Навсегда в моем сердце (СИ)

Полина, совершенно голая стояла и улыбалась, замечая его жадный взгляд, который тут же сменился на злой.
— Ты что творишь? Это мужской душ, быстро вали отсюда! — рыкнул он, осматривая помещение
— Фу, как грубо! Не рад меня видеть? — спросила она, проведя пальчиком по его груди
— Поль, какого черта ты делаешь? Парни могут войти в любой момент, я не хочу, чтобы тебя видели голой, ясно? — отчеканил он и, схватив за руку, повел к двери, хватая свое полотенце и обматывая ее
— Глеб, нам никто не помешает, я попросила Макара покараулить! — жалобно сказала она, чувствуя, как его захват стал сильней
— Только тебе придет в голову такая глупость! — рыкнул он и, открыв дверь, вытолкнул ее, бросив напоследок — Позже поговорим, а ты не будь идиотом! — рявкнул он на Макара, который стоял в дверном проеме, обернутый в полотенце
— Знаешь, после такой тренировки секс, самое то! — изрек он довольно и подмигнул ему, но Глеб сжал челюсти и, показав ему фак, вернулся в душ — Вот и старайся ради друга! — сказал Макар и развел руками, выпуская Полину из раздевалки
Подойдя к Глебу и, встав рядом, он подставил свое лицо под струи воды и врубил холодную, еле вздрагивая от этого. Ему сейчас только холодный душ мог помочь, после того что он видел. Одно дело, когда ты знаешь, что девушка твоей мечты ходит на тренировки и что-то там делает, и совсем другое видеть это своими глазами.
Наблюдать за ее грудью, которая поднимается и опускается после частых вздохов, за тем как она пьет воду и сорвавшиеся капли, стекают по ее подбородку, прокладывая себе дорожку по шее и ниже, словно это он ведет своим языком по ней.
Тряхнув головой от таких мыслей, он видит, что ледяная вода не помогает, и член набирает силу, норовя его опозорить перед Глебом. Он усмехается и, повернув голову, ловит недоуменный взгляд Глеба, понимая, что он увидел его стояк и, раскинув руки, сказал:
— Девочки в зале были что надо!
— Я так и подумал — хмыкнул Глеб и отвернулся, смывая гель и выключая вентиль — Макар, есть разговор, как кончишь, выходи! — усмехнулся Глеб еще раз, намекая на то, что ему стоит выпустить пар и подрочить, но Макар даже не думает об этом
— Уже иду — бросает Макар и, намылившись еще раз, выходит из душа, когда Глеб уже сидит в джинсах — Что за разговор? — спрашивает он, вытирая голову и совершенно не стесняясь того, что он стоит перед ним голым
— Одеться не хочешь? — смеется Глеб, и Макар надевает боксеры, усаживаясь рядом с ним
— Завтра у Стаси день рождения, и мама хочет провести семейный ужин! Зная Стасю, она ни за что не останется на него, поэтому я хочу, чтобы ты и Агата, тоже присутствовали на нем — сказал он и посмотрел на Макара.
— Думаешь, если мы там будем, она не сбежит? — усмехнулся он, и натянул джинсы
— А вот это уже зависит от тебя, уговори ее! — сказал он и пристально посмотрел на него — Ты единственный, кому плевать на нее, ты не сюсюкаешь с ней, и она почему-то прислушивается к тебе — продолжил Глеб, а Макар офигел от этого
— Мне не плевать! — только и смог сказать он
— Прости, я не правильно выразился, но ты меня понял… — сказал он, толкнув его в плечо, и Макар кивнул
— Хорошо, сделаю что смогу — сказал он и, натянув майку, стал засовывать вещи в сумку
— Она в последнее время странная, нет, она не пытается что-то сделать с собой, нет… — поторопился он объяснить, увидев, как замер Макар — Нет, что-то случилось тогда, год назад, когда я привел домой Полину, и когда она пропала на весь день, я чувствую это! Я знаю, что она была с тобой, но ты сам сказал, вы были вместе не все время, и у меня предчувствие, что случилось что-то плохое… — сказал он и уставился на свои сжатые кулаки
— Есть предположения? — спросил глухо Макар, сжимая челюсти, и чувствуя неприятный холодок, струящийся по спине
— Нет, но… — Глеб замолчал, не зная, как объяснить свои мысли
— У нее спрашивал? — спросил Макар и он хмыкнул
— Ты серьезно? Ты вообще слышишь, как она разговаривает? Да если она сама со мной заговорит, значит все, пиздец уже случился! — бросил он, поднимаясь с места
 
— Если хочешь, я могу спросить у нее? — предложил Макар, прекрасно зная, что она ему не скажет, но он хотел успокоить Глеба
— Думаешь, она скажет тебе?
