Искупление Дамира
- Знаешь, ну решила в недотрогу поиграть, бывает. Выходило даже весело. Ну, такая игра. Типа принуждение, все дела...Порнуху когда такую смотрели с ней, так Женьке всегда нравилось. Заводилась, текла... - похабно ухмыляется и разводит руками, - Кто ж знал, что она вдруг реально не захотела давать!
Будто занавес падает на глаза. Тяжелый, бордовый, непроницаемый. Не слышу больше ничего, не вижу вокруг себя. Мозг отключается, из самой глубины вырывается то самое тёмное, яростное, что зрело давно.
Понимаю только, что подсознательно я знал правду, чувствовал, но поверить в нее не хотел, не мог. Какая-то слишком болючая она. Правда эта. А сейчас столкнулся с ней так, что не увернуться, и словно гнойник прорвало.
Не полностью осознаю, как подрываюсь со своего места, наступаю ногой прямо на низкий стол и хватаю мразь за галстук и с размаху бью в висок. Звон битой посуды и крики вокруг оглушают какофонией, но бешеный сердечный ритм в ушах сильнее. Перед глазами вспыхивают кровавые круги или кровь этого слизняка из разбитой морды на меня летит – не могу понять. По хрен – мешу дальше.
* * *
Женя.
Через час после описанных событий.
Когда мы возвращаемся с Ромкой из курилки в офис, то не понимаем, что происходит. Вокруг стоит невероятный гул, болезненное возбуждение всех сотрудников буквально насквозь пропитывает воздух. За столами никто не сидит, не работает – сбились по группкам по всему просторному кабинету и, охая, что-то обсуждают.
- А что происходит? – ловит за локоть Ромка ближайшего парня, - Что за дискуссионный клуб посреди рабочего дня?
- А вы не слышали еще? – пучит глаза тот в ответ, - О-о-о, тут такое! Керефов отфигачил Каретникова младшего в ресторане. Никита Сергеич в реанимации, а босса вашего вроде менты забрали. Хрен знает, что там было, почему, что дальше вообще. Вот сейчас Севастьянов выяснить пытается что- как.
9.
Пять лет назад.
Знакомство.
- Хм, Кать, а это точно удобно будет? - я с сомнением покосилась сквозь зеркало на писающую Катьку за моей спиной.
- Жень, ну конечно! Он предупредил, что с братом заедет, а что нам делать втроем, а? Да и Олег сам сказал, чтобы я какую-нибудь подругу взяла. Так что давай, красься быстрей и пойдем. Они приедут уже скоро. Вот увидишь, он кла-а-ассный! - Фирсова мечтательно закатила глаза, нажимая на слив, - Просто отпад. А брат у него вроде близнец, значит такой же....О-о-ой, я тебе уже заранее завидую, Дуб, и думаю, сколько ты мне за такой подгон должна-а!
Игриво растягивая слова, Фирсова кинулась на меня сзади, чтобы обнять, так резко, что я чудом не проткнула кисточкой туши себе глаз.
- Фу! Руки помой сначала, позорница, - засмеялась, отшатываясь от нее.
- Зануда ты, Дуб! За-ну- да, - фыркнула Катька, включая кран и настраивая воду, - Слушай, дай свой блеск розовый.
- На...- я протянула ей дорогой, недавно купленный тюбик. Ведь для лучшей подруги ничего не жалко.
* * *
При первом знакомстве Катя мне, помнится, не понравилась. Слишком громкая, вызывающе накрашенная, напыщенная, дерзкая, деловая. Типичная "королева вечеринки".
Я же принадлежала к другому типажу - " мамина гордость". Симпатичная, вполне ухоженная, но не позволяющая себе юбку сильно выше колен. Веселая, но не хохочущая как кобылица на всю аудиторию, привлекая внимание поголовное большинство парней вокруг. Макияж только естественный, оценки только хорошие, учителя только любят, пропуск олимпиады, только если ты при смерти...
В общем, таким, как Катя, я в тайне, даже от самой себя, всегда немного завидовала, а значит официально просто не очень любила.
Кате же было на меня глубоко плевать. Парней я не особо привлекала своей чересчур правильной, блеклой внешностью, а значит и для нее мало чем отличалась от какой-нибудь парты.
