Чорный полковник (СИ)

— Неудивительно. Это как раз норма. Что предлагаешь делать?
— Добавить игрока на шахматную доску или выбрать кого-то из имеющихся, поддержать и через него захватить власть. Это поможет нам вернуться в Эфиопию.
— Да, это очевидно. У нас появился шанс вернуть свои позиции, — задумчиво произнёс Рейган. — И кто бы ни был этот убийца, он изрядно подгадил и Советам, и англичанам. Все карты им спутал. А может быть, даже французам. Это просто прекрасно! Прекрасно!
Рональд Рейган довольно потёр ладонь о ладонь и подарил директору ЦРУ ослепительную голливудскую улыбку.
— Составь смету, дружище! Сколько и чего надо: вооружение, техника, деньги. Попробуем взять реванш.
— О’кей. Через три дня всё будет готово, господин президент.
— А если там опять что-то изменится и не в нашу пользу?
— Нет, мои агенты уже наладили связь, и на первое время им хватит и денег, и материальных средств.
— Ну, тогда действуй. Я на тебя надеюсь, Роберт!
* * *
Два джентльмена, сидя в номере отеля в Каире, неспешно вели беседу, попивая алкогольный коктейль. Настроение у обоих было весьма благостное и, скажем так, предвкушающее: наконец-то закончилась рутина, и впереди замаячило хоть что-то интересное.
— Ты получил задание, Джеймс?
— Да. Ты, видимо, тоже?
— Конечно, Уильям, конечно.
— Ммм, не буду спрашивать, какое именно, — понимающе улыбнулся последний. — Впрочем, легко догадаться: раз уж мы очутились с тобой в одном отеле и в одно и то же время, то и цели наши схожи.
— Несомненно, это так.
Однако, обсудив разные, в основном малозначащие вопросы, они всё же не смогли обойти вниманием последние главные новости.
— А что ты думаешь о недавнем убийстве Менгисту Мариама, Уильям?
— А что тут думать? Кажется, кому-то существенно понизят градус… Ну, а кто-то, вполне вероятно, пропадёт за этот провал навсегда. Оформят как несчастный случай: выпал из окна в пьяном виде, ну, или в голом, возможны варианты. Или авария, или пропавшие пончики и ревнивая жена. Всё в этом мире случайно и случайностями погоняет.
— Не спорю, не спорю. Ну, а градусы наше всё! Да, Уильям? — тонко улыбнулся Джеймс.
— Не шути на эту тему, Джеймс!
— Какие шутки, Уильям, это же святая правда. Давай выпьем за то, чтобы наши градусы росли, как возраст односолодового виски!
— Я бы сказал однобочкового виски, без холодной фильтрации и окраски, и без разбавления водой, уж тогда.
— Согласен. Джеймс?! — поднял стакан джентльмен.
— Уильям?! — в ответ поднял тот и, не чокаясь, они сделали несколько глотков коктейля.
Выпив виски (точнее, лёгкий коктейль на его основе) и закурив по сигаре, они откинулись в креслах. Потолочный вентилятор крутился как сумасшедший, разгоняя сухой воздух и даря им освежающий ветерок.
— Да, интересная судьба оказалась у этого негра Менгисту, а с ней и судьба всей страны. Очень интересная. Но ходят слухи, что есть возможность всё круто изменить, — после небольшой паузы произнес Уильям.
— Всё может быть. Всегда есть возможность. А вот удастся ли её реализовать, зависит от личности, — сделав небольшой глоток, откликнулся Джеймс
— Не только, не только. Сейчас там сам дьявол ничего не разберёт. Ситуация явно вышла из-под контроля.
— Согласен. Сработал какой-то посторонний фактор. Ни военные, ни русские его не убивали. То же самое можно сказать и про американцев. Никто не был в курсе произошедшего. Всё решила случайность.
— Вероятно, но тогда зачем эта показательная дикость с трупом?
— Это Африка, Уильям! Вот вроде бы большинство негров исповедуют мусульманство или христианство, но это никак не мешает им молиться своим духам. Бог далеко, а духи всегда рядом. И, учитывая какую жизнь они ведут, тут поневоле поверишь во всё, что угодно! А так да, ты прав. Пистолет советский, а вот убийца точно африканец. Ну, или человек, хорошо знающий африканские обычаи. Вряд ли европеец: тот обставил бы всё совсем по-другому, а тут явно что-то сугубо африканское. Кстати, я слышал, в глубине Африки то ли зародилось, то ли возрождается какое-то течение... Но там пока всё смутно и непонятно. По ним вроде бы уже работает кто-то. Чисто из интереса: вдруг когда-нибудь да пригодится?
