Не повышай на меня голос, птичка (СИ)

— Идем, хочу тебя познакомить с моим давним другом, — с каким-то предвкушением говорит Паша, утягивая меня вглубь роскоши.
— Но… я ведь никто тебе? Зачем? Я могу подождать…
— Таня, что за привычка упираться? — Паша останавливается и приподнимает мой подбородок так, что мне приходится вновь встретиться с его взглядом. На этот раз серьезным. — Почему ты не понимаешь очевидного?
Я прикусываю губу и прячу глаза, почувствовав укол смущения, потому что понимаю в какую сторону он клонит.
— Я просто не люблю лишнее внимание.
И это правда.
Такое ощущение, что Павла ни разу не видели в обществе девушки, настолько бурно сегодня обсуждают каждый наш шаг вместе. И я уверена, что меня не в лучшем свете.
— Ты слишком прекрасна, чтобы его избегать, — его голос звучит ниже и я вновь поднимаю свой взгляд. Меня восхищают его манеры. — А что скажут другие мне не важно.
Я перестаю дышать, грудь наполняется жаром, потому что на секунду мне показалось, что он сейчас поцелует меня. Но вместо этого Павел многозначительно ухмыляется и, щелкнув пальцем по подбородку, выпрямляет плечи.
— Не дразни меня, Таня. Я ведь не маленький мальчик.
После этих слов он притягивает меня к себе за талию и я больше не сопротивляюсь. Каждое его движение источает уверенность. И не буду лукавить, этого мужчину весьма приятно дразнить, хоть и получилось у меня это совершенно неумышленно.
Но в следующее мгновение я выдыхаю практически весь воздух из легких.
Только не это.
Сжимаю руки в кулаки так сильно, что ногти врезаются в ладони.
Мне достаточно увидеть широченную спину и копну темных волос, зачесанных назад, как сердце тут же пропускает удар, не оставляя шанса мне оправиться.
Это он. Я знаю.
— А кто… твой друг? — лелея надежду, едва ли не пищу я.
Пульс громыхает так, что закладывает уши. Но я все равно слышу это проклятое имя…
— Марат Хаджиев. Серьезный человек в нашем городе, — улавливаю нотку сарказма в его словах.
Ноги тяжелеют и передвигаю я ими только благодаря своему спутнику, который неумолимо направляет меня прямо к моей гибели.
Мне хочется закричать и броситься прочь. Исчезнуть. Да что угодно, лишь бы избежать встречи с ним.
Но Радковский не оставляет мне выбора. И я не успеваю даже возразить, как слышу голос Павла, одновременно чувствуя, как уверенно он прижимает меня к себе, вырывая из шокового транса.
— Приветствую, Марат! — Паша протягивает ему свободную руку, второй все также придерживает меня. — Рад тебя видеть.
Сердце приглушенно екает. Ой мамочки…
Мужчина оборачивается. Взгляд падает на Павла, а затем… на меня, окончательно стирая мою нервную систему в пыль. Потому что он не отводит его. Удерживает под тяжестью ледяных айсбергов. Будто имеет на это право.
Сердце бьется так часто, что дыхание перехватывает. И сколько бы я не просила себя успокоиться — не получается.
— Взаимно, — сухо отвечает Марат и теряет ко мне интерес, переключаясь на беседу с моим спутником.
Вот только я ни черта не слышу. Сердце стучит так, что грудная клетка грозит расколоться. Особенно, когда я замечаю рядом с ним девушку. Безумно красивую. Почему-то от этого внутренности огнем опаляет. Что это? Ревность?
— Познакомься, Татьяна, — произнесенное имя возвращает меня в холодную реальность. — Моя хорошая знакомая, — Паша говорит это спокойным и твердым голосом, слегка подталкивая меня вперед, отчего воздух болезненно застревает в горле. — Таня, это Марат, боец в прошлом, в настоящем успешный бизнесмен. Мой коллега и давний приятель.
Хаджиев никак не реагирует. Вновь исследует меня холодными и острыми как лед глазами. Разбирает на мельчайшие детали, уничтожает, как не любимую игрушку. Испорченную. Так он на меня смотрит. Даже больно становится от того, что на его лице не всколыхнулась ни одна эмоция.
— Здравствуйте, — заставляю себя произнести это с улыбкой на лице. Несмотря на то, что внутри все мучительно переворачивается. Но я не буду ставить Павла в неудобное положение.
— Здравствуй, Татьяна.
Так просто? И вновь переводит свое внимание на Пашу. Пока я молча горю в агонии, ведь на меня эти два слова действуют подобно ударам дефибриллятора.
 
