Привязанность (ЛП)

— Нет.
— Прошу прощения, Пирс. Это не предложение. Это приказ.
— Нет, сэр, — сказал я. — Я выхожу. Орден отнял у меня семь лет жизни. Он забрал одного из моих лучших друзей. Я отплатил вам своими навыками, а теперь отплатите мне моей свободой.
— Думаю, мы уже говорили об этом раньше. Сколько людей уходит из Ордена?
— Меня волнует только один.
— Я хочу узнать больше о возвращении твоих воспоминаний. Наш медперсонал должен знать.
Я покачал головой.
— Мне сказали, что воспоминания могут вернуться, и они вернулись.
— Это была ложь. Ни у кого еще не вернулась память.
— Что вы имеете в виду?
Он снова встал.
— Пусть наши врачи узнают, что произошло, и ты получишь свободу.
Дверь в спальню открылась, и Стерлинг Спарроу вошел в главную комнату. В нем действительно было что-то особенное. Возможно, это было тщеславие, но оно работало на него, создавало ауру важности.
— Мистер Уолтерс.
Топ прищурился.
— Я вас знаю?
— Мне все равно. Я знаю вас. Этот человек теперь свободен от своих обязательств перед вами и вашими людьми. Пришло время позволить Мейсону Пирсу продолжать жить своей жизнью.
Топ вздернул подбородок.
— Мейсон Пирс мертв.
— Больше нет, — сказал Спарроу.
— Почему, сэр, я вообще должен поддерживать этот разговор?
— Потому что это может быть взаимовыгодно.
— И что, — спросил Топ, — что вы можете мне предложить?
— Сегодня я предлагаю вам уйти отсюда живым. Будущее таит в себе бесконечные возможности.
Топ нахмурил брови.
— Я точно знаю вас. — Он оглядел Спарроу с макушки до ботинок. — У меня нет привычки иметь дело с преступниками.
— Чушь собачья, — сказал я. — Вот во что вы превратили каждого из нас, черт возьми. Мы были преступниками ради общего блага.
— Сынок, ради общего блага больше, чем все мы.
Топ повернулся к Спарроу.
— Ты влезешь в долг передо мной, в долг перед моей организацией за этого человека?
— Я ни перед кем не в долгу. Такой возможности нет ни у кого. Вам предлагается сделать выбор в течение ограниченного времени. Выбирайте мудро.
Топ повернулся ко мне.
— Расскажи мне о Морхед.
— Морхед?
— Иначе известная как Стефани Мур.
— Она была одной из… — Я чуть не сказал «нас». — …членов команды?
— Была. Мое внимание привлек один проступок. Мы планировали задержать ее, когда она покинет страну. Вместо этого ее тело обнаружила команда.
— У нее были данные исследований и разработок для состава, выставленного на продажу на черном рынке. Она работала с другими, чтобы получить данные и продать их. Ее партнеры теперь мертвы от ее же руки. Из того, что я мог заключить, она планировала оставить деньги себе.
— Это исследование должно было быть прекращено. Как только она сообщила о прогрессе, мы отправили приказ.
Я переминался с ноги на ногу, задаваясь вопросом, включал ли приказ убийство Лорел.
— Приказ о прекращении исследований?
— Да, Пирс. Ты выполнял задание по уничтожению информации. Я знаю, что все, кто участвовал в исследовании, либо мертвы, либо пропали без вести. Это был не приказ. Похоже, Морхед хотела получить самую высокую цену за продажу, исключив возможность каких-либо дальнейших исследований.
— И зачем вообще прекращать исследования? — спросил Спарроу.
Уолтерс повернулся к нему.
— Как правительство отнесется к тому, что команда гражданских воссоздаст одно из лучших биохимических оружий? Что, если его изобретут заново, и оно попадет не в те руки или будет использоваться не по назначению? Что, если наши враги завладеют им?
— Так вы говорите, что оно уже есть у правительства? — спросил я.
— Пирс, ты должен гордиться.
Лорел? Что он имел в виду?
— Сэр?
— Ты был одним из первых успешных экспериментов. Вот почему нашим врачам необходимо оценить восстановление твоей памяти.
Мои колени ослабли, я откинулся на спинку стула, стоявшего рядом с диваном.
