Измена. Неверное решение (СИ)

Как только Варю забирают приезду в больницу, приезжает и папа. Антон сразу же бежит ко мне и задает вопросы о маме.
– Скоро врач осмотрит ее и скажет нам в чем дело. Придется немного подождать.
Мы садимся в зале ожидания, и я понятия не имею, что будет дальше. Что случилось с Варей и к чему это приведет.
Глава 34 
Варя
Первое что сразу бросилось в сознание, этот тот же привкус металла во рту, когда я пришла в себя.
Голова не болела, а пульсировала где-то сзади. Тело и вовсе чувствовалось плохо.
Простонав от попытки пошевелиться, я решила оставаться на месте и вспомнить, что случилось.
И как только вспомнила падение в ванной, дернулась, снова сделав хуже. Но мой сын…
– Антон, – пересохшими губами произнесла его имя, ощутив, как они тут же лопнули. – Антон…
Открыв глаза, не поняла, что это за место. Но повернув голову вбок увидела кровати. Да и запах стал знаком.
Послышались голоса откуда-то издалека и стали громче, когда дверь открылась. Я лежала будто за углом, и выступ не давал обзора на то, кто там вошел, но решила снова позвать сына.
– Антон?
– Мама, – закричал он и я услышала, как бежит ко мне. – Ты проснулась.
Его голова легла на мой живот, а ручки обняли и безмятежное сердце нашло покой.
– Проснулась, сынок.
Но стоило глянуть поверх его головы, я увидела Нину и ее отца.
– Я позову врача, – отозвался мужчина и пошел на выход.
– Как… – слов не хватило задать свой вопрос.
– Он позвонил мне. Я была последним абонентом в журнале вызовов.
Из уголков глаз скатились слезы благодарности этой женщине.
– Спасибо.
Она лишь кивнула.
– Долго я была без сознания?
– Пару часов.
– Это выходит уже…
– Половина восьмого.
– Боже, нам надо домой и…
– Варя, я думаю, что лучше дождаться врача. Ты ведь понимаешь, что… – она посмотрела на Антона, который лежал в обнимку со мной, и замолчала, а затем вошел врач.
– Итак, Варвара Михайловна, здравствуйте.
– Здравствуйте. Думаю, нужно поговорить с вами.
– Х-хорошо.
– Мы пойдем прогуляемся, – выступил вперед отец Нины.
– Сынок, мне нужно поговорить с врачом. Это ненадолго, ладно?
– Честно?
– Обещаю, – целую его в макушку и ощутив, как он сильней меня сжимает, его объятия ослабевают.
Он встает и выходит из палаты.
– Что со мной?
– Сначала расскажите мне о себе, Варвара. Ваш гемоглобин на критической отметке. И когда я говорю критической, то поверьте это так и есть.
Я рассказываю ему о своих симптомах. Рассказываю о записи к гастроэнтерологу через четыре недели. И о том, что случилось днем.
– Итак, говорите, был кашель, который вышел с мокротой и кровью?
– Да. Такое было впервые.
– Мне сложно сказать, что с вами, Варвара. И я не могу тыкать в небо пальцем. Нам нужно провести тщательное обследование.
– Ладно, хорошо. Я не против.
– Я рад. Нина Ивановна, – поворачивает голову к ней, – не могли бы вы привезти все необходимые вещи для Варвары? Я напишу вам список и…
– Погодите, вещи? – перебиваю его.
– Конечно, вам нужно остаться здесь для всех анализов и курса препаратов, которые нужно пропить.
– Простите, но я не могу у меня сын. Работа, которую я только получила. Я не могу лежать в больнице.
– Вы ведь можете оставить ребенка с родственниками, а для работы есть больничный лист, который я вам выдам. Не волнуйтесь.
– Не могу, – прикрываю глаза, в которых собираются слезы, но я их подавляю. – У нас нет никого близкого, я только переехала сюда. Я не могу… Я приеду, когда скажете, но остаться…
Облокачиваюсь на локоть, чтобы привстать и наконец, сесть ровно.
Голова кружится. Но я держусь.
Почему стало так внезапно хуже. Нормально ведь ходила и жила, пусть и с болями этими.
– Варвара, вы не понимаете? Вам нужно пройти курс капельниц с витаминами. С таким уровнем гемоглобина ваши обмороки будут продолжаться. К тому же ваша болезнь, это может быть что угодно. И первым делом мы будем обследовать ваши легкие.
