Во славу короля!
Всякие подарочные мелочи, вроде ручек, чернильниц, украшений, кружев… тоже бо-ольшой сундук. С ней едет Ирэна, едет Марта, которую не удалось уговорить остаться дома, это тоже место…
Это мы еще молчим про приданое Миранды, про двух здоровущих собак, которых не оставишь, про жеребца – она же не сможет всю дорогу проехать в карете, это просто убийство…
Почему не по морю?
А сезон штормов. Сейчас погода не то, чтобы сильно гадкая, еще достаточно тепло, но коварно. Такой вот период между летом и зимой, когда в любой момент налетит шторм, подхватит, завертит, унесет…
Но ворчала Лилиан больше из вредности.
Между нами говоря, уехать и правда хотелось. Хоть ненадолго!
И устала она, как собака, и последние несколько месяцев тяжело ей дались, и муж…
Вы думаете, это так легко и просто? Притираться к человеку, узнавать его, дать шанс и себе, и ему? И не по любви, нет. Просто потому, что совместного имущества у вас столько, что делить и не получится. Дочь-то не поделишь…
Джерисон, слава богу, это понимает, и не давит, но все равно – тяжело.
Лиля хорошо помнила свою первую любовь. Да собственно, кроме Лешки ей никто и не нужен был. Они как познакомились, так и поняли, что судьба, так и не расставались, они были больше продолжением друг друга, чем самостоятельными единицами. И семья у них получилась бы замечательная.
А с Джерисоном…
Все же, это средневековый граф, со всеми средневековыми понятиями. В том числе, и о месте женщины в своем мире. Для Лилиан он исключение делает, но…
Знаете, сколько у него любовниц? Бывших?
А сколько в списочке?
И ведь ждут, стервочки, локтями друг друга отпихивают… разгонять – ни времени, ни сил не хватает. Самое забавное, что вещички для соблазнения графа, как раз у нее и закупаются.
Лилиан хмыкнула, вспомнив отделанный бантами и кружевом корсет, который прошлой ночью лишился половины крючков. А что?
Если на мужа действует, то и остальным понравится. Даешь эротическое белье!
На мужа подействовало. Хоть ты пиши на образце «Проверено и одобрено Д. Иртоном. Лично». И ведь будет, будет пользоваться спросом! Как-никак, его сиятельство половину дам при дворе лично… одобрял. Хм…
Лилиан еще собиралась наладить производство чулок в сеточку. С подвязками и поясами. А что? Вязать легко, размерный ряд любой, знай, петли добавляй, выглядят…
Если б не выглядели, не вспыхивала бы на них мода. Все равно благородные дамы волосы на теле выщипывают, так что смотреться будет.
От размышлений Лилиан отвлек супруг.
Заявился, сунул нос в сундук, полюбовался на шелковый пеньюар, отделанный кружевом. Все в белых и зеленых тонах.
– А этого я еще не видел?
– Примерить?
Лилиан улыбалась. Джес покачал головой.
– Вечером. Мне еще к Августу, а если мы сейчас приступим к примерке, до вечера я точно никуда не попаду.
– Отец простит, – но Лилиан не настаивала, верная правилу не бросаться мужу на шею. – Ему же внуков делаем…
– Хм…
Под таким углом Джерисон этот вопрос не рассматривал. Но взгляд на живот Лилиан перевел.
– А ты не…?
Лилиан покачала головой.
– Пока мне еще нельзя. После выкидыша надо хотя бы два года обождать, Тахир так считает.
Джерисон вздохнул. Не упрек, нет, но… чего уж там, его вина.
– Значит, подождем. Детей я люблю, но…
– Процесс – тоже? – подшутила Лилиан, вспоминая поручика Ржевского. 1
Джерисон нахмурился, потом фыркнул. Понял…
– О процессах мы вечером поговорим.
И так у него это многообещающе-интимно получилось, что поручик почувствовал бы себя посрамленным. Два раза.
Лилиан промолчала. Только улыбнулась так же многозначительно.
Джерисон почувствовал себя героем-любовником, поцеловал жену, и исчез за дверью.
Лилиан вздохнула.
