Жизнь (СИ)

Сердце запрыгало в груди, в отчаянной потребности коснуться его. Но я лишь протянула к нему руку, глядя, как Себастьян пытается сделать то же, но понимает, что скован.
– Все хорошо, любимый! – дрожа, соврала я и всхлипнула.
– Не лги ему, Зоя, – насмешливо прозвучал голос Сезара и он встал на ноги, направляясь в мою сторону: – Себ прекрасно понимает, что у вас двоих все чрезвычайно паршиво.
– Я убью тебя, подонок! – рычал Эскалант, окончательно придя в себя. – Прикончу тебя, только попробуй коснуться ее, мразь!
Сезар усмехнулся и остановился рядом с креслом, в котором сидела я.
– Как шаблонно звучат твои угрозы, Себ! О, сколько пыла и ярости в твоих словах! Моя сестра тебя действительно изменила.
– Жалкий трус! – шипел Себастьян. – Сними с меня наручники, и я покажу тебе, что бью мерзавцев, подобных тебе, с прежним мастерством!
– Себастьян! – прервала я его, боясь гнева тирана, стоящего подле меня. – Не зли его, пожалуйста…
Он перехватил мой умоляющий взгляд и ужас, который сковывал меня все это время, возрос в несколько раз. Отчетливое осознание печального исхода проникало в разум, словно отравленная стрела, вонзившаяся в спину.
– Твоя бывшая жена права, Себ, – лениво и с наслаждением смакуя смысл каждого слова, произнес Сезар.
Мои глаза расширились, когда я поняла, что он имеет в виду.
Нет!
Не так я хотела сообщить это Себастьяну. На автомате я покачала головой, глядя, как медовые глаза недоверчиво сузились
– Да, мой псевдо-друг. Она подписала развод. И без моего давления, – закончил Сезар, положив мне ладонь на плечо.
– Себастьян! – умоляюще выдохнула я, понимая, что ранила его сильнее плети, которой его недавно избивали. – Я… Я хотела сказать…
– Он все понял, Зоя, – оборвал меня Сезар. – Не унижай себя и нас объяснениями. У нас нет на это времени.
Себастьян на миг опустил глаза. Я наблюдала, как он тяжело дышал, словно пытался перебороть что-то внутри себя. Ему больно. И эту боль причинила ему я.
– Себастьян! – истерично звала я и вскочила на ноги, но тут же вскрикнула от боли.
Сезар опять схватил меня за волосы и грубо вернул на место.
– Сидеть! – приказал он, не отпуская пряди, и запрокинув мою голову назад. – Я сказал: нет на это времени!
Я услышала, как Себастьян бушевал на стуле, пытаясь сорвать с себя оковы, но безуспешно.
– Раблес! – вскричал Сезар и отпустил меня.
Задыхаясь от боли и вытирая слезы, я вжалась в кресло. Входная дверь отворилась, и в дом вошел предатель-охраник.
Беззвучный приказ от босса и он быстро направился к Себастьяну. Раблес размахнулся рукой с оружием и ударил Эскаланта по лицу с такой силой, что тот упал на пол вместе со стулом.
Я вскричала и зажала рот рукой. Сквозь ужас и панику я все же понимала, что за очередное неповиновение последует жестокая расплата от Сезара или его прислужников.
Я смотрела, как Раблес поднял стул вместе со сплевывающим кровь Себастьяном и замер рядом с ним, сцепив руки за спиной, подобно солдату, в ожидании приказа.
– Итак, мои псево-друзья, – деловито начал Сезар и я бросила на него взгляд полный ненависти. – Теперь вы готовы слушать, я полагаю?
Он принялся прохаживаться между нами, вертя в руке револьвер.
– Я не буду рассказывать, как и зачем я все это делаю, ибо вы все и так знаете. А я, не скрою, знаю, что вы все знаете. Шпионский каламбур, черт возьми! – он рассмеялся, убеждая меня в своем безумстве: – Я лишь хочу доиграть свой спектакль, в котором вы, мои забавные и предсказуемые куклы, играете свою жалкую роль. И это я должен сделать до прибытия Интерпола, полиции и других героически настроенных ребят.
Робкая надежда стала восставать из кучки пепла тлеющего поля битвы. Я посмотрела на разбитого – во всех смыслах Себастьяна и тот ответил мне тем же. Известие о моем похищении разлетится быстрее спам-рассылки. Виктор непременно заметит отсутствие Раблеса и тут же начнет действовать. Главное сейчас – тянуть время.
– Ты раньше всех узнал, что я Солер, – посмотрела я на Сезара, и он прекратил свое передвижение. – Как тебе это удалось?
 
