Навсегда в моем сердце (СИ)

— Сейчас не время шутить Макар! Стася где?
— Танцует с Агатой, а что случилось?
— Я прошу тебя, привези ее домой, даже если она будет отговаривать тебя, слышишь? У матери давление поднялось, не могу ее оставить, да и Полька здесь…
— Ладно, понял, только мы будем поздно, сам понимаешь!
— Плевать, ты только привези ее — прошептал он и отключился, заставив Макара сжать челюсти
Какого черта происходит и почему он ничего не знает? Выкурив пару сигарет, он возвращается к девчонкам, но их нигде нет, и его начинает одолевать плохое предчувствие. Он прочесал танцпол два раза, сходил в туалеты проверить, но их нигде не было, вернувшись за столик, он увидел, что вещей нет, и набрал Агату.
— Вы где? Какого черта вы сорвались отсюда?
— Стасе стало плохо, и мы поехали домой! — сказала Агата, и он чертыхнулся
— Скажи, что я сейчас подъеду и заберу ее! Вере Ивановне плохо, Глеб просил привезти ее… — сказал он и отключился, выходя из клуба и садясь в тачку
Забрав Стасю у дома Агаты, он был удивлен, увидев ее в полном ауте и рядом с ними Психа, который вызвался помочь отвезти их.
— Когда она успела так накидаться? — спросил он у Агаты, и она пожала плечами
— Позвони мне, когда доставишь ее домой, хорошо? — попросила Агата и попрощавшись с Психом, пошла домой
— Поехали кататься малышка, так домой тебе нельзя
Усадив ее в машину, он увидел, что она улыбалась, смотря на него, и он подмигнул ей, заводя машину и трогаясь с места. Он заехал в аптеку и в кафе, взял кофе, пока она спала и, остановившись в парке, открыл окна на всю, чтобы холодный воздух слегка привел ее в чувство.
— Эй, малышка, просыпайся — сказал он, гладя ее по скуле
Стася зашевелилась и, повернув к нему голову, улыбнулась, а в следующее мгновение ее скрутило, и она высунулась в окно, низвергая из своего желудка остатки еды и спиртного, прямо на землю.
— Твою мать! — прошептал Макар, открывая свою дверь и вылезая наружу
Открыв бутылку, он смочил носовой платок и, подойдя к ней, осторожно приложил к лицу, присаживаясь перед ней на корточки
— Да, малышка, пить тебе, еще учиться и учиться! — пытался шутить Макар, и она издала странный звук, похожий на смешок или что-то вроде того
После непродолжительного опустошения желудка, Стася откинулась на кресло, и устало закрыла глаза, попутно вытирая рот рукой и переводя дыхание.
— Ну, ты как? Живая? — спросил он, касаясь ее лба своими губами, и она открыла глаза, недоуменно смотря на него
— Макар, ты чего?
— Ничего просто проверяю тебя — сказал он и, протянув ей платок, обошел машину и сел за руль — Глеб звонил, просил привезти тебя домой, твой маме стало плохо! — сказал он, внимательно смотря за ее реакцией
Ноль. Словно ее стерли.
— Стась? — позвал ее Макар, и она повернула к нему голову — Ты слышала, что я…
— Да, маме было плохо — повторила она и вновь отвернулась, смотря на улицу — Знаешь, я уже и забыла, что значит просто смотреть на деревья и дышать свежим воздухом, это как терапия после комы, ну, чтобы быстрее пришел в себя — улыбнулась она странно
— Ты была в коме? — спросил он, считая важным все, что она говорит
— Мне так казалось, одно время! Но сегодня, я поняла, что это не сон, это настоящая реальность со всеми вытекающими… — прошептала она и, покачав головой, достала бутылку с водой и, открутив крышку, сделала глоток — Отвези меня домой, пожалуйста!
— Уверена?
— Нет, но как я и сказала, это реальность, из которой не выбраться!
Они ехали молча, каждый думая о своем. Макар думал о том, что Стасю одолевает депрессия, видимо потому что у нее не складываются отношения с парнем, в которого она влюблена, из-за этого все нервяки. А еще он знал, что Глебу предстоит ответить за ее нервный срыв и руку, которую она прижимала к себе, время от времени потирая.
Если он узнает, что это его вина, изобьет, и даже дружба будет ему не помеха.