– Камасутру, что ли, переписать? Или ну на фиг? Если что – и помочь будет некому…
Было, было и такое в практике медика. Решили два молодых человека поэкспериментировать, заплелись в загогулину, а потом, в процессе, то ли мужчина как-то не так повернулся, то ли дама испугалась, короче – склещились. Спазм-с…
Кое-как скорую вызвали, так пока эту эротическую скульптуру на носилках вытаскивали, вся улица сбежалась. А как их еще распутаешь? Только в больнице, только травматология.
А здесь до ближайшей травматологии триста лет вперед, если не пятьсот. Если только Тахир поможет…
М-да. Лучше не доводить до греха.
Или написать – и подарить потенциальному противнику? Пусть познают мир через призму эротики. Нет войне, даешь любовь!
В сундук отправилась еще одна пара чулок. И туфли… пойти, что ли, поговорить с кожевниками? Ладно, подождем пока. Изобретения – это хорошо, но ведь не все же сразу?
Вирма, земли клана Торсвег.
Эльг Сноррисон Торсвег встречу на берегу вспоминал. Еще как вспоминал…
Девушка была очаровательна. Так бы и подмял под себя… и ведь за кинжал держится, дурочка! Как будто это ей поможет!
Если только против какого-нибудь слабака, но точно не против него.
Но – она свободная. И законная наследница.
Справки Эльг навел. Его бы не остановили такие мелочи, все же Эллейг – крохотное поместье, почти лоскут на берегу моря, но вот связь с кланом Хардринг! С тем самым кланом, который надо перетянуть на свою сторону…
Почему бы не поступить умно?
И акулы будут сыты, и моряки целы. Потому что на корм рыбкам пойдут рабы или пленники.
Эльг подумал пару минут, вытащил из сундуков отрез шелка – и отправился с визитом вежливости в Эллейг.
Сразу было видно – дом без хозяина. И тын подновить не мешало бы, и свежих черепов нет 2, и рабы двигаются как-то лениво, вот, в его доме они чайками летают, и попробовали бы они ползать! Мигом бы кнута получили!
А тут и столб для наказаний подгнил, пнуть – и свалится.
Труди, как и полагается хозяйке дома, вышла во двор, встречать гостя, и про себя порадовалась, что Тиры нет дома. Ляпнет еще чего дорогому гостю… Дочка слишком порывиста в некоторых вопросах, ее лучше ставить перед фактом – или осторожненько подводить к нему. Шаг за шагом, постепенно, так, чтобы она сама приняла неприятное решение. Молодежь, что поделать!
Эльг спрыгнул с коня и поклонился, прижав руку к сердцу.
– Госпожа Эллейга! Мое почтение!
Труди чуть расслабилась. Что бы ни задумал Торсвег, сюда он пришел не воевать и не угрожать. Договариваться. И кольчуги на нем нет, и одежда праздничная, рубаха шелками шита, и оружие парадное. Не боевое, сто раз проверенное, а потому невзрачное и удобное. Парадное – украшенное камнями и золотом.
Сражаться и таким можно, на то и воин, но свое, в руке обкатанное – лучше.
– Мое почтение, господин Торсвега. Слухи о вашей удали доходят и до нашего захолустья. Я слышала вас можно поздравить?
Эльг улыбался так открыто, что в его безобидность поверила бы и более бдительная мать.
– Да, госпожа Эллейга. Наконец-то наш клан обретет достойного главу.
– И я не сомневаюсь в этом, видя его перед собой, – капнула медом женщина. – Уверена, под вашей рукой клан Торсвег придет к процветанию, а там и займет достойное место в Круге. И я не раз услышу о ваших подвигах.
Эльг улыбнулся в бороду.
Все ясно, женщина оценила перспективы – и готова разговаривать. Ну, если так…
– Госпожа, если вы позволите преподнести вам маленький подарок…
Труди, разумеется, позволила. И ахнула, когда из свертка показался розовый шелк.
– Какое чудо! Благодарю вас, господин Торсвега!
– Эльг, дорогая госпожа. Если вы позволите – для вас просто Эльг.
– Меня зовут Труди, Эльг. А моя дочь… вы уже знакомы с Тирой?
– Да, Труди. Знакомы.
– К сожалению, ее сейчас нет дома, но не сомневаюсь, она тоже будет благодарна вам за подарок.