Хроники Мильгарда (СИ)

Зилаф Заколдованный мечтал занять выгоднейшую позицию посредника в отношениях между двумя сторонами, но его планам не суждено было сбыться. Подобное могло произойти, если конфликт продлился бы еще несколько лет и отвлек значительные ресурсы обеих держав. Торговые интересы Миоланской республики, в целом, совпадали с интересами Риены, но в силу объективных обстоятельств «Гильдия Магистров» не сумела оказать полноценной военной поддержки керситскому руководству. Ослабленное Лирийское королевство до сих пор разъедали внутриполитические разногласия между сторонниками самых различных политических партий, придерживающихся противоположных позиций. Во «Временном Совете» отсутствовала настоящая цельная личность, которая смогла бы взять на себя всю полноту власти, а главное ответственность за принимаемые решения.
Правитель Зуварской долины испытывал вполне объяснимые чувства неприязни к ноларам и шергам, но его военные и дипломатические возможности были ограничены. На протяжении всего конфликта Энегльгант соблюдал нейтралитет, но вездесущие зуварские торговцы снабжали Зогдев и Алхан информацией о происходящих событиях, получая за свои сведения достойную оплату. Пожалуй, единственным государством, которое могло существенно повлиять на расклад сил в прошедшей войне, оставалась Акерумская империя. Но сейчас главные взоры Дариона были обращены на Золотой Мильгард.
Конфликт, вызванный бракосочетанием Арка II Линция и красавицы Ялы, завершился, но в споре за виксонское наследство окончательная точка поставлена еще не была.
  
Глава 48
 
Хроника пятнадцатая
«Коронованный отшельник»
(1152 год по летоисчислению после Тумана)
«Хороший человек не может стать хорошим правителем»
(саррлинская мудрость)
Даже после подписания «Барионского мира» виксонский вопрос не давал покоя амбициозному шергийскому лидеру. Алеандр I Сильный ревностно следил за развитием ситуации в Рорингене. Династический брак Арка II Линиция и Ялы он рассматривал как попытку Риены укрепить влияние Керсии в Белом Мильгарде. Казалось бы, навсегда позабытый исторический спор двух сильнейших держав Западного побережья вновь набирал обороты. Отношения между Риеной и Темерлином были похожи на струну, натянутую до предела. И вскоре эта струна оборвалась.
Государство, которому на ближайшие годы предстояло стать эпицентром всех главных событий, особой активности не проявляло. Руководство Виксонского королевства занимало весьма пассивную позицию. Прежде всего, это было связано с личностью нынешнего правителя.
Вслед за Валтимиром Старым один за одним ушли и его сыновья. Правление Войка Тихого прошло почти незаметно и, если бы не брак Ялы Прекрасноволосой, послуживший причиной конфликта между Керсией и Шергией, вообще вряд ли кто — либо узнал о его существовании. Единственный сын Войка слыл чрезвычайно религиозным человеком. Даже будучи наследником, Вайлис III никогда не стремился к вершинам власти, а государственные обязанности всегда тяготили правителя. В сложных и хитроумных политических комбинациях он ровным счетом ничего не смыслил. Дипломатической же деятельностью, по его убеждению, могли заниматься лишь обманщики и интриганы.
Ближайшему окружению приходилось учитывать особенности Вайлиса, а потому стремиться минимизировать его участие в сложных политических процессах, происходящих на Западном побережье. Благодаря инерции, приобретенной в период правления Валтимира Старого, Виксония продолжала дрейфовать в духе политики, проводимой керситами.
Казалось, что энергия воинственных виксонских правителей, в жилах которых текла дикая волчья кровь иссякла, а протяжный вой «буффонов», наводивший ужас на врагов, навсегда остался в прошлом.
Особый отпечаток на мировоззрение Вайлиса III наложило то обстоятельство, что единственная жена, которою он искренне и нежно любил, скоропостижно скончалась в юном возрасте. Для впечатлительного юноши это стало настоящей жизненной трагедией. С тех пор молодой человек поклялся, что никогда не вступит в новый брак и долгие годы вел уединенный, аскетический образ жизни вдалеке от Рорингена. Все попытки Войка привлечь наследника к делам управления государством неизменно наталкивались на стену непонимания.
 
