Мой избранник (СИ)

Но вот закончились каникулы. Первый шум начался, когда из мелкого начали вытряхивать, откуда у него деньги на такие дорогие подарки, а после — благодарить. Особо довольным выглядел Блейз, нежно поглаживающий спрятанный на руке клинок.
Дальше начались разбирательства по поводу пропажи Квиррелла. Но так как они ни к чему не привели, на пост учителя ЗОТИ временно воздвигли Снейпа. Сам Снейп подозрительно косился в нашу сторону, но молчал. Неужели что-то подозревает? Хмм...
Оставшиеся полгода проходили размеренно и спокойно. Ввиду открывшихся обстоятельств, к занятиям Гарри я добавил ещё и окклюменцию, а сам начал потихоньку восстанавливать естественный защитный барьер в его разуме. Мелкий же смысла в новом предмете не видел, ссылаясь на то, что рядом есть я, а значит всё окей. Но под моим напором всё же сдался, выторговав у меня в качестве условия дополнительные занятия со всей его компанией. А потому выходило так: я мучал мелкого, а он, отрываясь на общих занятиях со своими приятелями, служил для них наглядным примером того, чего можно достичь. Дамби хоть и привычно улыбался, но я отчётливо видел под его маской всю степень его озабоченности. Макгонагалл всё чаще пила валерьянку (всё-таки довели), а Флитвик так же продолжал наглеть, скидывая на нас всё новые и новые уроки.
Правда, Дафна с Гермионой в последнее время какими-то тихими стали. Постоянно о чём-то шушукаются между собой, и стоит возле мелкого появиться ещё какой-либо девице, как эти две дружно её прогоняют. Причём наиболее активна Дафна, а Гермиона её скорее поддерживает. Что-то меня терзают кое-какие подозрения на их счёт...
Но что самое главное, план «Скрытая угроза» был приведён в исполнение! Описать поход можно в три фазы:
Фаза один: скрытное проникновение в подземелья школы. Туда, где лежали сантиметровые слои пыли, по которой можно было идти словно по серому снегу.
Фаза два: деактивация ловушек и открытие тайного хода на глубину. По идее, к специальной плите нужно было приложить руку, чтобы печать считала магический след наследника, но в нашем случае ключом сработал я.
Фаза третья: непосредственно сама активация моего скрытого ключа. Но обо всем по порядку...
Стоило нам оказаться у сердца Хогвартса, как мне пришлось возвращать мелкому челюсть на место. И я его в принципе понимал: весь путь шли по тёмным, грязным коридорам и переходам, а тут вдруг просторный чистый зал с огромным кристаллом посередине. Перед нами лежало сердце замка, а вокруг него были изящные лестницы, ведущие наверх к небольшому покрытому тонкой магической плёнкой обелиску, расположенному чётко над кристаллом. По краям обелиска находились змеи Салазара, да и в целом в помещении прослеживался его стиль. Всё же именно он отвечал за основу комнаты. Над обелиском располагалось кольцо Ровены, постоянно бьющее в обелиск зелёными разрядами. И если обелиск — это пульт, то кольцо — своеобразная антенна, связывающая всю магическую цепь замка. Кристалл же, был выращен Пенелопой и установлен строго на источнике. Он — сердце Хогвартса, гоняющий по «телу» магию. Годрик же делал коридор боли. Именно боли. Половина ловушек, что он туда впихнул, заставляли умирать жертву в страшнейших мучениях. Даже Пенелопу подключил, включив в систему несколько токсичных газов, не забыв при этом наложить на хранилище специальные руны, чтобы с газом со временем ничего не становилось.
После всего этого мы быстро активировали мою печать, тем самым передав в мои «руки» полный контроль над замком и его системами. Так как мой артефактный разум человека был бы не в силах выдержать прямой контроль, мне пришлось его упростить. С моей стороны это выглядело, как если бы я сидел в кресле и взмахом руки листал подробную схему Хогвартса и прилежащих территорий. И на каждом новом «слайде» были подписаны все находящиеся там разумные. А стоило пожелать найти кого-то определённого или же вбить параметры цели, например, «выдавать всех, кто войдёт в этот сектор», как мне автоматом приходило оповещение и тут же показывало на нарушителя или цель. Также была подсветка всех ловушек и защитных систем замка. Самые сильные и массовые были вынесены с карты на отдельную таблицу. Вот кстати интересно, что картины являлись дополнительной системой слежения и могли передавать изображение того, что видят перед собой, двадцать четыре часа в сутки. То, что ночью они «спят», является лишь искусной симуляцией заложенной программы.
 
