Мой слуга Тень (СИ)

– Гвидо отказывался отдать то, что принадлежало мне, – прорычал доктор. Ирис смотрела на него в изумлении.
Доктор страшно преобразился. Добродушный и рассеянный облик слетел с него, как шелуха.
Теперь Морган походил на разъяренного быка. Он наклонил голову, расправил плечи и развел локти, сжав кулаки. На лбу и шее выступили жилы. Челюсть выдвинулась вперед. Глаза выкатились и налились красным, а взгляд обжигал безумием.
Таким, должно быть, Костолом выходил на арену цирка для схватки, чтобы смять и раздавить противника.
– Гвидо был подлецом и заплатил за свою подлость, – выпалил доктор. – Не смейте меня обвинять!
Под потоком его бешеной ярости ближайшие к доктору зрители отступили от него, путаясь среди стульев. Морган выглядел как хищник, загнанный в угол, и внушал страх.
Но не у всех. Арман не сдвинулся с места. Он продолжал пристально смотреть на обвиняемого, а когда заговорил, его голос звучал ровно.
– Доктор Фальк, вы признаете свою вину?
Тот молчал, лишь тяжело, с присвистом дышал.
– Боюсь, мы будем вынуждены вас задержать и вызвать полицию из Шваленберга, – с оттенком сожаления сказал Арман.
– Черта с два! – взревел доктор и потряс кулаками, а потом с силой ударил себя в грудь. – Только попробуйте!
И тут у майора Зейца не выдержали нервы. Неизвестно, что щелкнуло в его не раз контуженной голове. Так или иначе, включились его инстинкты старого вояки.
– Ах ты подлец разэтакий! – завопил он. – Гвидо прикончил! А еще от подагры меня лечил, скотина! Ну я тебе задам, сволочь!
С этими словами он схватил со столика десертный нож, прыгнул и сделал выпад, махнув лезвием перед лицом доктора.
Не успели зрители ахнуть, как доктор бросился на майора. Он ударил его всем корпусом, перехватил старика за талию, перекинул через колено и швырнул на пол – только и мелькнули начищенные ботинки да звякнули ордена.
Тетя Грета очнулась, завизжала и храбро бросилась на выручку майору.
– Морган, прекратите! Вы его убьете!
Но майор не выпустил ножа в кульбите, и даже теперь, прижатый к полу коленом доктора, отчаянно им размахивал.
В последний миг Арман сильно оттолкнул свою госпожу подальше от драчунов, так что тетя Грета отлетела на пару шагов и чуть не упала, не перехвати ее Ирис.
Дворецкий крепко сжал запястье майора, в то же время не давая доктору треснуть старика кулаком по лбу.
А потом что-то произошло… Доктор вскочил на ноги и попятился с безумным видом, сшибая стулья. Майор лежал на полу пластом, хрипел и ругался.
Дворецкий рухнул на колени. Его белая сорочка окрасилась алым, а слева в груди торчала блестящая рукоятка ножа.
Ирис выронила тетю Грету и та свалилась на ковер мешком.
– Арман! – закричала Ирис. – Ты ранен! Нож… О боже!
Она бросилась к дворецкому, упала рядом на колени.
Доктор продолжал пятиться. А потом повернулся и выбежал из гостиной.
– Остановите его! – закричал Финеас, выскочил из-за шкафа и пустился в погоню. За ним последовали Даниэль, полицейский со своей бабулей и журналист Эрме.
Все оставшиеся в гостиной разом заговорили, закричали, засуетились.
– Доктора! Ему нужно доктора!
– Да сбежал доктор! После того как Рекстона ножом пырнул.
– Пырнул не доктор, а майор! Я сама видела. Майор случайно прикончил дворецкого!
– Вот до чего этот ваш спиритизм доводит! Вызовут духов, а потом тыкают друг в друга ножами…
– Арман! – чуть не плача твердила Ирис. – Арман, не умирай, пожалуйста!
Она придерживала дворецкого за плечи, заглядывала ему в лицо, а грудь сжимали невыносимый, безумный страх и глубокое отчаяние.
Вот к чему привела ее затея! Она нашла убийцу, но какой ценой… Человек, которого она любила, погибал у нее на глазах – по ее вине!
– Нет-нет, умирать не собираюсь, не беспокойся, – с трудом выговорил Арман, морщась от боли. – Все в порядке.
– Да как же в порядке, когда у тебя нож из груди торчит! Он вошел тебе прямо в сердце!
– Вот именно. Если помнишь, у меня вместо него механизм. Кажется, лезвие воткнулось в панель, погнулось и за что-то зацепилось. Но внутрь не прошло. Однако я не могу вытащить нож. Если потяну, он разворотит мне половину груди.
