Моей будешь, ведьма! (СИ)

Остаток пути мы молчали, каждый думал о чём-то своём. Нуу, как о своём? Что-то мне подсказывает – мы с Леонардо об одном и том же...
Подскакивающая на кочках и ухабах карета способствовала моему довольно частому подпрыгиванию на его коленях. Приземляться на кое-что твёрдое я начала практически сразу, что вызывало самые неприличные мысли и фантазии и, судя по тому, как каждый раз мужчина глубоко втягивал воздух, всё сильнее прижимая меня к себе – не только у до одури возбуждённой ведьмочки.
Самое забавное, что больше всех окончанию поездки обрадовалась мама. Буквально вскочив со своего места и не дожидаясь помощи лакеев, она поспешила покинуть карету, ворча себе под нос:
– В жизни больше не сяду с вами в один экипаж, от вас же так искры летят, что дышать тяжело!
Ошарашенно посмотрев на Лео, встретилась с лукавым взглядом, светящимся предвкушением, и смущённо отвернулась, слезая с его колен.
В холле нас уже встречали. Как выяснилось, совсем недавно вернувшийся Фредерик и Алехандр. И если то, что стоило нам появиться на пороге, герцога тут же сгрёб в объятия его младший сын – предсказуемо. Того, что он затискает и меня, я от Алекса совсем не ожидала. Более сдержанный Фред только тепло мне улыбнулся, спросив у отца:
– Ты вроде за одной женщиной поехал?
– Я подумал две лучше, чем одна! – ответил тот невозмутимо и повернулся к дворецкому. – Прикажи приготовить для графини Меллоуш покои.
– А чего их готовить? Комнаты Трис свободны, – вмешался Алехандр. – Конечно, если она не желает вновь в них переехать, – спохватился он, сообразив, что отправляет девушку жить в одних апартаментах с мужчиной прямо при её матери.
Он же не знал, что эта самая мать – жуткая сводница!
– Безусловно, она не собирается в них возвращаться! Проводите меня, молодой человек? – заявила графиня и, перед тем как удалиться, опираясь на локоть младшего Крослиффа, шепнула мне на ухо: – Леонардо выглядит уставшим. Ты бы его пожалела... как следует!
С полным ощущением, что она меня скоро добьёт, я повернулась к Лео. Засунув руки в карманы брюк, он смотрел в пол и, судя по дергающимся уголкам губ, едва сдерживал хохот.
– Что? – поинтересовалась возмущённо.
– Ничего. Знаешь, ёжик, я и впрямь устал и нуждаюсь в сочувствии... – протянул он, состроив невинное выражение лица.
– Ты что, всё слышал? – промямлила я, покраснев.
– Боюсь, не только я, – кивнул он на удаляющегося от нас Фреда, плечи которого подозрительно подрагивали.
– Смейтесь! А у меня, между прочим, сейчас все устои рушатся. Я и не подозревала, что у меня такая мать! Она всегда со мной как с ребёнком разговаривала! – нажаловалась я обиженно.
– Значит, она поняла, что ты выросла и с тобой можно общаться на равных. Трис, с продолжительностью жизни магов, нормально, что возрастная грань между родителями и детьми стирается. Представь, Мелисса ещё твоих правнуков нянчить будет, ты и тогда будешь стесняться говорить при ней на такие интимные темы?
– Я вообще предпочитаю, чтобы наша личная жизнь никем не обсуждалась, это касается только меня и тебя! – буркнула я себе под нос.
Став серьёзным Лео приобнял меня за талию, увлекая к лестнице, и, поднимаясь по ступеням, заметил:
– Ты действительно моё сокровище. В большинстве своём женщины любят обсудить с подругами такие моменты. Ты даже не представляешь, как меня это раздражало во времена моего первого брака.
– Что так?
– Неприятно осознавать, что все подруги жены в курсе того, сколько раз в месяц я посещаю её спальню. Тем более что делал я это крайне редко.
– Нуу, если ты и меня будешь не часто баловать, возможно, я тоже жаловаться начну, – бросила я на него хитрый взгляд.
Оглядевшись, отмечая отсутствие свидетелей, Лео подхватил меня на руки и, буквально взлетев на четвёртый этаж, шёпотом проинформировал:
– Тебе это точно не грозит, сладкий ёжик. Ты от меня ещё отбиваться начнёшь!
  