После смерти родителя Вайлис вступил на трон, став главой «Ордена Серой Мантии» но сделано это было в силу неизбежной необходимости. Желания властвовать, управлять, развязывать кровавые конфликты правитель не испытывал. Исполнение ежедневных монарших обязанностей стало для него настоящей мукой. Какие — либо политические амбиции у Вайлиса полностью отсутствовали. Его привлекала спокойная размеренная жизнь, далекая от бурных дворцовых страстей и дипломатических хитросплетений. Вайлис был тих, добр и пуглив, он охотно раздавал милостыню нищим, а королевский дворец превратился в приют для обездоленных, которые стекались со всей округи.
По истечении четырех лет правления монарх принял решение оставить трон. Никакие доводы ближайшего окружения не могли изменить его позицию. Вскоре монарх официально отрекся от престола, покинул Роринген и поселился в Тамаирской обители, на самой окраине Зубатого Леса. Главной для него теперь становилась религиозная деятельность. Детьми Вайлис, получивший прозвище Отшельника, не обзавелся. В соответствии с условиями завещания оглашенного в скромной Тамаирской обители наследником престола был объявлен всего три года назад родившийся сын Арка II Линция и Ялы Прекрасноволосой.
По злой иронии судьбы человек, искренне ненавидевший любые формы насилия, и желавший стране лишь мира вверг государство в затяжной изнурительный конфликт, который длился долгие годы.
Решение Вайлиса Отшельника вызвало неоднозначную международную реакцию. Душевные и религиозные терзания бывшего правителя в наименьшей степени беспокоили соседние государства (хотя добровольное отречение от короны воспринималось как нечто, не поддающееся разумному объяснению). На первый план выходил один очень щепетильный момент. Принципиальнейшим становился вопрос преемственности власти в Рорингене. Шергийское руководство замерло в нервном ожидании.
В соответствии с условиями «Тамаирского завещания» наследником Виксонского престола становился маленький мальчик, который «по совместительству» был сыном Керситского императора и, следовательно, являлся самым прямым преемником нынешнего монарха. То против чего боролся Темерлин на полях сражений в период «Брачной войны» могло свершиться.
Керситская империя и Виксонское королевство могли объединиться под властью одного человека. Усиление политического и военного потенциала Риены противоречило интересам Шергии. В Темерлине надеялись, что керситы останутся верными духу «Барионского мира». Шерги до самого последнего момента надеялись на сдержанность и благоразумие Арка II Линция.
«Тамаирское завещание» заставляло керситов делать не простой выбор. Если отбросить сугубо династический аспект именно сейчас решался вопрос о доминирующей силе на Западном побережье. Кто займет главенствующее положение? Молодой, циничный и жесткий монарх Шергийского королевства, либо зрелый, благородный и добросердечный правитель Керситской империи? Договор, заключенный в полевом лагере под Барионом предписывал Арку II Линцию отказаться от претензий на получение власти в Рорингене, исключив розовощекого и улыбчивого сына Мирха из числа претендентов на виксонскую корону.
 
Дезавуировав решение Вайлиса Отшельника, и отказавшись от трона, Керсия автоматически подчинялась бы диктату Алеандра I Сильного. Высший свет и знать империи, ни при каких обстоятельствах не желали отказываться от широкомасштабных амбициозных планов. Тесное объединение и сотрудничество с Виксонией сулила перспективные возможности, новые привилегии, большие деньги и расширение владений. Аристократические круги оказывали огромное давление на Арка II Линция. Они громогласно заявляли, что готовы оказать любую поддержку монарху в проведении жесткого дипломатического курса. Вплоть до открытого противостояния с шергами. Отступление перед лицом враждебно настроенного Темерлина означало чувствительное унижение Керситской державы и потерю заслуженного авторитета среди других держав Западного побережья.