Призраки, кстати, тоже являются дополнительной системой, хоть и внеплановой. Они прочно осели на магии замка, а потому не могут долго находиться вдали. Если честно, мне даже их стало как-то жалко. Ведь, по сути, призраки Хогвартса, это словно неприкаянные души, которые не могут обрести покоя. Я, кстати, ещё при жизни где-то вычитал, что как раз-таки обсидиан используют для связи с миром мёртвых. А значит, я реально могу на них воздействовать. Только бы понять каким образом?
Но, так или иначе, этот год наконец-то кончился. Замок полностью перешёл под мой контроль, мелкий с отличием отыграл дурачка и продолжал его играть. Также связи между ребятами, входящими в его весёлую компанию, стали ещё прочнее. На мой взгляд, первый уровень пройден на восемьдесят очков из ста, и теперь можно отправляться к гоблинам.
  
Глава 10
 
Интерлюдия. 
Альбус Дамблдор устало потёр переносицу. Этот год определённо вышел не таким, как он рассчитывал. И если на Гарри приходятся две трети порушенных планов, оставшаяся треть была вызвана пропажей Философского камня и Квиррелла. Ох, как же кричал Фламель, когда услышал о пропаже своего камня. Этот чудовищный промах сильно подорвал их с директором отношения.
А ещё у гоблинов, откуда ни возьмись, появился непонятный «Камень жизни», вызвавший настоящий взрыв во всём магическом обществе. Камень по своим свойствам уступал недавно пропавшему камню Фламеля. И гоблины крайне тщательно его охраняли. Настолько, что никто из посторонних, кроме Фламеля, так его до сих пор и не смог увидеть. Даже купившие услугу по омоложению и оздоровлению проходили её только в спящем состоянии. Это было одним из условий, выставленными гоблинами. Сам же камень хранился на самых нижних уровнях банка, куда добраться без проводника было просто невозможно.
А потом вся эта история с профессором Квирреллом. Директору пришлось немало постараться, чтобы замять назревающий скандал в министерстве по поводу внезапного исчезновения преподавателя ЗОТИ. Но запись того, что произошло с Квирреллом, отлично стимулировала Альбуса.
Ещё раз вспомнив запись с нападением Квиррелла, директор тяжело вздохнул. Вот уж рождественский подарок. А ведь стоило всего на день отъехать, как проблемы посыпались одна за другой. Но нет худа без добра. Эта короткая «битва» отлично показала, с чем он имеет дело. В начале средневековья появились артефакты, которые получили название «Проклятый гримуар». Это была разработка одного разорившегося рода. Не имея средств и времени на подготовку и обучение рекрутов, его маги придумали остроумный выход — книгу-самоучитель для магглорожденных. Эта книга позволяла за короткий срок без вложений средств и времени, получить из магглорожденного — мага-бойца первой линии. Артефакт привязывался к магглорожденному, а дальше магглорожденный сам, повинуясь заложенной в артефакт программе, проходил курс самообучения и подготовки. Заодно получая окончательную привязку на подчинение настоящему владельцу артефакта. Книга болью стимулировала своего временного владельца к учёбе и на подчинение приказам. А поскольку необученный маг не имел никакой защиты, главным в связке «артефакт-маг», в отличие от волшебной палочки, был гримуар. И он же обеспечивал магу свою защиту. Рекруту не рекомендовалось надолго выпускать гримуар из рук, а также удаляться от него больше, чем на определённое расстояние. При нарушении любого из этих условий следовала немедленная расплата — мучительная смерть от наложенного вместе с чарами привязки проклятия. Проклятие было практически неснимаемым, поскольку внедрялось в тело мага достаточно грубо, навсегда калеча последнего. Поэтому «владельцы» гримуаров обычно жили недолго.