Фальшивый брак. Невольная жена императора (СИ)

— А Матео, случаем, не у себя? 
В итоге мы побежали на поиски главы службы безопасности. Тем более, я всё равно планировала его навестить и забрать котёнка. К сожалению, в комнате его не нашлось. Но сдаваться я не собиралась, так что мы отправились на поиски. Скрыться от меня не удалось. 
— Вы удивляете меня каждую нашу встречу, — со скупой улыбкой на губах поделился Матео, когда я выцепила его в коридоре дворца. 
Похоже, он совершал проверку караулов. 
— Я удивлю вас ещё больше, — усмехнулась и вывалила на него свою проблему. 
Здесь меня ожидали и разочарование, и победа. 
— Простите, мадам, я не позволю себе дать вам такой доступ без разрешения императора. Но мы можем посмотреть, у кого находится столь важная книга. Что в ней такого важного, кстати? — сощурил он лазурные глаза. 
— Теория ведьм. Я хотела почитать про себя. 
— Книга у меня, — коротко рассмеялся он. 
И вот ещё через час я оказалась в покоях Матео. Мне выдали заветную книжку, котёнка, а ещё появившиеся за это время у малыша игрушки, лоток и лежанку. Охране вряд ли нравилось подрабатывать носильщиками, но мужчины не жаловались. И вот пусть и путём долгих поисков, но заветная книга попала ко мне. 
После возвращения в свои покои я сразу вернулась в спальню, с разбегу плюхнулась на кровать и принялась листать любопытный томик. 
«Сигмы — символы запретного языка ведьм. Они названы в честь первой верховной ведьмы, Валери Сигмарской. Она первой применила рукописные знаки для защиты ведьм от преследования инквизицией, — сообщалось в книге. — Знания о способе их применения тщательно скрываются». 
— Кто бы сомневался, — процедила я сердито, откладывая книгу. 
«Сигма, Лим, Досс. Зовём стихию вместе» — всплыли из недр памяти слова отца. 
Задумчиво нахмурившись, я прошла к письменному столу. Написала символы из песенки, что часто напевал мне папа перед сном. Само собой, ничего не произошло. Но ведь я не позвала стихию… На миг меня одолели те же чувства, что и стали причиной прекращения странных игр. К четырнадцати годам я начала ощущать себя глупо, сначала просто молчала, потом напомнила отцу, что мне уже не десять и можно перейти к более важным вещам. Например, к лекции о половом воспитании. Как оказалось, папа всё же пытался меня обучать, вот только молчал о причинах. 
Стараясь отогнать горестные воспоминания, я потянулась к бумаге и попыталась вспомнить покалывание в пальцах, что ощутила во время инициации и вспышки гнева из-за поступка Жаклис. Символы засияли светом. По столешнице вдруг прошла дрожь. Лаковая поверхность треснула в нескольких местах, из-под неё выбились тонкие ростки, которые принялись укрепляться и тянуться к потолку. Широко распахнув глаза от шока, я отступила. Даже не знаю, что удивляло больше, сила детских стишков отца или врастающий в пол стол. Через пару мгновений рост прекратился. Стол превратился в кривую корягу, повиснув между полом и потолком на внезапно проросших корнях и ветках. 
«Так, Ви, если ты до этого момента ещё сомневалась, то вот тебе доказательство» — хмыкнула я про себя. 
— Теперь новый вопрос. Как объяснить Доминику косое дерево в спальне? — я озадаченно подняла на руки трущегося у моих ног котёнка. 
— Да уж, объясни, — раздалось от смежной двери. 
Я вздрогнула, выругавшись под нос, и обратила злой взгляд к замершему между нашими спальнями Доминику. 
— Ты меня напугал. 
— Ты меня тоже. Защита комнаты сработала, — он нахмурил лоб, оглядывая странную композицию. 
В этот момент дверь моей спальни распахнулась, и в комнату влетела охрана. 
— Принцесса… Кхм, император, — опешил Корин, спешно развеивая кипящие вокруг его рук водные жгуты. 
— Принцесса экспериментировала с магией. Вы можете вернуться на свой пост, — сухо сообщил Доминик, поднимая с пола бумагу. 
Охрана сразу поняла, что император не в духе, потому поспешила уйти. А я, как всегда, осталась один на один с мужем сестры. Не скажу, что успела хорошо его узнать, но про себя отметила, что мужчина явно обладает взрывным характером. Но, к счастью, и прекрасной выдержкой. 
 