Ну почему я так реагирую? Почему меня задевает его равнодушие?
Это все, что тебе от него нужно, Таня. И только. Прекращай!
— Представишь? — Паша кивает на девушку, стоящую чуть позади Марата.
На Павла она ни разу не взглянула за все это время. Мне кажется ее взгляд вообще не отрывался от пола.
— Джансу, подойди, — впервые я слышу, чтобы его голос звучал так мягко и тепло. В горле все сжимается. Нет. Раньше и я заслуживала подобное отношение с его стороны. Но это было настолько давно, что кажется полнейшим бредом. — Моя невеста. — Он приобнимает девушку за талию.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Невеста значит. Красивая.
У меня больше не остается сил держать маску. Внутри меня что-то происходит.
И с каждой секундой желание исчезнуть становится просто невыносимым.
— Паш, — аккуратно отвлекаю его от разговора и добавляю шепотом, — я отойду в туалет.
Заставляю себя дышать.
— Хорошо, — он одобрительно кивает мне и убирает руку с талии.
Не знаю зачем, но я поворачиваюсь к «новым» знакомым.
— Было приятно познакомиться. Вы красивая пара.
Вру. Но так надо. Павел приличный мужчина и моя инфантильная истерика ни к чему.
На дрожащих ногах я устремляюсь прочь. Даже не замечаю, как добираюсь до туалета и, с облегчением опираясь о столешницу, рассматриваю свое отражение в зеркале.
Слабая.
Презираю себя мысленно, заглушая этим потребность заорать.
Пока не замечаю в отражении ту самую девушку…
Рассматриваю ее с ног до головы. Огненные волосы, собранные в толстую косу, стройная хрупкая фигура, спрятанная под весьма просторным платьем в пол.
Он уже видел, что скрывает его невеста под этой дорогой тряпкой?
Ну уж нет. Хватит.
Прочистив горло, поправляю на себе платье и с гордо поднятой головой двигаюсь на выход.
— Подожди! — она цепляет меня за руку. — Выслушай…
Сжимаю челюсти и вырываю свою руку.
Это розыгрыш какой-то?
С минуту пристально смотрим друг другу в глаза. Тишина сгущает воздух. Я должна уйти.
Но я даже не понимаю, как с моего языка срываются необдуманные слова…
— Он хорошо к тебе относится?
Девушка обхватывает себя руками и отворачивается к зеркалу, пряча от меня необычайно зеленые глаза в обрамлении густых ресниц.
Ну почему она такая красивая?
— Марат хороший человек, — мелодичным голосом произносит она, а я не могу сдержать истерического смеха. — Татьяна, прошу тебя…
— Передай ему, — резко обрываю ее, чеканя каждое слово со откровенной ненавистью, — чтобы горел в аду вместе со своей мамашей. Надеюсь, у тебя хватит на это смелости.
Не давая ей шанса ответить мне, разворачиваюсь и несусь прочь. Ничего не хочу. Только уйти поскорей. Воздуха свежего глотнуть. И плевать что мороз. Так даже лучше.
Выбегаю на открытую веранду и делаю глубокий вдох. Как же хорошо… Готова вечность вот так вот простоять.
Пока мою шаткую идиллию не нарушают приближающиеся шаги. Но я не оборачиваюсь. Почему?
— Совсем не бережешь себя, — бархатистый голос Павла согревает как теплый плед. А потом на мои плечи опускается тяжелое пальто. И следом руки Павла. — Так лучше? — хрипло шепчет мне на ухо, слегка задевая горячими губами непослушные пряди моих волос.
— Да. Спасибо, Паша, — бросаю на него взгляд из под ресниц и, развернувшись, утыкаюсь носом в его грудь. Делаю еще один глубокий вдох, обжигая легкие терпкостью его парфюма, и облегченно выдыхаю. — Давай уйдем отсюда.
   
Глава 24. Убей
 
Всю дорогу до квартиры я кусаю себя за язык, чтобы не взболтнуть и не спросить лишнего. А ведь желание буквально выжигает все мои внутренности. Вдобавок из головы не выходит поведение той девушки. Его невесты.