— Во всяком случае, мы попробуем.
— Хорошо, я не против… — сказал Глеб, засовывая вещи в сумку и надевая майку и свитер
Они молча оделись и вышли из раздевалки, прощаясь у входа, где на парапете сидела Стася и ждала Макара.
— Ну что, валим? — спросила она, игнорируя Глеба, и Макар кивнул
— Осторожно! — сказал Глеб, смотря на нее пристальным взглядом
— Буду беречь, как зеницу ока! — улыбнулся Макар, ловя ее улыбку и, взяв за руку, повел к байку.
Достав запасной шлем, он протянул его Стасе, и помог застегнуть, сунув ей в руки свою сумку, он увидел, что она надела свой рюкзак и перебросила его сумку через плечо, задвигая за спину. Он сел на мотоцикл и завел его, ожидая, когда Стася сядет на байк.
Ощутив на животе ее руки, которые она крепко сжала, он улыбнулся и опустил стекло, показывая ей большой палец. Тронувшись с места, он выехал на трассу и прибавил газу, чувствуя, как Стася доверчиво жмется к нему.
Когда она положила голову ему на спину и прижалась, он понял, что значит бабочки в животе, потому что такое чувство, будто он парит, он еще не чувствовал никогда.
Улыбаясь происходящему, он гнал на полной скорости, не замечая, как мелькают деревья и машины, чувствуя только, что ему и Стасе это необходимо. Он решил поехать к себе домой и поговорить с ней, о ее дне рождения, и о том, что с ней случилось, ну, по крайней мере, попробовать.
6
Макар
Остановившись у ворот, он нажал на пульт управления и ворота стали медленно разъезжаться в стороны, давая им возможность проехать во двор. Остановившись у крыльца, он выключил зажигание и почувствовал, как она слезла с байка, снимая шлем и протягивая ему.
— Твой дом?
— Не против зайти на кофе?
— Все равно я не смогу никуда сбежать, я деньги оставила в раздевалке, так что придется тебе меня потом отвезти! — улыбнулась она и он согласно кивнул
— Идет
Показав рукой направление, они пошли к двери, подняв голову, она посмотрела на двухэтажный барнхаус. С одной стороны он был обит деревом, а с другой железом, выкрашенным в черный цвет и, повернувшись к Макару, сказала:
— Круто выглядит
— Спасибо, я старался — сказал он шутливо
Когда они вошли в дом, в гостиной витал запах свежевареного кофе и выпечки. Повесив одежду, он повел ее на кухню, замечая, что Стася совсем не тушуется и не боится.
— Привет милый, голодный? — спросила его мама, вытаскивая из духовки маленькие бисквитные пирожные
— Мы оба, не против попробовать твои кулинарные шедевры! — сказал он, заставив маму повернуться и слегка покраснеть
— Ой, простите! Добрый вечер, я Вероника Дмитриевна, а вы должно быть Стася? Мой сын часто говорит про вас, точнее сказать только про вас! — улыбнулась она, ловя круглые глаза Макара и его жест, показывающий ей, что «хорош, палить меня, мам»
— То есть, он кроме тебя и Агаты, не больно с кем дружит, а уж приводить сюда девочек, это вообще впервые, вот я и предположила, что ты Стася! — пыталась выкрутиться мама, и он закатил глаза
— Да мам, спасибо, на этом все — сказал он и показал ей на выход
Стася стояла все это время в проходе, и улыбалась, невольно рассматривала маму Макара. Красивая женщина, сорока лет, была приятной и ее улыбка, вызывала у нее ответную, заставляя смеяться.
— Угадали, я Стася, очень приятно, Вероника Дмитриевна — сказала она и протянула руку для знакомства
— Ну, я тогда вас оставлю, сами справитесь, да? — сказала она, и Макар тут же подхватил
— Конечно мам.
Как только она ушла с кухни, Макар, поймав взгляд Стаси, покраснел и сказал:
— Ты извини, она просто редко видит моих гостей, обычно я их привожу по крыше и так же провожаю! Просто она не в курсе… — оправдывался он и она хмыкнула