Дело всей жизни. Книга первая (СИ)

— Мозг, Несси.
Я снова хотел её, но ещё я хотел рассказать ей о своей беде. Но чужая боль не болит. Чужие желания не волнуют. Чужие проблемы отталкивают. Люди потому и учатся на своём опыте, что он прочувствован. А потому мне придётся терпеть, возбуждать мою малинку с перчинкой и сбрасывать напряжение, или усмирять похоть как-то ещё, без неё.
  
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
 
Души прекрасные порывы
 
— А как же души прекрасные порывы? — лукаво усмехнулся Теренс.
— Ты ведь знаешь, что мой родной язык — русский? И у слова «порывы» в нём есть такое значение, как «порвать».
— Ну-у-у, дружище, ведь всегда важен контекст…
  
Глава 11. Кайфовый момент
 
Траховые обстоятельства
Канада, Британская Колумбия,
Ванкувер, десять лет назад
Выбор на отель «Club Intrawest» пал из-за русской бани. Я ещё с первых дней знакомства обещал Рассу незабываемые ощущения с ушанкой и берёзовым веником. Нас судьба свела в Нью-Йоркском спортивном клубе, где мы в одно время качались у одного тренера.
Он — врач, лечивший всё что ниже пояса.
Я — похотливый самец рода человеческого, и меня тоже интересовало лишь то, что ниже пояса. В двадцать четыре года жизнь казалась прекрасной, все девушки красивыми, все проблемы надуманными, а друзья лучшими.
Впрочем, Расс и стал тогда моим другом. Ни он, ни я не имели постоянных подруг. Я не чувствовал в себе способности любить, не заморачивался на этой теме и не мечтал о семье — меня устраивало разнообразие и вечно дымившийся желанием член, который я пихал во всех девок, что имели неосторожность оказаться рядом.
Расс был не прочь разделить со мной некоторых из них, самых ненасытных. Таких встречалось предостаточно — побывать между двух молодых мускулистых парней хоть раз в жизни мечтает, наверное, каждая женщина, как и каждый мужчина мечтает, чтобы его ласкали несколько женщин — в этом я никогда не сомневался.
И я считал это нормальным — секса много не бывает.
В Британскую Колумбию — самую западную провинцию Канады, омываемую водами Тихого океана и покрытую горными хребтами, мы приехали с отцом на очередной экономический форум. Батя натаскивал меня, связывал с нужными людьми во благо моего НИЦ «Аппалачи», а Расс, в то время ещё не работавший у нас, просто присоединился к рабочей поездке по моему приглашению.
Совмещать приятное с полезным я всегда умел.
Всё полезное в тот августовский выходной было отброшено. Мы с другом рванули в закрытый клуб: выпивка, девочки, танцпол, пенная вечеринка, стриптиз и приватные номера ресторана, бордель — это было то, что пропустить мы не могли.
Выспавшись до обеда, провалявшись до вечера на побережье, к десяти вечера мы уже прошли фейс-контроль и накатили по двойному виски, сидя за барной стойкой и глядя на ритмично дёргавшиеся под музло тела.
Басы били в грудь, виски — в голову, и приплясывавший на месте друг, отбивавший ногой ритм популярной композиции, подзуживал уже скорее нырнуть в море тел. Хотелось танцевать, пить до потери ориентиров, трахаться до звёзд в глазах и запаха палёного презерватива. Трахнуть чей-нибудь рот я испытывал потребность сию же секунду и выискивал глазами ту, что сделает это без лишних ужимок.
— Ник, — перекрикивая басы и ударники живой музыки, дёрнул меня Расс, — вон наша випка, идём!
Я посмотрел в указанном кивком направлении и поднялся с барного стула. Достаточно свободные изолированные друг от друга вип-зоны с диванами и столиком-трансформером бронировались вместе с блюдами, девушками и развлечениями.
Этот клуб — царство разврата и беспредела в Ванкувере — очень известное в узких кругах место для тех, кто любит пощекотать нервы. Здесь частенько происходили страшные, возмутительные, не укладывавшиеся в голове вещи, а пропуск стоил, как военный «Boeing».
Общество самоубийц, бои без правил, человеческие шахматы, бордель, клуб свингеров, живые столы и голые официанты и официантки, которых можно трахнуть — наверняка это далеко не всё, что я знал о закрытом «меню».
