Искупление Дамира
Сердце сжимается от болезненной нежности и навязчивого желания обладать. Разрывает от этого всего, когда наваливаюсь всем весом, впечатывая Женьку в стену. Снова целую в губы, давя и толкая в ее горячий рот язык. Подхватываю под коленкой ее ногу, заставляя обвить мое бедро и раскрыться для меня. Послушно делает, выгибаясь, пяткой упирается мне в икру, трется о мошонку мокрой, горячей промежностью. Бл...Искры из глаз. Сминаю попку, добираюсь пальцами до манящих раскрытых складок. Набухшая, тугая, раскаленная внутри. От нетерпения лихорадит. Подсаживаю выше, сильнее отводя ее бедро в сторону и толкаюсь в бархатную глубину. Всхлипывает, напрягаясь, цепкие пальчики впиваются мне в плечи.
Сейчас, родная, будет хорошо...
Медленно растягиваю под себя, плавно толкаясь глубже. Быстро привыкает. Обвивает мою шею руками, приоткрытые губы касаются моего горла. Влажно дышит, щекоча кожу, подхватывает бедрами ритм.
Тугая, горячая, податливая, моя...
Чувствую, как плотно обволакивает член, как упругие мышцы сжимают кольцом и отпускают, пульсируя. Зверею с нее, ускоряясь. Женька жалобно довольно стонет мне в шею, обмякая под напором. Подставляет себя. Шум воды, льющейся мне на спину, разбавляется влажными шлепками. Чувствую, как начинают дрожать ее бедра от напряжения, как туже сжимается лоно, жадно обхватывая таранящий член. Шепчет что-то неразборчивое, громче всхлипывая на каждом толчке, коготки царапают мне плечи. Вниз по позвоночнику сползает тягучая волна нарастающего кайфа, давит на пах, заставляя двигаться все быстрей.
В ушах шумит, сердце бешено стучит о ребра. Чувствую, что я уже почти. И что она чуть отстает. Хочу вместе, хочу ощутить, как ее скручивает от меня, прежде, чем кончу. Рывком разворачиваю ее спиной к себе. Женька упирается щекой в холодный кафель. Глаза закрыты, мокрые ресницы дрожат. Прогибаю ее в пояснице, одной рукой беря в мягкий захват за шею, другой накрывая ее лобок и находя пальцами клитор. Глухо стонет, дрогнув. Виляет попкой, потираясь о каменный член. Нахожу ее губы ртом. Целоваться нормально сейчас не вариант - весь фокус внимания стек вниз к горячей подставленной дырочке, но ловить рваное шумное дыхание, касаясь языками, кажется чем-то жизненно необходимым. Вхожу сразу на всю длину меж набухших мокрых складок. Сейчас уже легко. Женька в голос стонет, прогибаясь навстречу. Пульсирует опять. Глажу клитор в такт своим резким толчкам, вслушиваясь в ее хриплые, становящиеся плаксивыми и требовательными стоны. Ощущаю, как Женька все чаще напрягается всем телом, подбираясь совсем близко к вершине.
- Давай, Ежик, дава-а-ай...- бормочу неразборчиво, терпя из последних сил.
Я сам уже давно на краю той грани. Женька рвано выдыхает, каменеет в очередной раз, и наконец ее начинает крупно трясти от прошивающих спазмов. Замираю тут же, ловя запредельный кайф. Так сжимает, мля-я-я...
За закрытыми веками фейерверк круче, чем на 9 мая. Затухает потихоньку где-то на десятый счет, и я наконец разрешаю себе. Толкаюсь грубо в нее пару раз и рывком вытаскиваю член, кончая Женьке на попку. Сквозь пелену перед глазами смутно вижу, как Колючка моя, жмурясь, отрешенно улыбается, прижимаясь щекой к стене.
* * *
В номере тихо и прохладно от работающего кондиционера. Солнце еще шпарит вовсю, но занавески крадут его лучи, оставляя мягкий свет, рассеянный по комнате. Лежу, раскинувшись звездой и уставившись в белый гостиничный потолок. Женька греет правый бок, закинув ногу мне на бедро и обняв рукой живот. Льнет, как кошка. То щекой потрется о волоски на груди, то прихватит зубками сосок, то приподнимется и чмокнет в подбородок, чтобы потом, тихонько вздохнув, лечь обратно. Никак не комментирую ее приливы нежности. Вообще рот открывать не хочется, честно говоря. Заметил, что, когда молчим, оно как-то спокойней.
