Герцогиня (СИ)

— 'Он в безопасности. Принёс кинжал Астеры. Порталы открыты, но никого нет.'
— Тогда мы должны заканчивать.
— 'И выжить при этом.'
Быстро переглянувшись, ракхан и девушка ринулись вперёд, сокращая дистанцию. Иона не переставала осыпать фейри заклинаниями, в тот момент когда Мэл прыгнул прямо на руку Виана и вцепился в неё зубами, заставляя разжать пальцы, держащие меч. Оружие-то фейри уронил, только вот успел при этом пнуть ракхана прямо в морду, когда тот отскочил недостаточно далеко. Брызнула кровь, но Мэл, не обращая внимания на ранение, бросился на врага. И снова отлетел, только уже дальше и, судя по всему, потерял сознание — Виан ударил под брюхо животного кулаком, в несколько раз усиленным магией. Рёв, который издала Иона, увидев замершего на земле ракхана, почти оглушил. Сервиан даже на секунду испугался, увидев полный ненависти взгляд девушки.
Он чувствовал, как сходит на нет действие зелья. И понял, что у него остаётся не так много времени, чтобы воплотить свою задумку в жизнь.
Не обращая внимания на боль в прокушенном запястье и бегущую с него кровь, он вскинул обе руки вверх, произнося заклинание самое мощное, на которое только был способен в потрёпанном состоянии. Вокруг девушки сомкнулась воздушная сфера, которую, как она не билась, не получалось пробить. А через минуту Иона и вовсе осела на пол, дикими глазами глядя на Сервиана. Через две схватилась за горло, не в силах сделать вдох. Через три сфера развеялась и девушка рухнула на землю, не имея сил даже подняться. И Сервиан не дал бы ей это сделать.
Перевернув Иону на спину, он буквально сел ей на грудь, прижав её руки к земле. И, склонившись над девушкой, улыбнулся.
— Ты станешь прекрасным украшением моего дворца, любовь моя.
Блэкклоу всё ещё силилась сделать хотя бы один вдох полной грудью, но сидящий сверху фейри попросту не давал ей этого сделать. Сознание всё ещё мутилось и, как назло, никто не мог прийти на помощь. Она видела Малыша, который силился, но не мог встать на дрожащие лапы и постоянно падал. Лаурель без сознания лежал в каких-то кустах, она даже не знала в каких. Аран и Норсиус, судя по реакции остальных драконов, придут в себя ещё не скоро. Паника била огнём по нервам, Иона пыталась найти выход и не могла. До кинжала ей не дотянуться, хотя он лежал буквально в пяти сантиметрах от неё. Выбраться из-под Сервиана не давало ослабшее от магической битвы и заключения в сферу без воздуха тело.
Фейри, склонившись ещё ниже, впился в её губы жадным поцелуем. Иона задрожала, но отнюдь не из-за желания — у неё возникла чёткая ассоциация, что к ней присосался противный червяк.
Чуть отодвинувшись от девушки, Виан улыбнулся ещё шире, глядя в полные презрения глаза девушки.
— Я запру тебя в подвалах и буду поить дурманом вперемешку с афродизиаком. И когда ты уже сойдёшь с ума, изнывая от иллюзий и желания, я приду. И тебе очень понравится, что будет дальше.
Она думала, ей станет страшно. Но в душе вдруг поднялся такой гнев, что Иона испугалась сама себя. Пришедшая внезапно в голову идея была поистине сумасшедшей, безумной. И девушка, не раздумывая, воплотила её в жизнь. В лицо фейри, всё ещё низко наклоненное к ней, врезалась струя горячего пламени. Иона слышала, как трещат волосы, как шипит кожа, услышала дикий крик. Сервиан упал на спину, начал кататься по земле, закрывая лицо руками. А ещё почувствовала, что ещё немного, и потеряет сознание от боли. Она не была драконом, чтобы выдыхать пламя, а потому поплатилась за свою задумку сожжёными губами и глоткой. Заставляя себя продержаться ещё немного, Иона дотянулась до кинжала и, резко дёрнувшись к фейри, навалилась на него сверху, с размаха всаживая клинок прямо в сердце.
Распахнув глаза, Виан смотрел на неё пустыми глазницами. Судорожно дыша, Иона крепко сжимала кинжал, пытаясь вогнать его ещё глубже, хотя он погряз в теле уже по самую рукоять.
 
