Во славу короля!

Явный перебор.
– Ладно. Я попробую довериться Ричарду.
– Вот и хорошо.
Джес выдохнул. Рано, слишком рано.
– И буду надеяться, что с моим другом ничего не случится. Ни с кем из моих друзей.
И прозвучало это серьезнее всяких угроз. А чего кричать, ругаться или злиться? Предупреждать о своих действиях?
Зачем?
Проще – делать.
Джерисону оставалось только вздохнуть.
Держать в ладонях огонь – это прекрасно, завораживает, увлекает, но иногда так можно получить очень болезненные ожоги. Незаживающие.
Никому не удается приручить пламя. Никогда. И забывать об этом не стоит.
На следующее утро графиня Иртон отправилась в Тараль, а Джерисон – к королю. Излагать проблему и методы ее решения.
Эдоард задумался.
Задумался и Рик, присутствовавший в королевском кабинете. А что выгоднее?
Сдать Лейфа – или поторговаться с Кругом?
Выходило так, что поторговаться. Лейф сейчас на службе у графини Иртон, читай – у графа, и подтекстом – у короля. Сдавать своих людей, лучший способ их лишиться. И новых так не приобретешь, кто ж пойдет на службу к подлецу и предателю?
А заодно и графини Иртон лишишься, вместе с полезными изобретениями. Все трое – Эдоард, Ричард, Джерисон, даже не сомневались, что рано или поздно Лилиан узнает – и не простит.
Ерунда? Бабу всегда сломать можно?
Можно. Но сломанной лопатой поле не вскопаешь, сломанной подковой коня не подкуешь. А еще графиня может и ответный ход придумать. Какой?
Да кто ж их, женщин, знает? Ясно только, что баба на тропе войны – хуже чумы.
И конечно, не стоит упускать шанс наладить отношения с Вирмой. Или их наладит кто-то другой. Тот же Уэльстер. Или Авестер…
Да хоть бы и ханганы – все одно безбожники, общий язык найдут. А вот остальным грустно станет.
– Мне надо ехать, – решил Ричард.
Эдоард вздохнул.
– Кто бы знал, как мне неохота тебя отпускать…
– Тахир говорит, что ваше состояние, дядюшка, улучшилось. Вы вне опасности… даже любовницу вернуть можете, – Джес улыбался, но глаза были серьезными. Эдоард погрозил ему пальцем.
– Надеюсь, он это только тебе говорит?
– Только Лилиан. А уж она – мне.
Эдоард кивнул. От докторусов не скроешься, эти где хочешь достанут. И все же…
– Если что-то случится… Рик, ты мой единственный наследник.
– Не только. Есть еще малявки, – указал любящий старший брат. – Выдашь замуж Лину или Джоли, и коронуешь их супруга.
Эдоард с удовольствием дал бы подзатыльник любимому сыночку, но ведь увернется! Пришлось ограничиться коротким и почти семейным:
– Болван.
Ричард развел руками.
– Надо собирать два посольства. Одно в Уэльстер, за невестой, второе к вирманам.
– Главное, ты себе на Вирме невесту не найди, – пошутил Джерисон. – А то у них блондинок много…
– Самую роскошную блондинку ты уже прибрал к рукам.
Ричард шутил, но не без зависти. Было в Лилиан Иртон нечто такое… эта женщина может стать не просто женой, но и хорошим другом. И если Джерисон не окажется дураком, у них все еще может быть замечательно. Почти как в сказке.
А что выпадет ему?
Решение было принято единогласно.
Джерисон отправлялся в Уэльстер. Ричард – на Вирму.
Дорогая Лили!
До меня дошли слухи, что ты едешь в Уэльстер.
Я тоже собираюсь туда же!
Отец решил, что если уж мы не можем породниться с Ативерной через мой брак, так породнимся через другой. Как известно, у Марии есть еще три сестры, а у меня – братья. Вот и посмотрим, кто и кому подойдет.
Я попросилась с Мигелем. Хочу посмотреть на Уэльстер, ну и на невесту – женским взглядом. Помнишь, как нам сразу Анелия не понравилась?
Гадкая девка…
Хорошо, что ее упекли в монастырь. Пусть там и остается.