Я-то понимала каждое его слово, но он не понимал меня.
 
– Тогда позвольте моему сыну остаться со мной, – смотрю умоляюще на врача.
– Простите, это против правил. Если вам не с кем оставить сына, наймите няню.
– Я не смогла пойти на прием к гастроэнтерологу платному, – почти смеюсь со своих слов, – откуда у меня деньги на няню, которая обойдется, бог знает сколько за то время, что я тут пробуду.
– Давайте, я дам вам десять минут на размышления? И если ваш ответ будет прежним, то принесу документы на отказ от медицинской помощи.
– Хорошо, спасибо вам за помощь, доктор.
Когда мужчина выходит из палаты, я остаюсь сидеть на месте, а Нина стоять у того самого выступа, который загораживает обзор на дверь.
– Иногда, мне кажется, – говорю вслух, не уверенная, что Нина вообще хочет меня слушать, – что эта черная полоса не закончится, понимаешь? – с губ срывается смешок, вместе со слезой. – А потом, я смотрю на сына и ругаю себя за эту мысль. Потому что… ну какая это черная полоса, если в моей жизни есть он? И знаешь, становится легче.
Поднимаю голову и смотрю на нее.
– Спасибо, что вернулась и помогла. Я… не знаю, что ты думаешь обо мне, но могу догадываться, не дура. И все же, спасибо, тебе Нина.
– Любой поступил бы так же.
– Нет, поверь я знаю, что это не так.
С этими словами я встаю, и восстанавливая координацию, иду в ванную комнату.
– Прости, мне нужно туда.
На самом деле, мне просто нужно было снова взять себя в руки, прежде чем показаться на глаза сыну.
Когда я выхожу, Нина сидит на стуле и странно смотрит на меня.
– В чем дело?
– Я… я… – она прочищает горло. – Я не смогла дозвониться до Славы, но уверена, что он бы поддержал меня в этом вопросе.
– В каком? – смотрю на нее в ужасе.
Мне так страшно, что она может сказать, что почти теряю сознание снова.
Что, если они заберут его?
– Давай, я заберу Антона на время, пока ты будешь обследоваться?
– За-за… – даже в глазах потемнело. – Заберешь? Ты не можешь… Вы не можете… Он же…
– Ты чего? – она встает и подходит ко мне, помогая дойти до кровати. – Варя, тебе нужна помощь. И ты нужна своему сыну. А для этого пройди обследование и поправь здоровье. Мы возьмем его на неделю. Или сколько там скажет врач и привезем сразу же, как ты выпишешься из больницы.
– Боже… Я думала… подумала…
– Никто и никогда не отнимет у тебя сына, – говорит она, садясь на кровать напротив.
Мы недолго в молчании смотрим друг на друга.
– Почему? – чувствую, как дрожит нижняя губа.
– Что почему?
– Почему ты это делаешь? Предлагаешь помощь сейчас?
Нина отворачивается и пожимает плечами.
– Просто… Я не знаю. Я просто, хочу это сделать. Для Антона, Славы… он сын моего мужа, а я его очень люблю. И… я такая же мать, как и ты, Варя. И знаю, что ближе меня у моей дочери нет никого, как и для меня она самое важное, что есть в жизни.
Слезы проливаются из глаз от ее ответа.
Не помню, чтобы ко мне был так кто-то добр, уже очень долгое время.
– Спасибо… Большое спасибо, Нина за это. Я очень благодарна тебе.
– Не плачь, все наладится.
Киваю ей и стираю влажные дорожки с лица.
– Иногда, я думаю, что не заслуживаю его.
– Ты думаешь неправильно, – отвечает она и встает. – Я позову врача, и уверена, твой сын хочет тебя скорее увидеть.
– Да, – снова вытираю лицо. – Я сейчас приведу себя в порядок.
Но когда она выходит, я снова плачу.
Глава 35 
Я снова прижимаю к себе моего мальчика и не могу поверить, что мы разлучаемся на целую неделю.
Мое сердце разрывается от боли, а его слезы уничтожают душу.
– Эй, солнышко, – пытаюсь сделать так, чтобы он на меня посмотрел. Но Антошка обнял и не отпускает, скрывая свое лицо на моей груди. – Родной мой, давай представим, что ты едешь в летний лагерь?