Губы фейри растянулись в слабой улыбке и замерли навечно. А затем Иона рухнула на землю, потеряв сознание от боли, разрывающей глотку.
***
Она пришла в себя всё на той же поляне. Кто-то осторожно похлопывал её по щекам, приводя в чувства. Открыв глаза, Иона кое-как сфокусировала взгляд на склонившемся над ней человеке.
— О, очнулась. Что здесь произошло, милая?
Мужчина, поняв, что отвечать ему пока что не собираются, тихо вздохнул и помог девушке сесть, после чего приложил к её губам флягу с водой. Осторожно сделав глоток, Иона поняла, что тело уже восстановилось, хоть в горле ещё неприятно саднило. Она наткнулась взглядом ещё на одного мужчину, который, удручённо склонив голову, рассматривал тело Сервиана. В глаза бросилась мантия, в которую был закутан стоящий. Тот, кто держал её, был одет так же.
— Вы… — Иона поморщилась, услышав свой охрипший голос. — Маги?
— Да.
— Как вы оказались тут?
— Одно устройство на острове взбеленилось, зафиксировав здесь сильнейшее магическое возмущение. — Маг понизил голос, бросив искоса взгляд на второго. — А потом мы нашли вас.
Иона вдруг почувствовала, что прямо сейчас она, сама того не ведая, влипает в очередную историю.
— И вот теперь вопрос, кто же устроил переполох? Он, — Маг кивнул на тело Виана, а после вновь посмотрел на неё. — Или вы?
  
Легенда о Ниреме
 
В давние времена, когда мир был ещё молод, а самому старому фейри ещё не исполнилось и двух тысяч лет, на свете жил одинокий дракон. Он был вождём клана Чёрных драконов, чья чешуя походила на ночное небо, а глаза затмевали светом звёзды. Сама Богиня даровала ему имя Ардриус и, восхваляя величие божества, он вознёс самого себя на такой пьедестал, который многим и не снился. Этим именем пугали маленьких драконят, проклинали врагов. Этого имени боялись.
Ему присылали дочерей и сестёр, в попытках задобрить дракона, что был сильнее всех и с лёгкостью мог завоевать весь мир. Любая была рада подарить вождю своё сердце и тело, но вождю быстро надоедали девы. Ни одна из них не могла понести и обрадовать дракона наследниками, отчего он начал собирать наложниц, словно коллекцию. Сердце вождя болело с каждым часом всё сильнее, отчего становился он слабее духом, хоть никак не терял мощь телесную.
Однажды Ардриус охотился, со скуки приняв обличье человека и взяв в руки лук. Он выслеживал молодого ирхала несколько часов, когда, наконец, смог настигнуть его у подножья горы. Натянув тетиву, дракон медленно вдохнул и уже готовился пустить стрелу точно в бок добычи, когда краем глаза заметил какое-то странное шевеление в стороне.
Ирхал был забыт, а острие стрелы сменило свою цель. Но через миг охотник опустил лук, поражённо глядя вперёд. Около небольшого ручья сидела дивной красоты девушка.
Волосы её были цвета алого пламени и волной спускались до самых пят. Чуть вздёрнутый носик, пухлые розовые губы, которые сейчас были растянуты в улыбке. Мягкие черты лица, столь редко встречающиеся у драконов. Кожа её была светла, словно молоко и светилась изнутри, оттеняя всю нежность, что была собрана в образе девы.
Зачарованный, Ардриус сам не заметил, как оказался на самом краю опушки, пытаясь получше разглядеть незнакомку. Но под ногой вдруг хрустнула ветка, и дева всполошилась.
Подскочив на ноги, она побежала в другую сторону от вождя, но остановилась, услышав мольбу в его окрике.
— Подожди! Я не причиню вреда!
— Кто вы?