Искренне надеюсь увидеться с тобой в Уэльстере. Говорят, в Ативерне появились какие-то модные новинки? Ты мне покажешь все-все, правда же? 
Твоя подруга, Лидия.
Лиля прочитала письмо и только головой покачала.
 
Значит, они едут к Гардвейгу.
Лидия едет к Гардвейгу.
Еще-то кого ждать? По закону подлости?
По закону подлости… не иначе, как саму Анелию. Бррр… не к ночи будь помянута!
Лиля вспомнила, как пыталась запустить остановившееся сердце графа, и поежилась. Если Анелия Уэльстерская попадется ей на пути… Пришибет собственноручно! Просто сядет сверху и раздавит паразитку!
А если там сестры не лучше?
В чем-то Лидия права, надо посмотреть женским взглядом на весь этот «цветник», а то натащим в дом росянок, да еще бегающих и размножающихся.
Ричарду ведь все равно, какая там сестра будет, надо просто обговорить с ним этот вопрос – пусть даст Джесу карт-бланш, чтобы выбрал лучшую из принцесс. Сама посмотрит, Миранду попросит – там принцессы как раз в нужном возрасте…
Все же будущая королева, надо выбрать кого поприличнее. Хотя Лиля сильно подозревала, что судьба распорядится по-своему. Крути, не крути, верти, не верти, а если судьба тебе пинка получить, то и не увернешься.
Но это философия, а в реальности…
Черт! Еще один сундук на подарки добавлять – и еще один – на сувениры. Лилиан малодушно застонала, но выбора не было.
Грузимся, ваше сиятельство, грузимся.
Ее сиятельство пыталась отговориться. И даже добилась под это дело аудиенции у короля. Но Эдоард уперся рогом.
О королях так не говорят?
Ладно, уперся всеми зубцами короны!
– Ваше величество, может, Джес съездит один? А я останусь?
Лиля осматривала венценосного больного. Так, на всякий случай.
Она доверяла Тахиру, тот был уверен в своих силах, но мало ли? По закону подлости вот так, уедет она, и все начнет рушиться. Или хотя бы крошиться и облупливаться.
– Лилиан, вам давно пора развеяться, – Эдоард все понимал, но намеревался настоять на своем.
Это тот случай, когда женщину уже уговорили, но надо ж поломаться? В таких случаях проще всего сделать вид, что у нее есть право голоса и немного поуговаривать. Результат не изменится, а скандалов можно будет избежать.
– Развеяться… толпа народу, который я не знаю, дорога, – Лиля ворчала, не прерывая медосмотра. – И Уэльстер еще, не встань в простоте, не сядь где не надо, уж простите, ваше величество.
– Прощаю. Лилиан, а что вам мешает? Съездите, обзаведетесь полезными знакомствами, может, потом еще один салон откроете в Уэльстере.
Лиля вздохнула с таким надрывом, что позавидовала бы любая корова.
– Да и тут дел хватает!
– Каких, Лилиан? Дом моды пока еще строится, товар готовится, альдон только собирает первую печатную линию, у всех свои дела… впрочем, вы не беременны?
Лиля вспыхнула.
– Нет, ваше величество.
– Вот и привезете мне… ребенка из Уэльстера. Путешествия этому делу очень способствуют.
И подмигнул, греховодник.
Лиля скрипнула зубами, и подчинилась указаниям начальства. А куда деваться?
Вот и собирала теперь кучу всего Самого Необходимого в Дороге. И подозревала, что все равно чего-то да не хватит. Ладно, на месте докупим!
Вирма, дом Эллейг.
– Мама, ты звала меня?
Сидящая у ткацкого станка женщина с любовью поглядела на дочь.
Боги, как же она похожа на Ройса. Копия отца. От матери тут почти ничего и нет, да и не была она такой хорошенькой, даже в юности. Так давно… даже и не верится.
Сейчас никто не назвал бы Труди Торвсон Эллейг красавицей. Горе выбелило ее волосы, непосильный труд согнул спину, тоска расчертила лицо морщинами…
Зато дочь – удалась.
Высокая, статная, с длиннющей косой, не золотого, а скорее, серебристого оттенка, с яркими голубыми глазами, Тира привлекала не один заинтересованный взгляд. И отлично знала об этом.
Еще бы пользоваться своей красотой научилась, а то прямая, что ее клинок и такая же острая.