Измена. Не люби меня (СИ)
— Уходите. Уходите. Уходите.
Мне был так отчаянно больно, словно грудь вспороли ножом, и теперь моё оголившееся сердце испуганно трепетало.
Хлопнула входная дверь и наступила тишина. Я вздрогнула, сердце сжалось в комок. Ушёл. Как же так. Вернись, пожалуйста, оно без тебя не бьётся. Что же я натворила?
Слёзы ручьём текли по лицу, в ушах звенело. Горло сжималось саднящими спазмами. Я плакала и плакала, не могла остановиться.
Включила душ, встала под него прямо в одежде. Подставила лицо прохладным струям и замерла. Мне казалось, что именно в эту минуту, когда Дима ушёл, мой мир окончательно разрушился. Стараясь усмирить дыхание, я прислонилась виском к кафелю.
Вдруг раздался скрежет, дверь с треском распахнулась. Дима с горящими глазами отбросил в сторону какую-то кривую металлическую штуку, запрыгнул ко мне в ванну, сгрёб в объятия и застыл.
— Тихо, всё, успокойся, — шептал он мне в волосы. Потом прижался губами к макушке. Вода бежала по нашим лицам и телам. Мы оба тяжело и горячо дышали. Но мои слёзы разочарования превратились в слёзы облегчения.
— Ты не ушёл, — болезненно прошептала я.
— Сказал же, больше не отпущу, — Дима чуть ослабил руки, заглянул в мои красные от слёз глаза, — хочу всегда быть с тобой, вдыхать запах волос, обнимать, чувствовать каждую минуту вкус твоих губ. Только тебя люблю. Никто не нужен. Только ты.
И поцеловал меня. Всё закружилось. По телу побежали короткие замыкания. Я на секунду оторвалась:
— Как же фото?
— Разберёмся, — глухо ответил Дима и продолжил меня целовать.
В этот момент мне стало так спокойно… Я опять почувствовала, что стою на ногах.
Через несколько минут Дима отпустил меня, выбрался из ванны, выключил воду. Я растерянно посмотрела на сломанную дверь. Дима проследил за моим взглядом:
— Прости, я обычно так не делаю, — потом удивлённо хмыкнул и покачал головой, — Короче, теперь делаю. Завтра починю.
Заглянула Настя с испуганными глазами. Молча сунула Диме полотенце. Он аккуратно раздел меня, завернул в мягкую махровую ткань, взял на руки и отнёс в постель. Укрыл одеялом, ворча под нос:
— Так и знал, что лучше не оставлять.
На минуту ушёл на кухню, вернулся с двумя кружками. Протянул мне одну:
— Пей.
Я привстала, послушно взяла и выпила. И поперхнулась. Это было что-то жгучее, крепкое и алкогольное. Дима быстро напоил меня водой из второй кружки. Я отдышалась и возмутилась:
— Что это?
Дима молча снял с себя мокрую одежду и лёг рядом, положил мою голову себе на грудь и, ласково поглаживая по плечу, сказал:
— Спи.
Мне стало тепло и пьяно. Я успокоилась и расслабилась. Лежала на его груди и слушала глухие вибрации сердца. По моему телу растекалась нежность, которой я срочно захотела поделиться:
— Люблю тебя выше звёзд. Даже в телескоп не видно, докуда я тебя люблю.
Я поняла, что мой язык не совсем меня слушается. Это было так странно, я смущённо хихикнула.
— Люблю тебя ещё больше, — в голосе Димы я услышала улыбку, — девочка моя, надо поспать.
— А как же Лена, фотографии, вы в постели, около ЗАГСА?
— Сказал же, завтра разберусь. Мы не встречаемся. Верь мне.
Я с готовностью кивнула, закрыла глаза и не заметила, как уснула.
Мне приснился сон.
Я стояла на берегу моря, сверкающего в лучах солнца, и слушала, как волны бьются о скалы. На мне было белое шёлковое платье, а на шее, руках и ногах переливались золотые цепочки. Мне было хорошо, очень. Я чувствовала себя совершенно счастливой. Со спины ко мне подошёл Дима, обнял за талию и положил подбородок на плечо. Мы молча стояли, наслаждаясь необыкновенным пейзажем. Волны временами накатывали на берег, омывая босые ноги. Я обернулась, поцеловала его в щёку:
— Люблю тебя, Дим.
Он нахмурился и спросил:
— Тогда почему ты всё время путаешь нас?
