Привязанность (ЛП)

— Ну же, Лорел, верь мне.
Улыбка появилась на моем лице, когда я вспомнила парняека, который сказал то же самое, поднимая меня по узким ступенькам на крышу. Я доверяла ему тогда, и я связана с ним сейчас, доверяя ему свое тело, жизнь и любовь. Я вложила свою руку в его.
— Куда мы направляемся? — Я покачала головой. — Неважно, пока ты со мной, пункт назначения не имеет значения.
Двое мужчин почти ничего не говорили, помогая нам забраться в вертолет. Тем не менее они обращались с заметным уважением к Мейсону как к мистеру Пирсу. Мы надели наушники.
Вертолет поднялся, его лопасти взметнули траву прерии, и мы взмыли над домом Джека, зданиями и сараями. Чем выше мы летели, тем больше земли попадалось в поле зрения. Ущелье больше не таило в себе опасностей; вместо этого я видела в нем наш побег в подземный мир шахт. Выше на гребне стоял дом Мейсона и хозяйственные постройки. Между ними и ниже находились пастбища, обнесенные заборами. Это была поистине потрясающая земля.
Когда только приехала, я приравняла эти прерии к Кадеру — красивые, но опасные. Он потянулся к моей руке, приподняв рукав рубашки достаточно, чтобы я могла видеть кружащиеся цвета вокруг манжеты, и я улыбнулась его поразительному зеленому взгляду, я поняла, что опасность, которую я почувствовала, существовала в прошлом. С каждым открытием человека под татуировками, человека, которого он скрывал всех — или от самого себя, — я все меньше боялась его самого и все больше боялась потерять его.
Более чем через тридцать минут вертолет приземлился в частном аэропорту. Частном, но не малом. Самолеты на летном поле варьировались от маленьких, похожих на самолет Мейсона, до огромных чудовищ. Как только лопасти затихли, мужчины открыли двери и вывели нас на залитую солнцем взлетную полосу.
Приехала маленькая машина, чтобы отвезти нас к самолету, который, как нам сказали, должен был уже прибыть. Когда Мейсон сжал мою руку, я подняла глаза и увидела его сияющий взгляд. Мои глаза проследили за направлением, в котором он смотрел, и я ахнула.
— Что за черт?
Самолет перед нами не был похож ни на что, что я когда-либо видела раньше. Он был разрисован в виде птицы, карикатура, которая делала это существо художественно свирепым. С серой головой, белыми щеками и черным нагрудником он казался хищным, так как открытый клюв покрывал самую переднюю часть, а его пронзительный темный глаз окружал окно кабины.
Мейсон улыбнулся.
— Это воробей.
Перед нами спустились ступени, на верхней площадке которых стояли две женщины и мужчина. Мужчина поспешил вниз.
— Мистер Пирс.
Он кивнул.
— Да, я Мейсон Пирс, а это… — Он наклонил голову в мою сторону. — …это доктор Карлсон.
Я резко дернула головой в его сторону при упоминании моего настоящего имени. Прежде чем я успела задать вопрос, человек, представившийся Китоном, приветствовал нас на борту. На верхней площадке лестницы нас ждали пилот и стюардесса.
Мой разум был слишком рассеян, чтобы запомнить их имена или то, что говорилось вокруг нас.
После того, как Китон показал нам удобные большие кресла и спросил, не хотим ли мы чего-нибудь поесть или выпить, Китон предложил:
— Мистер Пирс и доктор Карлсон, миссис Спарроу сообщила, что у вас был довольно трудный день. Она хотела, чтобы вы знали, что вы можете расслабиться; однако, как только мы взлетим, для вас будет доступен душ, а также свежая одежда и спальня в задней части салона.
Брови Мейсона поползли вверх.
— Миссис Спарроу? Мать мистера Спарроу?
Китон улыбнулся.
— Нет, сэр, миссис Спарроу — его жена.
После того, как Китон ушел, Мейсон откинулся назад и покачал головой.
— Кажется, меня не было слишком долго.
— Не было где? — спросила я. — Ты везешь меня в рай?
— Если я правильно помню, то это чертовски близко. Я просто надеюсь, что мы сможем там остаться.