Так было весь первый день в университете, пока вечером не оказалось, что в общаге нас поселили вместе.
Первый курс мы тихо, а иногда и не очень враждовали. Я ругалась из-за бардака, Катя из-за того, что я свет не выключаю после одиннадцати, а у нее потом синяки под глазами. Но к концу года быт немного устаканился, и мы нашли компромисс. Уборку мне пришлось полностью взять на себя, как и походы в прачечную, зато выяснилось, что Катя идеально готовит, поэтому я просто отдавала ей в начале месяца оговоренную сумму и дальше жила с практически своим личным шеф-поваром. Это устраивало нас обеих.
На втором курсе мы соблюдали вежливый нейтралитет, общаясь в разных компаниях и сближаясь только на период сессии. Вернее, Катя со мной сближалась, чтобы списать, а взамен каждый день скармливала мне изумительные самодельные торты, задабривая и объясняя, что работающему за двоих мозгу необходимо много глюкозы. Вспоминаю сейчас, сколько сладкого я ела с ее щедрой подачи, и благодарю бога за свое астеническое телосложение. Если бы не оно, у меня бы был реальный шанс в какой-то день застрять в дверном проеме нашей комнаты.
Так мы относительно ровно прожили первые два года, а на третий...
Я влюбилась в парня из параллельного потока, который был в Катиной компании. И, скрипя зубами, сближаться с соседкой ради него уже пришлось мне. Повезло, что дело было в конце ноября и перед носом у Фирсовой уже маячила зимняя сессия, поэтому Катя к заданию ввести меня в свой круг тусовщиков и мажоров подошла совершенно серьезно. Переодела, накрасила, причесала и повела в свет.
С парнем тем ничего серьезного не сложилось - при более ближайшем знакомстве он оказался тупой как пробка со странным присвистывающим смехом. Но те несколько студенческих вечеринок, пока я это выясняла, открыли совершенно другую меня, умеющую отрываться по полной и радоваться жизни так, как и должна девушка в девятнадцать беззаботных лет. А еще подарили новую лучшую подругу и верного напарника по шалостям - Катю.
* * *
- Да, выходим уже…Олеж, ну не нуди-и-и! Сейчас вот спускаюсь! – замурлыкала Катька в трубку, звонко цокая тонкими шпильками по обшарпанным ступенькам нашего общежития.
- Воу –воу, Фирсова, куда красивая такая ?! – Армэн, со второго этажа, проходивший мимо турникетов, схватил было ее за талию, но Катя изящно увернулась, показала ему фак и пропорхнула мимо поста охраны.
- Привет, - кивнула я свистящему вслед моей подруге парню.
- А, здравствуй, - Армэн мазнул по мне незаинтересованным взглядом и отвернулся.
Поджала губы, толкая турникет. Что делать…Если ты с первого курса не был популярен в своей постоянной среде обитания, то потом, как ни красься и не прихорашивайся, этого уже не изменить. Не то, чтобы это сильно меня задевало – быть блеклой Катиной тенью. Но… утомляло точно. Звездой в нашем дуэте бесспорно была она. Я же, как Луна, лишь отражала падающее на меня сияние.
- До одиннадцати! Не пущу больше! – стращала за спиной вахтерша Лидия Михайловна, - Помирать будете – не открою! Свиристелки!
Мы с Катей только синхронно помахали ей, сбегая по ступенькам. Мы слышали это в тысячный раз.
На улице уже было совсем темно. Осень уверенно вступала в свои права, делая вечера влажными и зябкими. Я поежилась, тормозя и поплотнее запахивая тонкий дутик на груди, Катя же с визгом сбежала по щербатым ступенькам и с разбегу запрыгнула на какого-то высокого парня, вальяжно подпирающего бедром хищный капот спортивного автомобиля.
- Дубик, знакомься, это Олег! – облизав буквально все лицо молодого человека, Фирсова все-таки вспомнила о моем существовании и решила нас представить, - Олеж, это Женя. Соседка моя.
Светлые глаза парня застыли на моем лице так неприлично прямо, что я слегка стушевалась.
- Привет…
- Привет, - кивнул он, так и не отводя наглый изучающий взгляд, - Дубик, да? Интересно…Ну поехали, прокатимся, девчонки.