— Хотите сказать, это не была защита моего разума. Говорите, мои воспоминания были стерты?
— В том виде, в каком ты был, от тебя не было бы никакой пользы. Твой успех оказался полезным для других участников.
 
— Скольким членам команды стерли их жизни? — спросил я.
— Какое это имеет значение? — спросил Топ. — Вы все равно все мертвы.
Это было одно из его любимых напоминаний. Мы были никем. Мы официально мертвы. Завершите миссию. Если вы этого не сделаете, вы просто исчезнете. Нельзя умереть дважды.
— Мистер Уолтерс, — сказал Спарроу, — очевидно, ваша организация создает непреодолимый дисбаланс, забирая членов в рабство. Я повторюсь, долг этого человека выплачен полностью. — Спарроу вздернул подбородок. — Не трогайте его. Можете связаться со мной, однако после того, что я услышал, я не могу дать никаких гарантий. Я сделаю то, что отвечает наилучшим интересам моего города.
— Разве не этого мы все добиваемся на разном уровне?
Тон Спарроу понизился, скорость речи замедлилась.
— Подтвердите свободу мистера Пирса.
Топ подошел ко мне ближе и протянул руку. Встав, я принял ту и пожал.
— Спасибо за службу, Пирс. Хотя я не могу вернуть тебе эти семь лет, я могу согласиться на твое будущее, если ты будешь хранить молчание относительно нашего существования. Если у нас возникнут какие-то основания сомневаться…
— О существовании чего именно? — спросил Спарроу.
Топ кивнул Стерлингу.
Когда наше рукопожатие закончилось, я сказал:
— Командир Джексон заслуживал лучшего.
— Прощай, Пирс.
Как только дверь закрылась и Уолтерс ушел, Рид и Патрик вошли в комнату.
— Мы некоторое время будем держать его под наблюдением, — сказал Патрик.
Я прошелся по комнате и обратно.
— Они, блять, накачали меня наркотиками.
Вместо ответа Рид сказал:
— Это зависит от тебя, Мейсон, но мы можем вернуть твою личность. Мы должны придумать историю о том, где ты был, потому что никто не поверит правде.
— Разберемся. Пора домой, — сказал Спарроу.
Глава 52
Лорел
В шелковой кофточке и мальчишеских шортах, готовая ко сну, я села у изголовья кровати, прижав колени к груди. Кровать, на которой я лежала, была из квартиры Лорны и Рида. Поскольку мы, три дамы, весь день курсировали между этим этажом и пентхаусом, я решила прибраться в квартире, избавив ее от семилетней пыли. Лорна и Арания присоединились ко мне, а затем мы вместе перенесли обстановку спальни из гостевой комнаты Лорны в нашу спальню. Кое-какие припасы были украдены из разных ванных комнат на трех этажах, и у нас с Мейсоном появилось достаточно вещей первой необходимости, чтобы, по крайней мере, поспать и остаться в том, что должно было стать нашим новым домом.
— Так ты добился своего, — крикнула я через дверь ванной. — Я в безопасности и свободна.
Слова перестали иметь значение, когда я подумала о смерти Расса и Эрика и даже о смерти Карла Оукса. Рассел был прав, когда сказал, что Оукс жаден; тем не менее, его приговор, вынесенный Стефани, казался чрезмерным.
— И да, и нет, — сказал Мейсон, войдя в спальню и забравшись на кровать, матрас прогнулся под его весом.
Движение кровати не привлекло моего внимания. Мое внимание было сосредоточено на мужчине рядом. Приняв душ, он не надел носки, брюки и рубашку с длинными рукавами, как обычно. Вместо этого на нем были только баскетбольные шорты, которые сидели низко и открывали мышцы пресса. Широкая грудь, руки, ноги и даже ступни являли красивые яркие татуировки.
Вспомнив историю Лорны, я улыбнулась.
— Я собираюсь мечтать о цвете.
Его щеки порозовели.
— Каждую ночь, док.
Пытаясь сосредоточиться на разговоре, хотя запах геля для душа окутывал нас, а мокрые волосы Мейсона соблазнительно упали на его широкие плечи, я спросила:
— Что ты подразумеваешь под «да» и «нет»?