Рассеянно вожу пальцами по женской спине, иногда спускаясь до попки, и, как бы между прочим, прохожусь между половинок. Прислушиваюсь к тому, как Женька в этот момент сразу тихонько замирает. Чувствую, что не против она еще раз, что едва заметно потирается промежностью о мое бедро. Я тоже за, но хочется момент "между" потянуть. Так хорошо...
Сексуальное напряжение между нами копится медленно, постепенно накаливая воздух в комнате, и в этой неспешности и неотвратимости тоже есть особый кайф.
Мысли лениво текут в голове. Все проблемы кажутся такими далекими и почти нереальными. Не получается даже из-за Каретникова этого несчастного напрягаться. Сложно поверить, что там действительно что-то есть, когда она такая со мной. Кажется, что ерунда.
Но я знаю себя. Стоит нам выйти из этой комнаты, погрузиться в обычный мир, и меня начнет коротить снова. Не дело. Я сюда работать приехал, в конце концов, а не от ревности сдыхать. Надо выяснять.
Кошусь на млеющую Женьку рядом, хмурясь. Чувствует. Поднимает на меня свои затуманенные теплотой глаза, улыбается. Целует свой указательный палец и, протянув руку, гладит им морщинку, залегшую у меня между бровей. Вздыхаю, сдаюсь, перехватываю ее ладошку и целую внутреннюю мягкую сторону, ведя языком по линии жизни.
Ну вот как тут спросишь? Ощетинится же сразу вся, ежика своего из этой кошечки достанет, зафырчит, а так момент портить не хочется. Хорошо...
- Ты к родителям когда? - интересуюсь, решая пока отложить острый разговор. Прижимаю ее к себе ближе.
- Хм...Завтра, наверно. После офиса. Вечер же у нас свободен?
- Вроде, да, - целую ее в макушку. Так пахнет. Ягодка.
Женька приподнимается на локте, заглядывая мне в глаза.
- Со мной поедешь?
Моя рука застывает на ее плече. Сердце стукается о ребро. Я такого не ждал. Она ж сама...
- Ты же не хотела? - щурюсь мстительно, припоминая в голове все ее, брошенные мне слова.
Женька только виновато улыбается, поведя плечом. Нервным движением смахивает несуществующую длинную челку.
- Решила, почему нет...Если хочешь, конечно. Я не настаиваю! То есть...черт...- кусает губу, и краснея, и смеясь, - Ты же понял, да?
- Понял- понял, - тоже начинаю ухмыляться. Она, когда расслабленная, такая...
- И как представишь? - с иронией интересуюсь, - Если просто решила отомстить, то лесов, где можно меня подцепить, тут особо нет.
- Хм-м-м... - мычит с умным видом, сдерживая хохот, - Думала насчет пляжа, как тебе?
Ржет над собственным вариантом, откидываясь на моей руке.
- Могла еще подобрать в самолете, с гостиницей тебя кинули, вот приютила бедолагу, да?
- Я тебе дам "бедолагу", - рычу с акцентом и начинаю ее щекотать. Женька визжит, отбиваясь.
Пытается скинуть. Не уступаю, беру в захват, подминаю под себя. Целую, с трудом поймав губы. Мычит протестующе, сжимая рот. Но секунда, две, и расслабляется, затихает. Целую по- настоящему. Член моментально встает, давит ей между ног. Женька разводит подо мной бедра...
Отстраняюсь на мгновение.
- А если серьезно?
- Если серьезно...- кусает губы, скользя затуманенным взглядом по моему лицу, - Мы же вместе?
- Да.
- Значит, так и скажем?
- Да. Что ты моя. И у нас, кстати, еще полчаса.
7.
Поправляю лиф платья, задирая его повыше. Поудобнее располагаю в нем свою не такую уж большую грудь. Еще раз прохожусь красной матовой помадой по губам, критически разглядывая себя в зеркале.
Кажется, все.
Отхожу на пару шагов, чтобы увидеть побольше. На мне коктейльное черное платье - футляр с воланами на талии, верх без бретелек, отчего плечи мне кажутся слишком хрупкими, а руки худыми. Недовольно морщусь, облизывая губы. Ладно, как есть...
Снова раздраженно поправляю лиф. Стук в дверь и сразу ее кто-то открывает, не дождавшись моей реакции. Закатываю глаза, начиная улыбаться.
- Ты готова? - уверенные шаги Дамира по номеру. Ищет меня.
- Я не говорила, что можно зайти, - вредничаю, подавая голос из ванной.