44
 
БИАТРИС.
Доставили меня сразу до ванной. На мой удивлённый взгляд Лео, поставив меня на ноги и снимая пиджак, пояснил:
 
– Хочу смыть с себя тюремный запах, мне кажется, что я им пропитался.
– А я? – поинтересовалась возложенной на меня миссией.
– А ты будешь составлять компанию и тереть мне спину – я же не дотягиваюсь, – улыбнулся он весело и включил воду.
– Бедненький, как же ты столько лет без меня справлялся? – проворковала, расстёгивая пуговки на его рубашке.
– С трудом, – нажаловался мужчина серьёзно. – Мылся и мечтал, что когда-нибудь у меня появится заботливый ёжик, который возьмёт на себя эту тяжёлую работу.
Обняв за талию, он мягко притянул меня к себе, накрывая губы невыносимо нежным поцелуем, от которого я мгновенно затрепетала, тая в его руках. Прильнув к мускулистой груди, вцепилась в широкие плечи, сгребая в кулачки ткань рубашки. Скользнувшие по спине ладони довольно резво управились со шнуровкой платья. Спуская его с моих плеч, Лео переместился к шее, покрывая её поцелуями и сладкими укусами, пробираясь всё ниже. Пока до боли напряженный сосок не попал в жаркий плен ласковых губ.
Выгнувшись, доверяя своё тело мужчине, я застонала, сходя с ума от неторопливой нежности, с которой он играл с чувствительной горошинкой. Опустившись на колени и стягивая платье, Леонардо покрывал поцелуями каждый миллиметр обнажавшейся кожи, проходясь по ней языком, выводя горящие узоры на подрагивающем от возбуждения животе.
Отправив в полёт мой наряд, опустившийся к лодыжкам невесомым облаком, мужчина переключился на трусики и быстро избавил меня и от них.
Мягко прикусив лобок, он скользнул губами на бедро, попутно снимая чулок. Боже, так чувственно я ещё не раздевалась и, чуть слышно постанывая, мечтала, чтобы эта сладкая пытка не заканчивалась.
Наконец управившись с моими вещами, он поднялся, потемневшими глазами изучая обнажённое тело. Под этим восхищённым взглядом стыда я не чувствовала совершенно, наоборот, я наслаждалась им, видя сколько желания он таит.
Сделав шаг к Лео, распахнула полы его рубашки и прошептала:
– Теперь моя очередь.
Раздевая своего мужчину, я не торопясь целовала ключицы, рельефную грудь, плоский сосок и, чуть царапая, гладила эротичные кубики пресса, вынуждая его тяжело дышать. Его реакция на мои прикосновения так распаляла моё возбуждение, что между ног уже всё горело и пульсировало от предвкушения. Для удобства встав на колени, расстегнула ширинку, освобождая напряжённый орган, и, снимая брюки, подняла глаза на мужчину. Очертив подушечкой большого пальца мою скулу, Лео зарылся ладонью в волосы и потянул меня на себя. Поняв, чего он от меня ждёт, я испуганно вздрогнула, переводя взгляд на приближающийся член.
Нервно облизнув губы, я обхватила его пальцами, пытаясь отсрочить такую развратную ласку.
– Сделай это для меня, ёжик, – попросил Леонардо хрипло. – Ты даже не представляешь, как я хочу твой ротик.
Почему от этих пошлых слов меня словно молния пронзила? Подавшись вперёд, я осторожно приникла губами к бархатистой головке, целуя и проводя по ней языком. С шумом втянув воздух, мужчина сжал в кулаке пряди моих волос и толкнулся бёдрами, проникая в горло. Всхлипнув от прокатившегося по телу желания, я впилась ногтями в мужскую ягодицу и подалась назад, выпуская твёрдый орган из своего рта, чтобы тут же вновь посасывая втянуть его обратно.
Лео шумно втягивал воздух, не отводя взгляда от ласкающих его губ, и уверенно скользил чуть подрагивающим членом по моему языку, упираясь в нёбо и толкаясь так глубоко, насколько я вообще могла его принять.
– Стой, ёжик! – выдохнул он, резко отпрянув и подхватывая меня на руки. – Это слишком сладко, малышка, когда-нибудь мы обязательно доведём эту игру до конца, только не сегодня, – пообещал он, перешагивая бортик ванны, и опустился в воду, пристраивая меня на своих коленях.
Обвив его руками и ногами, я потёрлась потайным местечком об упирающийся в него орган.