Попасть сюда — значило подтвердить статус, открыть некую дверь туда, где уже ничего невозможного нет.
Здесь, как и в жизни, каждый сам для себя определял границы своих возможностей.
Едва мы уселись и осмотрелись, вошла официантка. Молодая симпатичная мулатка с небольшой красивой грудью, покатыми бёдрами и узкими плечами, миниатюрная, с чёрными длинными волосами и округлой попой. Девушку украшали тонкий поясок на бёдрах с номерком на кусочке кожи вместо бейджа и узенький ошейник — знак отличия обслуги, а его чёрный цвет говорил… о многом.
Она вошла, раздвинув шторы-экраны — принесла бутылку холодного односолодового виски двадцатипятилетней выдержки и два бокала. Трогать официантов могут только те, чью випку они обслуживают. И я собирался трахнуть малышку-голышку сию минуту. Гулять — так гулять.
— Добро пожаловать в «Game's», господа. Желаете видеть, как разделают рыбу? — спросила девушка хрипловатым сексуальным голосом.
В «Game's» есть только одно бесплатное развлечение — при желании можно посмотреть, как забивают птицу или животное. Некоторые клиенты просят у живой свиньи отрезать ногу или разделать птицу так, чтобы она дольше оставалась живая.
Так что мясо — в блюдах и остальных развлечениях — здесь всегда свежайшее. А что при этом чувствует дичь — да кого это волнует?!
Моя дичь стояла передо мной с коричневыми сосками и гладко выбритым лобком. Губки не то чтобы пухлые, но вокруг головки члена смотрелись бы хорошо.
— Иди-ка сюда, рыба, поработай ротиком, — я развалился на диване, раздвинув ноги и вытащив всегда готовый принимать ласку член.
Девушка послушно опустилась передо мной на колени, а Расс, разливая золотую жидкость, оценивал девушку. Судя по тому, как наливались темнотой его глаза, он тоже хотел то, что видел. Друг протянул мне бокал и сел напротив.
Девица работала ртом отменно, сосала так, что её щеки втягивались, языком с пирсингом облизывала так, что не кончить было трудно. Чувство, что из меня тянут соки, ощущалось и в животе. С виду и не скажешь, что эта скуластая и не богатая на пышные формы малышка может заглотить мой член чуть не вместе с яйцами.
Она работала, как насосная станция, я забыл как дышать, мог только орать от удовольствия и непроизвольно вбиваться в её горло, хотя этого и не требовалось — она подсунула неожиданно сильные руки под мои ягодицы и сама насаживала меня на себя. Так, как она, меня еще не трахали.
Вернее, меня вообще впервые в жизни отымели с особым для меня удовольствием. Когда эта рыба выпустила член изо рта, он повис безвольной тряпкой, а в животе и яйцах разлилась, как мне казалось, невосполнимая пустота.
Я сполз по спинке дивана, не в силах даже говорить, не замечая, что разлил виски и выронил бокал, вцепляясь в волосы девушки. Её рот оказался просто волшебными вратами в нирвану.
— Блять… — хрипло выдавил из себя.
Расс сделал последний глоток, поставил пустой бокал на столик сбоку и посмотрел на поднявшуюся девушку совершенно однозначно. И она без лишних слов опустилась на колени перед Рассом. Теперь напивался я, ошалевший от опустошающего быстрого секса.
Напивался и смотрел, как эта малышка сосёт моего друга со вкусом и страстью, причмокивая, слушал, как он стонет, и накладывал свои ощущения на то, что видел. И охреневал от того, что мой член реагировал хиленько.
А девочку хотелось трахнуть. Я смотрел на её быстро качавшуюся над Рассом голову, и Расса, елозившего в руках миниатюрной официантки, сжимавшего её хрупкие плечи и, похоже, даже не дышавшего — эта девочка высасывала не только сперму, но и воздух, и силы, и желание немедленно повторить.
Расс, когда девушка отпустила его, рухнул на диван кулём в полном изнеможении. Она встала, подняла мой бокал и, равнодушным взглядом удостоверившись, что нам точно ничего сейчас не надо, выскользнула из вип-зоны.