Добро пожаловать в отель «Камея» (ЛП)

Справиться? Здесь не с чем справляться. Он отказывался разговаривать со мной и переехал. Вполне конкретные действия для меня.
Я судорожно вздохнула, и слезы полились по щекам. Как бы сильно я его не хотела, если мы ему не нужны, то не стану принуждать его. Мне лишь хотелось знать причину, чтобы я смогла рассказать нашему ребенку, когда он спросит, где папочка.
Потому что до сих пор я не понимала, что произошло.
***
— Спасибо огромное, что пошла со мной, Эва, — произнесла я.
Я не могла пойти на свой первый прием одна, и Эва вызвалась сопроводить меня. Никакое количество «спасибо» не могло сказать достаточно о том, как я нуждалась в друге, чтобы держать его за руку. Она встретилась со мной в клинике и сидела рядом, пока я заполняла бумаги.
— Всегда пожалуйста. Я не могу представить, каково идти одной, так что дай мне знать, и я буду рядом в любое время.
Я кивнула.
— Спасибо.
Заполнение бумаг в кабинете врача оказалось утомительным занятием. Было необходимо заполнить столько пунктов о моем здоровье, здоровье семьи. У меня даже разболелась голова.
— Сегодня твой День Рождения? — спросила Эва, смотря на мои бумаги.
Я моргнула, затем перевела взгляд на календарь. Конечно, сегодня был День моего Рождения. Вероятно, по этой причине звонила моя мама. Я сделала себе пометку перезвонить ей позже, но не была в настроении разговаривать с ней, особенно не в тот момент, когда она будет с энтузиазмом засыпать меня вопросами о мужчине. Всё это приведет к тому, что скажу ей о своей беременности, а к этому я пока была не готова. Во многом, потому что не имела ответа на вопрос, почему мы с Гэвином расстались.
— Видимо.
— Нужно сходить на ужин и отпраздновать, — произнесла она.
Я покачала головой.
— Нам не нужно праздновать.
— Посмотри на меня, Эмма.
Я подняла голову, наши взгляды встретились. Из-за всего происходящего празднование моего Дня Рождения не стояло в списке моих приоритетов.
— Это не конец света, — произнесла она. — Знаю, тебе ужасно больно, но тебе нужно отпраздновать это событие.
— Эмма? — произнес голос от двери, к счастью, прерывая наш разговор.
— Да, — сказала я, вставая. Эва стояла прямо за мной.
Медсестра проводила нас в комнату осмотра и сразу же приступила к забору крови.
— Зачем вам столько крови?
— Мы проводим здесь тест на беременность и отправляем пробу на целый список различных показателей, — объяснила медсестра, перетягивая мою руку жгутом.
Мои глаза округлились.
— Различных показателей?
— Всё будет хорошо, — сказала Эва, сжав мою вторую руку.
Я не боялась иголок, но и не особо их любила. Я отвлекала себя, смотря на Эву, но безнадежно мечтала, чтобы рядом был Гэвин.
Именно он должен был быть рядом со мной.
Слеза стекла по моей щеке, и Эва погладила мою руку, робко улыбаясь.
Медсестра ушла, забрав с собой половину моей крови, и со словами, что доктор скоро придет.
— Ты отлично справляешься, — произнесла Эва.
Всего через пару секунд дверь вновь открыла.
— Эмма? Я доктор Кармайкл, — произнесла женщина, войдя в кабинет. У нее была мягкая дружелюбная улыбка, при виде которой мне стало легче.
— Здравствуйте. Это моя подруга Эва. — Я жестом указала на нее.
Доктор улыбнулась Эве.
— Здравствуйте.
— Здравствуйте.
— Давайте начнем с основного, хорошо?
Я кивнула, и она начала задавать стандартные вопросы, первым из которых стала дата начала моего последнего цикла.
— Как себя чувствуете?
Я тяжело выдохнула.
— Тошнит. Усталость. Нервничаю.
Она кивнула.
— Типичная ситуация для такого срока. Ваше тело проходит через серьезные изменения. — Она взглянула на компьютер. — Получается, примерная дата зачатия восьмое июня.