Душевнобольная улыбка растянула его губы:
– У меня есть очень влиятельные родственники.
– Кто же они? – мой дрожащий голос сбивал ход его беседы.
– Неизвестные для вас люди, – оскалился он. – Но благодаря их заботе, я из приюта попал в положительную и благополучную семью. А иначе, так никогда и не узнал бы, что моя родная мать – брошенная мерзавцем-аристократом – решила убить нас обоих из-за чертовой несчастной любви!
Последние слова он прокричал, сжимая кулаки и тараща глаза, подобно безумцу.
Я сжалась от страха, глядя на его воистину дикий всплеск. Он – сумасшедший. Я уверена в этом так же хорошо, как и в том, что он – серьезная угроза для многих людей. Однако просто знать и непосредственно оказаться в плену у такого существа – огромная и устрашающая разница.
– Как ты узнал, где мы? – спросил Себастьян.
– Тут я должен поблагодарить тебя, мой псевдо-друг, – слишком резко сменил он тон своего повествования и вновь принялся ходить из стороны в сторону. – Ты позвонил Виктору сегодня ночью. Я задумался, с чего бы тебе звонить брату, с которым ты разорвал все связи, да еще и в новогоднюю ночь? Поздравить? Разумеется, нет! Ведь ты лишен подобных сантиментов!
Мои глаза машинально нашли Себастьяна. Однако он смотрел лишь на своего бывшего друга.
– И я решил проверить. Признаю, меня ждал сюрприз, когда в постели моей сестры оказалась незнакомка, которая только внешне походила на Зою. Конечно я это тут же исправил, и размозжил ее голову о стену.
О, нет!
Еще одна невинная жертва из-за меня… Я закрыла глаза, оплакивая девушку, которую видела с задорной улыбкой на лице ровно три дня назад.
– Ты приехал заставить Зою подписать развод? – предположил он, заставив меня вздрогнуть, и почти согнуться пополам от осознания собственной вины.
– Я приехал покончить со всем этим! – раздражаясь, гаркнул Сезар. – И хватит меня допрашивать!
Я в ужасе увидела, как он угрожающе наставил револьвер на Себастьяна, целясь ему в голову.
– Вы тянете время, глупцы. Но вы просчитались, – злорадно улыбался он. – У вас его уже совсем не осталось.
– Я отдам тебе все деньги! – прокричала я, привлекая его взгляд к себе. – Признаю публично вину Рамона Солера. И клянусь, никогда не назову твоего имени!..
– Довольно! – оборвало меня чудовище, и навело смертельное дуло теперь уже в мою грудь. – Вы оба обречены. Смиритесь с этим!
Он прав. Я отчетливо понимала это. Ну что же, я готова принять смерть, как все мои родные. Но не готова к гибели любимого Себастьяна.
Я медленно встала на ноги, глядя в глаза убийце. Его рука, сжимавшая смертоносное оружие – тверда и ни капли не дрожала. Он целился мне в сердце.
– Сезар, ты же мой брат… – прошептала я и моргнула, позволяя слезам скользнуть по щекам. – У нас с тобой одна кровь. Кровь нашего отца. И в этом мире мы самые родные друг для друга!
Он сузил глаза и склонил голову к плечу, словно решал, я – искренна или лицемерна.
– Я потеряла столько родных, сколько утратил и ты. Они навсегда остались в прошлом, в наших воспоминаниях и в наших сердцах. Но мы-то с тобой здесь, в этом настоящем мире, – я бесстрашно смотрела в глаза брату, который намеривался меня убить. – И мы можем все исправить, Сезар! Простить грехи родителей, разделить эту скорбь и… отпустить злость, которая губить нас. Ты мой единственный брат, а я – твоя сестра.
Его глаза на миг опустились.
Проходили секунды, длиною в часы.
Я почти не дышала и смотрела на него, робко надеясь на проникновенность своих слов. И вдруг – о, счастье! – его рука с оружием опустилась.
 
Сезар поднял на меня жестокие глаза и начал говорить:
– Я знаю, что худшее для вас обоих – это не обоюдная смерть. Худшее – это жизнь с воспоминаниями, как один из вас умирал на глазах другого. Но еще паршивее – понимание собственной вины в этой смерти.