и соглашаться, что его прогнули, он не хотел. До тошноты не хотел.
Он глянул на Вадика, сплюнул ещё раз (благо песка на лице было достаточно). Увидел свой айфон, лежащий между Вадиком и Петей, скривился. Подошёл к нему, поднял. Уловил, как Лёшик и Рафик сделали шаг назад, и даже Петя чуть-чуть отполз, сидя на земле. Пахан криво улыбнулся. Его расстроило лишь, что Алиса, наоборот — чуть подалась вперёд, сжав кулаки. Бессмертная, по ходу. Пахан расстроился и опять сплюнул.