 
— Убийца был один, Джеймс.
— Один?
— Да. Наши люди обследовали весь дом и повторно допросили служанку и выживших охранников. Следы и почерк определённо указывают: убийца был один, но очень профессиональный. Часовых на вышке он снял с помощью самой простой американской снайперской винтовки. Не советской СВД, а американской М-4. А диктатора застрелил из пистолета с глушителем, как и часть телохранителей. Шёл и буквально косил всех, а его никто словно не видел.
— Значит, это всё-таки негр, — задумчиво проговорил Джеймс. — А чтобы запутать следы, пользовался разным оружием.
— Может быть, — кивнул Уильям. — Но интересно то, что служанка, очнувшись, ничего не смогла ни вспомнить, ни описать. Последнее, что отложилось в памяти, будто кто-то её остановил и задал вопрос. А дальше всё, как чёрная стена перед глазами. Её долго допрашивали: и просто, и с пристрастием. Толку ноль. Жаль, не сразу догадались взять кровь и мочу на анализ, чтобы проверить на наличие транквилизаторов.
— И?
— …и обнаружили наркотик растительного происхождения, ранее неизвестный. Точнее очень слабые его следы. Сейчас его пробуют синтезировать, чтобы понять, что это, но пока безуспешно. И скорее всего ничего у химиков не получится. Слишком мало исходного материала. Да и время упущено.
— То есть, ты предполагаешь, служанку убийца пожалел?
— Похоже, а возможно, именно она передавала информацию напрямую убийце. Ну, или пользуясь такими действенными наркотиками, её использовали втёмную. А убийца просто подстраховался, так как убивать не хотел по каким-то своим причинам.
— Да, всё весьма запутано… — пробормотал Джеймс. — Прямо детектив в стиле Агаты Кристи!
— Хуже, намного хуже! Мы до сих пор не знаем ни мотивов убийцы, если он действовал по собственной инициативе, ни тех, кого он представляет, если выполнял чей-то заказ. Ни одна оппозиционная организация так и не взяла на себя ответственность за убийство лидера Эфиопии. И это более чем странно. Поэтому я склонен считать, что мы имеем дело с чистой случайностью. Менгисту просто решили отомстить за смерть или разорение своей семьи. Осмелюсь предположить, убийца долгое время находился в длительной командировке или отсутствовал в стране, а вернувшись, свершил акт возмездия. Скорее всего, он военный, либо бывший военный, и проживал в Южной Америке. Там мог наслушаться разных историй про культ Смерти ацтеков и воплотить его в жизнь лично.
— Где это он там мог такому научиться? Сомневаюсь.
— Да где угодно: в Сальвадоре или Мексике, хоть в Никарагуа. Это они любят жестоко убивать и потом глумиться над трупом, рисуя какие-то знаки.
— Ну, не только они… Слышал, многие европейцы, особенно французы, склонны сейчас к оккультизму. А там без жертвоприношений тоже никак.
— Да, но тем не менее. Правда, не всё в убийстве диктатора подпадает под южноамериканский канон. Индейцы обычно расчленяют трупы, отрезая голову, руки, ноги. Тут же просто изрешечённое пулями тело, и всё. Да ещё эти знаки, нанесённые повсюду кровью жертвы. Они очень заинтересовали наших специалистов. Подобные в европейских ритуалах точно не задействуют. Нашли лишь один аналог в древнем манускрипте, который хранится в Британском музее. Привезли его в своё время из Египта, но написан он не иероглифами и не буквами, а до сих пор не расшифрованными символами. Так что все сейчас ломают голову: что пытался изобразить убийца? Вот такие дела.
— Думаешь, замешана какая-то тайная секта?
— Нет, не думаю, — после небольшой паузы проговорил Уильям. — Скорее всего, это всё-таки одиночка. Допускаю, и стены-то он разрисовал просто ради устрашения, не понимая значения самих знаков. Но своего он добился! По Аддис-Абебе вовсю циркулируют самые нелепые и ужасные слухи, один фантастичнее другого. Негры очень напуганы. Однако скоро они забудут и о Менгисту, и о его зверском убийстве и начнут творить такой произвол, что впору за голову будет хвататься.