Глава 38
Мейсон
 
Я не мог унять бешено колотящийся пульс, пока мы приближались к месту назначения. Через окна открывался величественный горизонт Чикаго, огни и озеро. Все вызывало воспоминания, многие приходили со скоростью света. Это было почти больше, чем я мог осознать. Я не сомневался, что мне потребуется время, чтобы все вспомнить. Мало того, мне понадобится время, чтобы вспомнить, как быть частью команды, реальной команды.
Я был с Джеком так долго.
У меня заныло в груди при мысли о том, что командир Джексон мертв, убит в своем доме при исполнении служебных обязанностей, обязанности защищать свое назначение — меня. Были части этого задания и то, как оно стремительно развивалось, которые все еще оставались вне досягаемости.
Однажды ночью, много лет назад, Джек объяснил, как его присоединили к Ордену, как в пылу битвы он предпочел своих солдат своему лейтенанту. Военный трибунал не понял бы его, но Суверенный Орден понял. Они рассматривали его действия как действия, которые ставят страну, республику и демократию выше субординации — субординации, которая угрожает вышеперечисленному. Согласно Ордену, были времена, когда отдельный человек важнее всех трех этих компонентов.
Я хотел верить, что что бы ни случилось с Джеком, он сделал то же самое, решив защитить свой отряд — меня, полагая, что это было для общего дела.
Мне нужно еще кое-что узнать о Стефани Мур. Я мог бы и сделал бы это, но теперь я надеялся, что я не один. С тем, что я вспомнил о способностях Рида, у меня была бы помощь, помощь, которая, я был уверен, могла бы превзойти помощь Ордена. Проблема заключалась в том, чтобы сделать это, не привлекая к себе внимания.
— Расскажи мне еще раз о… — Лорел обвела рукой вокруг. — …обо всем этом, о людях и о том, куда мы направляемся… и почему тебя, похоже, не волнует, что они знают мое имя.
Я провел кончиком пальца по ее щеке.
— Это пузырь. Твоя личность в безопасности, как и моя. Никто из желающих жить не нарушает доверие Спарроу.
Ее голубые глаза широко раскрылись.
— Это похоже на какой-то секрет…
Мой палец коснулся ее губ.
— Док, ты великолепна. Я думаю, ты достаточно умна, чтобы не задавать слишком много вопросов.
— Мне следует бояться?
— А ты боишься?
Лорел покачала головой.
— Нет, до тех пор, пока я с тобой.
Откинувшись на спинку стула, я обнял ее, вспоминая все, через что мы прошли с тех пор, как проснулись в кузове грузовика. Лорел Карлсон была не только сильной и умной — запереть Стефани в офисе было гениально — у меня, блять, перехватило дыхание.
— Спасибо тебе за то, что ты здесь.
— Несмотря на то, что у меня было множество альтернатив, я с тем, с кем хочу быть. Остальное — детали.
Откинув голову на мягкое кожаное сиденье, я уставился на огни Чикаго, самолет начал снижаться. Я вспомнил, что предоставил Спарроу с тех пор, как мы поднялись на борт и раньше.
С помощью его людей в Монтане — да, у него были люди по всему миру, — мы обыскали амбары и барак рядом с домом Джека. Один из его людей увидел следы, ведущие от заднего сарая вверх по дороге к моему дому.
На протяжении всего пути меня снова мучили образы Лорел, мертвой как Джек. Когда мы подошли к дому, я ожидал столкновения с тем, кто несет ответственность за смерть Джека, тело доктора Оукса, вывод меня из строя и исчезновение Лорел.
Самое лучшее, что могло случиться, — это открыть дверь ее прекрасному лицу.
Было слишком много доказательств в поддержку причастности Ордена, чтобы я мог отмахнуться от такой возможности. Это означало, что Стефани Мур была частью Ордена. Если бы это было правдой, Джек мог узнать ее, мог приветствовать ее в своем доме. В своей должности командира он был более знаком с членами других команд, чем я.
Поддержка Спарроу на ранчо не закончилась.
С тех пор как поднялись в воздух, мы с Лорел приняли душ. Хотя я смог побриться и переодеться в свежую рубашку, на мне все еще были рваные джинсы и черные ботинки. То, что я не влезал во всю одежду Спарроу, напомнило мне о том, что мне нравилось. Я был выше его, ненамного, но это было одним из моих преимуществ.