Он подъехал к дому, когда время было три часа утра и вышел из машины, помогая вылезти Стасе.
— Может, мне подняться с тобой? — спросил он, окидывая взглядом высотку
 
— Ты не сможешь вечно защищать меня! — улыбнулась она, касаясь нежно его щеки, и он хотел ответить, но дверь подъезда запищала, и выпустила бегущего к ним Глеба
— Стася? — крикнул Глеб взволнованно, и она опустила руку, но не отошла от Макара, который поддерживал ее — Прости меня Стась, я был не прав… — начал Глеб и Макар разозлился, заталкивая ее за себя и наступая на него
— Макар не надо! — бросила Стася, еле держась на ногах, и Глеб обхватил ее за талию, прижимая к себе — Езжай домой Макар, завтра увидимся!
— Убери руки! — зарычала Стася, и Глеб сжал челюсти, но рук не убрал
— Если отпущу, ты упадешь — прошептал он ей в ухо, но она сама начала отнимать его руки, и он сдался, отходя от нее на шаг назад
— Макар ревнует… — бросила она, смотря ему прямо в глаза, и он уставился на нее
— Вы встречаетесь? — спросил он хрипло, и она кивнула — Давно?
— Сегодня было наше первое свидание! — ее улыбка была похожа на оскал, потому что глаза, не выдавали ничего
Сплошной холод и лед.
Настоящая снежная королева.
10
Стася
Если бы Стасе кто-то сказал, что она увидит растерянный и шокированный взгляд Глеба когда-нибудь, она бы не поверила, а если бы знала, что причиной будет она сама, точнее ее слова, то сказала бы их уже давно и не раз, просто чтобы убедиться в этом.
Он смотрел на нее и хлопал глазами, и она хмыкнула, решив, что удивила его наконец-то, выводя на эмоции.
— Домой пойдем, или ты просто хотел потрогать меня, в три часа ночи? — сказала она с иронией, и слегка отодвинув его, пошла вперед, пошатываясь
Он молча пошел за ней, не произнося ни слова, поднимаясь по лестнице, и не торопил, когда Стася, устало, прикладывалась к перилам. Он терпеливо ждал, боясь взять за руку, и она улыбалась, зная, что это ее заслуга.
— Можно я помогу? — спросил он, когда на последнем пролете, она едва не выплеснула свои легкие, заставив свой желудок скрутиться от спазма
— Помоги зайти, чтобы никто не видел — сдалась она, и он подхватил ее на руки, забегая с легкостью на этаж
Ее трясло от его парфюма и от злости, которую она испытывала к себе, к нему и этой ситуации. Ненавидя себя за то, что ему пришлось прикоснуться к ней…
— Потерпи чуть-чуть, я скоро отпущу тебя — расценив это в свой адрес, сказал Глеб, сжимая челюсти
— Плевать — прошептала она, закрывая глаза и погружаясь в нирвану, которая накрывала ее, всегда, когда он был так близко рядом
Ей казалось, что она плыла по воде, лежа спиной на плоту, который легким бризом несло в открытом океане, в неизвестном направлении. Она изредка открывала глаза и видела испуганное лицо Глеба, который что-то шептал ей, но она не могла ничего сказать, потому что ее трясло, и слова застревали в горле, издавая булькающие звуки.
Ее тошнило.
Она чувствовала, как противная жидкость стекает по щеке, заставляя морщиться и вытирать ее тыльной стороной руки. Она отравилась, точно.
Ее охватил озноб, и она тут же почувствовала прохладную ладонь и плед, укрывающий ее. Она улыбнулась, думая, что хотя бы во сне может не притворяться, что ей противно.
Она улыбалась, и слезы потекли из глаз.
— Спасибо
— Прости меня — тихий шепот Глеба, она расценила, как лучший подарок на свой день рождения, проваливаясь в сон без сновидений
***
Утро было жутким.
Глова была налита чугуном, и казалось, простой взмах ресниц, как удар молотка по наковальне, доставлял чудовищную боль и неприятные ощущения. Она осторожно повернула голову и заметила, что шторы в ее комнате закрывали яркое солнце, которое даже сквозь них было видно.
Кто-то постарался сделать так, чтобы ей было хорошо.
Вспомнив, что было вчера, она осторожно подняла руку, замечая бинт и понимая, что ничего не приснилось, и все было по-настоящему.