Homo magicus. Искусники киберозоя (СИ)
— Зануда! Ты мне рассказываешь это в сотый раз!
— Но и ты опаздываешь не в первый. Вон, кстати, наш латаный мобиль. Выкрасили так, что мать родная не узнает. — Алекс кивнул на площадку перед окном. Чечевицеобразная "летающая тарелка" на трех ногах сияла новенькой краской. Техники выдергивали из разъемов штепсели коммуникационных и энергетических кабелей, сворачивали шланги в бронированной оболочке и развозили по местам свое оборудование. Джон поморщился.
— Ты прекрасно знаешь, — меня больше интересует его начинка, а не внешний вид. А конструкция так и просится на свалку, что-нибудь пойдет наперекосяк — и краска нас не спасет. На первых ракетах качество, наверное, получше было?
— Это была эпоха одноразовых изделий. — Алекс знал уйму вещей и в данном случае тоже оказался на высоте.
— Я представляю. Это что, как у наших зубных щеток — не успел намочить, щетина уже вылезла? А как же на них летали?
— Так и летали. "Он сказал — "Поехали" и махнул рукой…". Но я думаю, что это шутка. Первые одноразовые ракеты делали на совесть. Ладно, иди, — шеф ждет. — Алекс хлопнул приятеля по плечу.
Джон вздохнул и пошел докладывать о готовности экипажа.
Заткнув чемодан в шкафчик мобиля, Джон устраивался в кресло. Оно почему-то неохотно меняло свою форму, и Джон нервничал, подозревая, что в систему проскочил вирус. Алекс неодобрительно косился на него, тем не менее соблюдая олимпийское спокойствие, с его креслом ничего подобного не происходило. Алекс запустил тест-программу и экран заполнило огромное "Ok". Пару лет назад он имел неосторожность пошутить насчет вирусомании Джона. Они тогда страшно поссорились и едва не расстались навсегда.
Бортовой компьютер тем временем закончил тестирование всех систем и сообщил о готовности к взлету.
— Борт 12–43 — ваш вылет! Пока, ребятки, — прелестный голосок Кэтрин привел их в чувство. — Живее, вы не одни!
— Чао, красавица, — Джон переключился на прием.
Привычно еще раз осмотрел панель приборов, часы. Календарь показывал 13 октября 2254 года. Чертова дюжина, — мимоходом подумал Джон, включая основной режим работы автоматики. Реактор запел на более высоких оборотах. Мобиль качнулся, медленно всплывая в воздух, завис на пару секунд и телепортировался в ближний Космос.
Черная дыра
Им предстоял дежурный полет к энергоцентру, питающему несколько солнечных систем одновременно, проверка модулей и их замена. Энергоцентр висел на орбите "черной дыры", которая глотала из окружающего пространства газ и межзвездную пыль, отдавая многочисленным орбитальным генераторам только их энергию. Миллиарды тераватт растекались по близлежащим мирам, питая гигантские заводы по производству конструкционных материалов, энергоносителей, звездные корабли и целые планеты.
Мобиль прошел серию локальных телепортаций, корректируя свое положение относительно космических маяков, и по заданной программе приближался к одному из энергоблоков. Нагромождение экзотических фигур из металла касалось огромного светящегося тусклым светом пузыря, в центре которого находилась "черная дыра". Величественное и жуткое зрелище одновременно вызывало чувство гордости за земную технику, сумевшую обуздать этот природный объект, и законное опасение перед лицом его невиданной мощи. Когда-то люди перегораживали плотинами реки, получая от них электроэнергию, сейчас пришла очередь плотин космических, на пути пылевых и газовых потоков, извергающихся в бездонные колодцы безвременья. Частицы, попавшие в этот гравитационный водоворот, как будто замирали в своей внутренней жизни. Ученые спорили о том, что происходит с ними в недрах "черных дыр", демонстрируя результаты своих расчетов. Согласно некоторым из них, в "дырах" время, присущее каждой частице, превращалось в энергию, которую некоторым образом научились собирать. Разгоняющиеся в процессе падения частицы излучали в разных диапазонах, но это излучение было заметно лишь в виде тонкой вуали, окутывающей небесное тело.