— Это же сигмы? Ты что-то вспомнила? — Доминик обратил ко мне внимательный взгляд. 
— Нет. Не совсем. Я прочитала про сигмы. Вспомнилась детская песенка. Ну я и решила... 
— Для занятий магией есть полигоны и специально оборудованные комнаты. Но даже там я бы настоятельно попросил тебя отказаться от использования сигм. 
— Они настолько опасны? 
— Валери Сигмарская, тёзка твоей пропавшей сестры, применила изначальную сигму, когда уводила свой народ от инквизиторов Акрии. Сигма погрузила под землю целый город и породила вместо него лес, который до сих пор является запретной территорией ведьм. Одна сигма, Виолет. Мне дорог мой дворец, понимаешь? 
— Я читала, но думала, история про уничтожение города — преувеличение, свойственное всем мифам. 
— Это не преувеличение, — качнул он головой со вздохом, и бумага вспыхнул в его руках, обращаясь пеплом. 
— Я буду тренироваться на полигоне. 
В том числе и искусству применения сигм. Это вопрос жизни и смерти. 
— Хорошо, — правый кончик его губ дрогнул в удовлетворённой улыбке. — Ты ужинала? 
— Ещё нет. 
— Составишь мне компанию.
— Хорошо, — отозвалась я, тем более он не спрашивал. — И потом мы… 
— Да, — кивнул Доминик. И мне почудился блеск вожделения в его глазах. — Кот останется здесь. 
Малыш недовольно проурчал, он как раз желал поспорить с императором. Я же молча отнесла котёнка к кровати, боялась нарваться на возможные запреты. Доминик — хозяин моей жизни, и с этим нужно смириться. В конце концов, он требует лишь совместных ночей, а в ответ не лезет в мою жизнь. Идеально же, но почему-то всё равно грустно.
  
Глава 8
 
/Валери де Лакруа/ 
Этим утром я проснулась не одна. Нет, рядом не сопел внезапно оставшийся со мной муж сестры. Котёнок тёплым клубочком свернулся у моего живота и мило урчал. И почему-то одиночество, что давило на сердце с момента попадания в этот мир, чуть отпустило. На губах появилась улыбка. 
— Доброе утро, — я погладила малыша кончиком пальца по пушистой макушке. 
Он тут же приподнял голову и мило мяукнул. Наверное, только и ждал, когда хозяйка проснётся и прикажет его накормить. Но он прав, нужно вставать, впереди куча дел. Тем более, мне в руки попала единственная книга, которая может хоть что-то подсказать. 
Приподнявшись на кровати, я хмыкнула про себя. Одежда, само собой, снова осталась в покоях Доминика. Он перенёс меня в мою спальню голой. Только сам почему-то не снимал рубашку. А ещё ласкал меня губами практически везде, но не допускал поцелуев в губы. Этот мужчина взял цель выставить границы, и упорно их держался, чего я не могла сказать о себе. Для меня было странным проводить жаркие ночи с мужем сестры, а днём вновь становиться с ним практически незнакомцами. 
На прикроватной тумбе лежала деревянная шкатулка. Я потянулась было к ней, но быстро опомнилась. Сначала проверила кольцом-артефактом, но магическая безделушка молчала. А раз она не сигнализировала об опасности, можно было открыть странную шкатулку. Восхищённый вздох сорвался с уст. Внутри меня ждал потрясающий бриллиантовый комплект, состоящий из колье, браслета и серёг. Внутренняя сорока осталась бы довольна блеском драгоценностей, если бы не контекст. Пошли дорогие подарки, дабы дама не ворчала. А в моём случае — прочувствовала в полной мере роль содержанки. Правда, тема денег поднялась с моей подачи. 
Поманив котёнка пальцем, я побрела в купальню. Там привела себя в порядок после сна. А на выходе из комнаты меня перехватила Адель. Выглядела модистка неважно, с синяками под глазами, бешеным взглядом, встрёпанными волосами и во вчерашнем платье. 
— Вас похитили и пытали? — предположила я. 
— Что? Нет, — усмехнулась она, протягивая мне чехол для одежды. — Я шила платье. Всю ночь. Думаю… думаю, это моя лучшая работа, — прохрипела, вперив в меня почти безумный взгляд.