Когда она произнесла дату, я замерла. Ее я буду помнить всегда — день моего увольнения. В то утро Гэвин затащил меня обратно в душ.
— Эмма? — прошептала Эва.
— Все нормально. Я просто… вспомнила. — Вспомнила холод плитки, потрескивающую горячую энергию, которая всегда бурлила между нами, как он наполнил меня. Я также вспомнила, как он вышел из меня, но не раньше, чем его член запульсировал внутри.
 
— Получается, приблизительная дата родов — второе марта.
Март. Осталось почти восемь месяцев, чтобы всё подготовить.
Она отвернулась от компьютера и встала, затем протянула мне нечто похожее на тонкую бумажную простынь.
— Пойду позову медсестру, чтобы она помогла. Пока меня не будет, сними всё ниже талии, надень это и сядь на стол, хорошо?
— Хорошо.
Она вышла, и Эва отвернулась, чтобы не смущать меня. Всё было нормально, пока я не начала расстегивать свою брюки, и в этот момент заметила, как сильно пояс впивался в мою кожу, чего не было еще пару недель назад. И тут я поняла, что мне понадобится больше одежды. Эффект был не сильный, но внутренняя пуговица оставила след на моей коже.
Закончив, я прождала еще несколько минут, пока доктор не вернулась вместе с медсестрой, которая катила экран и еще какие-то приборы.
— Лягте, пожалуйста, на спину, — произнесла женщина, а медсестра достала подставки для ног.
Они казались странными, но я сделала, как она сказала. Казалось, что моя задница была на всеобщем обозрении. Технически всё так и было, как и открыто всё остальное. Мне было некомфортно, но, похоже, к этому стоило привыкать.
Доктор подняла длинный стержень с проводом, и я уставилась на него, не понимая ничего, когда она поднесла эту штуку ко мне.
— Подождите, это туда? Я думала, что датчиком водят просто по животу.
Она улыбнулась.
— Для этого еще рано, мы делаем трансвагинальное УЗИ. Так получится более удачная картинка.
Штука казалась огромной.
— По крайней мере, она с презервативом.
Эва хихикнула около меня, и я заметила улыбку на лицах доктора и медсестры.
Я смотрела в потолок, когда врач ввела датчик. Было так странно ощущать что-то внутри себя, затем появилось странное чувство. Особого дискомфорта не было, только сильное давление.
— А вот Ваш малыш, — произнесла доктор Кармайкл.
Я повернула голову, чтобы взглянуть на экран. Там посередине темного черного пятна был маленький светлый орешек размером с арахис. Слезы скатились по щекам, когда эмоции взяли верх. Малыш. Наш малыш, и Гэвин всё пропустил.
— Почему нет сердцебиения? — спросила я, и внезапно меня одолела паника.
— Сердечко еще только развивается, и его звук недостаточно громкий, но не волнуйтесь, еще неделя или две — и Вы услышите его громко и отчетливо.
Я посмотрела на Эву, которая улыбалась.
— Это потрясающе, да?
Я кивнула и перевела взгляд обратно на экран. Не было слов, чтобы описать чувства, захватившие меня, когда я смотрела на своего малыша. Мой малыш. Время и место не были идеальными, но это было не важно. Я влюбилась полностью и бесповоротно.
— Беременность развивается хорошо, но я хочу, чтобы Вы прямо сейчас начали принимать специализированные витамины, — произнесла доктор Кармайкл, вытаскивая датчик.
Когда я оделась, она дала мне много информации для изучения и взяла обещание, что я начну пить витамины. Мне предстояло вернуться сюда практически через месяц, и я надеялась, что Гэвин будет со мной.
По крайней мере, у меня появилось фото орешка, если вдруг я его встречу.
***
Следующий день после приема оказался тяжелым. Я сделала всё по совету врача и купила витамины для беременных, но у меня оставалось чувство, что причиной моей усталости была не только беременность.
Я приклеила фото ультразвука на стену в своем импровизированном кабинете. Напоминание о том, почему я так усердно работаю — мой орешек.
— Как дела? — спросил Джош, зайдя.
Уже несколько недель я приходила раньше, но сегодня пришла поздно, практически ровно в восемь: едва хватило сил, чтобы выбраться из кровати.