Джон отвлекся от созерцания экранов и передал на Базу:
— Радиация в норме, сближаемся.
Алекс, как всегда, проявил чудеса пилотирования, мастерски приблизился к шлюзу энергостанции и плавно вошел в него.
Пока напарники выключали пилотажную аппаратуру и силовые энергоцепи, шлюз успел заполниться воздухом. Медленно установилась искусственная гравитация.
В небольшом ангаре они даже не задержались — прошли гулкими пустыми коридорами к рабочим местам, подсоединили приборы и запустили тесты. Чем меньше ты проторчишь возле "черной дыры", тем лучше для здоровья — даже сквозь броню энергостанции сочилось жесткое излучение превращаемого в энергию вещества.
За один рабочий день они разделались с проверками, едва обменявшись десятком слов, перервались на обед и ужин. В кухоньке энергоцентра было довольно удобно, рядом находилась спальня с кроватями, но малочисленные бригады наладчиков и ремонтников никогда здесь не задерживались, предпочитая спать в мобиле по дороге назад, пока полетом управлял компьютер.
Джон подумал, что если б можно было пользоваться для перелета телепортом, то его работа стала бы гораздо нуднее. Однако, один из основных законов физики — закон сохранения количества движения — не позволял переносить предметы при различающихся скоростях кабинок телепортов. В пределах Земли, например, нельзя было напрямую попасть из некоторой точки экватора в прямо противоположную. Человек после материализации вылетел бы из кабины со скоростью примерно в две скорости звука. Поэтому применялись целые сети промежуточных станций, где силовыми полями скорость погашалась. Для дальних перемещений по-прежнему использовались летательные аппараты с реактивной тягой, хотя физики вот-вот обещали удивить мир новыми принципами движения и новыми видами энергии.
Закончив проверки и направляясь к мобилю, Джон мысленно философствовал на отвлеченные темы, цепляясь по дороге чемоданом-компьютером за углы и двери. В левой руке он держал толстый бутерброд с ветчиной и зеленью, ронял крошки, откусывая куски, а по его следам с недовольным жужжанием полз робот-уборщик.
В этот раз все шло так же, как обычно. Алекс вывел мобиль из шлюза, включил автопилот и вытянул кресло в длину, давая спине отдых. Тихо пели вентиляторы системы жизнеобеспечения, мерно гудел реактор. Джон некоторое время смотрел в черный небосвод, прежде чем втянуть в разговор приятеля.
— Алекс, ты представь только на миг, что произойдет, если связи между планетами прервутся. У нас фактически существует империя. Земля — столица заселенного мира — может рассматриваться как метрополия, а другие планеты — как колонии. Все они повязаны друг с другом экономикой, но я думаю, что не все довольны существующим распределением труда. Да и узкая специализация планет тоже не доставляет радости местному населению. Представь себе, каково жить на планете-заводе. А ведь есть планеты-свалки…
В таких условиях вполне могут возобладать сепаратистские настроения, например, а за ними — политический и экономический развал.
— Чего тебя вдруг на такие ужасы потянуло? — хмыкнул Алекс. — Кино смотрел?
— Нет, книгу читал. Да я тебе упоминал ее на прошлой неделе. Огромная Империя, огромные энергоцентры, столица-планета, куча планет-курортов, планет-заводов. Очень похоже на окружающую действительность. И однажды эта Империя начинает разваливаться. Величественно и страшно. — Джон выдержал многозначительную паузу.
— И все миры погружаются в средневековье?
— Почти. Наступает феодальная раздробленность. Каждый рвет себе кусок власти, воюет с соседом. Везде начинается упадок культуры и уровня знаний. По дорогам начинают бегать паромобили, дома отапливаются дровами и так далее. Спасаются только некоторые очаги цивилизации, из которых потом начинается новый расцвет жизни.