Дело всей жизни. Книга первая (СИ)

Я не стал ухаживать за Несс — пусть сама берёт, что ей нравится. Все эти правила этикета вызывали во мне отторжение, хотя по большей части им приходится следовать. Я считал, что девушкам гораздо проще адаптироваться и расслабиться, если они сами хозяйничают за столом, ведь это привычная их функция. Все эти «что тебе положить, дорогая» только увеличивают дистанцию, заставляют женщину соответствовать: не капнуть, не пролить, не уронить, не брякнуть вилкой по тарелке — вести себя, словно неживая. Женщина инстинктивно желает заботиться о мужчине — и я предоставляю им эту возможность всегда и везде без лишних заморочек этикета.
Несс убрала за ухо длинную прядь и наклонилась рассмотреть невеликий выбор блюд: запечённая белая рыба со спаржей под яблочно-лимонным соусом, рис со специями и медовым подливом, сырная тарелка и лёгкий салат с орехами, руколой и белым мясом под заправкой из авокадо с белым вином…
Я наполнил бокал девушки, налил себе виски и поднял стакан:
— Тенесси… Так же называется штат Америки и марка виски, а ещё химический элемент и легендарное чудо-юдо. Тень… Несси… Имя прохладное и пахнет… Вот как ты. Я плохо разбираюсь в цветах, но почему-то на ум приходит жасмин и ландыш, или пион.
— Ты, Никита, поэт просто, — девушка отправила в рот кусок рыбы, макнув его в соус. — Я родилась в штате Теннесси в Колумбии, в честь него меня и назвали. Мои родители и брат живут там. Отец работал на алюминиевом заводе, но его закрыли из-за увеличения таможенных пошлин на ввоз сырья из Китая, а следом закрыли и местную ГЭС, которая обеспечивала этот завод энергией. А на нём работала моя мама.
— А брат?
— Ему шестнадцать. Трудный подросток.
— Учишься?
— Окончила в Юте двухгодичный колледж и приехала в Нью-Йорк работать.
— Где?
Девушка замолчала, припав к бокалу с вином.
— Сейчас нигде. Но это временно! — добавила поспешно, бросив на меня виноватый взгляд.
— Несс… — я сделал паузу, глотнув виски и уставившись за окна на огни морского порта, — …могу спросить у Расса, но лучше, если ты сама расскажешь, что показал осмотр.
Девушка поправила полы короткого халата и вцепилась в отвороты воротника, будто сама себя взяла за грудки — видно, что ей непросто решиться на откровенный разговор о своей особенности.
Я не облегчал ей задачу. Просто ждал. Несси постаралась скрыть глубокий вдох, но я видел, как приподнялась её грудь и будто сдулась — моя гостья съёжилась в кресле. Но заговорила:
— Ещё не знаю. Он сказал, что такой… развивается из-за патологии надпочечников.
— Расс проведёт обследование, проконсультирует тебя. Но, Несси… косметическая операция ведь не решит возможных проблем со здоровьем.
— Она решит все другие проблемы… — еле слышно прошептала девушка.
Я видел, что её забила крупная дрожь.
— Какие «другие», Несси? — спросил это тоже тихо и как мог ласково.
Это был тот самый момент, когда она или доверится — и я помогу, или захлопнется, как раковина. Выбор за ней. В туалете в кафе я дал ей понять, что со мной можно и нужно быть собой.
— Я… смогу купаться среди людей. Загорать на пляже…
— Встречаться с мужчинами и не стесняться своего тела — так, Несси? Ведь в этом главная проблема?
— Да!
— Почему ты решила, что у тебя вообще есть такая проблема? Что с тобой случилось, Несси?..
Я подлил в бокал вино, присел на корточки перед ней и развязал поясок халата, распахнул его и задохнулся от неожиданности — девушка оказалась без нижнего белья. Подтянул её к себе, подхватив под бёдра и опустившись перед ней на колени.
Член стремительно наливался кровью, болезненно пульсируя. Я смотрел на промежность гостьи, с удовольствием наблюдая, как девушка трепещет, то сжимается, то старается расслабиться под моим взглядом. Раздвинув её ноги шире, закинул на мягкие подлокотники. Медленно провёл языком снизу до уже набухающего клитора.