 
Арман задержал дыхание, прикусил губу. Его лицо исказилось судорогой.
– Черт, больно. Дай полотенце, пожалуйста. Не хочу закапать кровью ковер, его сложно будет потом отчистить.
– Прости, братец, – покаянно выдавил майор Зейц, поднимаясь на руках. – Сам не знаю, как вышло, что я тебя ткнул. Метил-то я в докторишку.
– Ничего не понимаю. Почему он еще живой? С ножом в сердце? – с горячим любопытством спросил аптекарь, подавая Ирис полотенце.
– Потому что у меня нет сердца, – ответил Арман. – После ранения мне половину органов заменили на механизмы. Барон одолжил тот самый изумруд, чтобы они работали и поддерживали мою жизнь.
– Так вы что… артифис? – изумился директор Телеман. – Механический человек? Ну и дела!
– Вы таскаете в своей груди изумруд Жакемара, который стоит состояние? – по-деловому уточнила Лара Хунтер. – Кто бы мог подумать, что вы такой ценный дворецкий!
– А этот изумруд можно вытащить? – живо поинтересовалась Дамарис Ойген.
– Да о чем вы все говорите! – гневно закричала Ирис. – Ему срочно нужна помощь!
Где-то в доме слышались крики, топот, потом загрохотало так, словно кто-то ломал мебель.
Аптекарь вздохнул и покачал головой.
– Морган Фальк – единственный доктор в Альсингене. Я могу лишь перевязать вашу рану, но чтобы провести операцию, вам придется ехать в Шваленберг. Надеюсь, доедете… Или вам не к врачу нужно, а к механику?
– Мне бы не помешал именно врач, – сообщил Арман через силу.
– Доктор Фальк знал о его состоянии и помогал ему раньше, – Ирис зажмурилась и закусила губу, чтобы не разрыдаться.
– Морган сбежал, – бросила Лара Хунтер. – Ищи-свищи теперь его.
– Обойдемся без свиста! Мы его поймали, – триумфально объявил Даниэль, вталкивая Моргана в гостиную.
Но доктора не нужно было принуждать. Он шел покорно, свесив голову, и выглядел как человек, очнувшийся от глубокого похмелья в незнакомом месте. Не осталось ни следа от его животной свирепости. Он растерянно моргал, его взляд не мог сфокусироваться на одной точке, волосы растрепались, рубашка вылезла из брюк, а рукав пиджака был почти оторван и висел на нитках.
– Он пытался улизнуть через бильярдную, – похоронным голосом пояснил Финеас. – Но застрял в двери. Той, что превращается в теннисный стол. Механизм сорвало, доктора прихлопнуло к полу и прижало, как мышь в мышеловке. Мы его еле вытащили.
– Изобретательский дух Гвидо не дал сбежать убийце, – торжественно подытожил майор.
– Да погодите вы называть его убийцей! – тетя Грета с кряхтением поднялась с ковра и уперла руки в бока. – Мало ли чего там кукла наболтала. А вы и поверили! Доктор, умоляю… скажите, это вы или не вы отправили моего брата на тот свет?
– Гвидо пал от моей руки, – глухо признался доктор. – Но это была случайность, уверяю вас… Хотя не скрою: я желал этой случайности. Если бы вы только знали!
– Потом объясните! – гневно прервала его Ирис. – Сейчас нужно помочь Арману. Видите, что вы натворили?
Взгляд доктора прояснился. Кто-то подал ему очки, которые он обронил в схватке. Морган нацепил их, прищурился, и его лицо исказилось – от стыда ли, от других ли чувств, непонятно.
Ирис теперь не доверяла доктору, но он был ей нужен.
– Да, конечно… сейчас.
Он опустился на колени рядом с Арманом, осторожно разорвал его рубашку, быстро осмотрел рану.
– Голубчик вы мой, Арман, мне так жаль! – раскудахталась тетя Грета. – Мы и не знали, что вас выпотрошили, как дрозда, и начинили железяками!
– Да уж, ну и сюрприз… – Даниэль ошеломленно потер лоб.
– Даниэль, сбегайте ко мне домой и принесите мой рабочий саквояж, – прежним уверенным голосом попросил доктор Морган. – А вы, молодые люди, отведите Армана куда-нибудь, где есть чистый стол, и уложите его. Добудьте перевязочный материал. Не беспокойтесь, я вытащу этот столовый прибор и наложу швы. Механизм не пострадал. Через несколько дней будете как новенький. Остальных прошу покинуть помещение! – зычно приказал доктор напоследок, и гости, досыта насладившись спектаклем, поспешно удалились, распираемые желанием обсудить волнительные события подальше от ушей хозяев «Черного дуба».