Вдруг из набежавшей волны появились руки Виктора, я сразу их узнала по шраму из детства около большого пальца, Виктора рассказывал, что упал с крыши гаража и напоролся на гвоздь. Руки уцепились за моё платье, потом схватили за ноги и потянули в море, которое неожиданно стало чёрным и бушующим. Я закричала и проснулась.
Димы рядом не было.
Глава 51
Я открыла глаза, но вставать не хотелось. Я лежала и бездумно пялилась в потолок. В голове не было ни одной разумной мысли. Какая-то неразборчивая дребедень.
Я вспоминала события вчерашней ночи. Объятия, слова о любви, то, как Дима заботился обо мне. Очень хотелось поверить ему, я изо всех сил старалась. Но часть меня яростно сопротивлялась этому. "Он врёт, все врут, — мерзко нашёптывала мне подозрительная я, — про Витю думала, что он не способен на предательство. А он вон что устроил. И Дима сможет, мужики все непостоянные. Ты же сама видела те фотографии."
Мысли прервал настойчивый стук в дверь. Я промолчала, но Настя не стала дожидаться разрешения, вошла в комнату и сдёрнула с меня одеяло:
— Проснулась? Вставай, марш умываться и на кухню завтракать.
Настя долго трудилась в детском саду. Дети слушались её с полувзгляда. Отработанная воспитательская интонация подействовала и на меня.
Я встала, накинула на себя халат и поплелась в ванную. Посмотрелась в зеркало, сморщилась и отвернулась. Бледная с опухшими глазами, видок ещё тот. Мне вспомнилась вчерашняя истерика, стало очень не по себе. Как стыдно-то. Хорошо было бы вернуться в прошлое, как будто вчерашних событий вовсе не было. Так всё хорошо складывалось до этих злополучных фоток.
Я открыла кран, начала приводить себя в порядок.
На краю сознания мелькнула мысль, что я хочу быть с Димой, несмотря ни на что. Что у меня не получится прогнать его из своей жизни, как Виктора, даже если окажется, что у него есть другая. Я впала в зависимость. Хотела видеть, чувствовать его всегда. Просто быть рядом с ним, и всё. Хоть бы он оказался не виноват, а то я решительно не понимала, как в противоположной ситуации избавляться от чувств к нему.
— Выплывай, странная женщина. Со вчерашнего дня здесь тусуешься. Или тебе кухонный стол в ванную принести? — Настя заглянула ко мне, с опаской тронув болтающуюся дверь, — кофе на столе. Давай обсудим сегодняшние планы. А то мне по своим делам надо.
По пути на кухню я обнаружила, что в коридоре нет собранных сумок.
— А где вещи?
Настя усмехнулась:
— А про детей не хочешь спросить? Дима забрал детей и сумки, повёз к себе. Сказал, тебя не будить, пока сама не встанешь. Но мне надо уйти. Поэтому пей кофе и отправляйся к нему. Он ждёт дома.
Я помялась, но после небольшой паузы осмелилась спросить:
— Что думаешь об этом всём?
Настя пожала плечами:
— Что ты зря нервничаешь, раздула из мухи слона. Дима сказал, что был один. Я ему верю, Оль. Он не такой, как Виктор. Он честный и умный и не поступил бы так.
Сестра сказала именно то, что я больше всего хотела сейчас услышать. Я порывисто обняла её.
Она ворчливо продолжила:
— Ты ведёшь себя, как девчонка глупая. Неужели и так не видно, что он любит тебя?! Я уже сомневаюсь, кто из нас младшая сестра. Всё, собирайся.
Я не стала звонить Диме заранее, просто вызвала такси и поехала. Ключ у меня остался. Я вошла в калитку, быстро прошла по двору, затаив дыхание от радости, что опять оказалась здесь, открыла дверь. Своим неожиданным появлением я хотела сделать сюрприз Диме. Но всё получилось иначе.
Я услышала оживлённые голоса, мужской и женский. Сердце бешено заколотилось.
Я вошла в гостиную и увидела Лену, сидящую на диване. Дима расположился в кресле напротив. Они, улыбаясь, смотрели друг на друга и что-то бурно обсуждали. Я замерла на пороге, не в силах говорить. Язык будто окаменел.
Дима обернулся:
— О, привет!
Он поднялся и подошёл ко мне, взял за руку и потянул в сторону дивана.
— Привет, — Лена тоже встала. Она хитро и доброжелательно смотрела на меня.