— Рассказывай, Несс… — прошептал, склонившись к её нежной девственной плоти и, согрев дыханием, вобрал в рот и обвёл языком, балуя кончик, быстро твердевший от ласки. Девушка молчала. Я ощутимо сжал пальцами её ягодицы и снова потребовал: — Говори! Не думай о том, что я делаю. Говори и чувствуй!
Она попыталась отодвинуться, но я не дал и снова вобрал в рот клитор, всосав его сильно, так, что Несс застонала и схватилась за мою голову, рванувшись всем телом в попытке сесть.
Я надавил на её живот и ослабил ласку, облизывая твёрдый стержень и чуть дуя на него. Она упала в кресле и тихо сказала:
— Он всегда был большим… Когда училась в колледже, встречалась с парнем…
— Ты любила его?
— Да…
Я гладил нежную кожу внутренней стороны бёдер девушки, потом закинул её ножки себе на плечи и впился губами в её лоно, просовывая язык внутрь. Она дёрнулась и застонала.
— Он делал тебе так, Несс?..
Приподнял её поясницу и втянул в рот её складки вместе с клитором, немного пососал и облизал. Я чуть отпускал и снова ласкал до боли, заставляя девушку стонать и шипеть, будто её обжигала моя ласка. Мышцы её живота сокращались, когда я усиливал напор, и она подавалась навстречу.
Я помнил, что сказал Расс, но хотел услышать её крик, и ласкал жарко и жадно, заставляя её извиваться и хватать меня за волосы.
Отпустил на миг и снова спросил:
— Он делал тебе так?
— Он посмеялся надо мной! — всхлипнула она так отчаянно и надрывно, что сжалось в груди.
…и я снова с жадностью впился в её плоть, перекатывая складки во рту и облизывая, чуть сжимая губами клитор и отсасывая его, как чуть позже она отсосёт мой член. Поднимал её попу навстречу движениям, впившись в ягодицы пальцами, чуть разведя их.
Я ждал её крик, а она лишь шипела и вилась в моих руках. Тогда я просунул язык внутрь неё и чуть прикусил нежные налитые губки, втягивая их в рот и просовывая палец ей в попу. Несси дёрнулась и вскрикнула. Я отпустил её совсем. Только ноги её остались на моих плечах.
Она пульсировала желанием, кусала губы и шипела. Притихла, видимо, понимая, что мне что-то не нравится.
— Несс… Он посмеялся над тобой, потому что не любил и просто нашёл повод поиздеваться. Он — баран… — я вспомнил, что сам козёл, и усмехнулся — везёт девчонке на скотов. — Я хочу делать тебе приятно, но ты шипишь и отталкиваешь меня. Тебе не нравится?
— Мне… немного больно.
— Но ведь приятно?
— Да…
— Так кричи, Несс! Я буду кричать от удовольствия, когда ты будешь трахать меня. Ты ведь будешь меня трахать, Несси?
— Д-да…
— Ты не видишь, не чувствуешь, что я хочу тебя вот такую, с торчащим, как член, клитором?
— Я… не знаю. Да, тебе нравится. Но ты — не все.
— Хочешь нравиться кому-то другому? У тебя есть кто-то? — мелькнула мысль.
— Нет!
— Тогда не шипи. Наслаждайся. Я хочу тебя, ты скоро почувствуешь, как сильно я хочу тебя, моя вкусная Несси…
Я больше не делал ей больно. Вылизывал её нежно и тягуче, а она больше не шипела, а стонала так, что член рвался из штанов, рискуя взорваться от острого желания ворваться в неё. Но долг платежом красен. Я хочу её губы на головке, почувствовать её дыхание и насаживать её рот на член.
Снова облизал клитор, заиграл на его кончике языком, быстро-быстро, нажимая на плоть вокруг него и раскрывая складки, оголяя его до самого основания. Несси забилась под лаской, потеряла дыхание, дёрнулась навстречу и, наконец, закричала и рывками, не контролируя себя, задвигалась навстречу моему рту, когда я, усиливая и продляя её оргазм, сосал её клитор.
Я чуть не кончил от её крика, протяжного, с охами и придыханием, с крупными слезами из глаз и почти конвульсивными судорогами. Подул на её мокрую плоть, успокаивая и давая девушке вернуться в реальность.
— Кричать — это здорово. От этого оргазм сильнее. А теперь, Несси, сделай мне то же самое…
  
Глава 5. Ночью легче продаются души дьяволу
 
Утро, погоди, я еще не лег!