Солнце, сумрак и радуга (СИ)
Где-то вдалеке, загрохотало и утихло. Явно приближались проблемы. Ставрос, махнул рукой, отправляя своих подручных прикрывать тылы.
С Германом пошёл Борис, личный телохранитель Ставроса. огромный мужчина, с имплантатами в суставах, который всю жизнь посвятил накачиванию мышц. Лучший экземпляр для устрашения, на деле же, только недавно занявшийся, по-настоящему боевой подготовкой. Вооружены они оба были короткоствольным оружием, но если у начальника охраны был скорострельный пистолет-пулемёт, то телохранитель имел при себе внушительных размеров револьвер какого-то запредельно огромного калибра.
Как же такой здоровенный целеустремлённый парень, попал под влияние Ставроса, да ещё стал его самым преданным последователем? Очень просто, всё дело в здоровье. К тридцати годам, у Бориса начались проблемы с суставами. Ничего удивительного, для того, кто постоянно поднимает большие веса. Обычного пособия, плюс гонораров с выступлений бодибилдеров, хватило на лечение и довольно приличные импланты. Приживляемость оказалась плохой.
Стандартные в таких случаях лекарства не помогли, у Бориса оказалась врождённая непереносимость к ряду компонентов. Если же локоть переделан под имплант, а его нет, то рука попросту не будет сгибаться. Вот тут уже не помогли никакие сбережения из тех, что смог скопить мужчина за всю жизнь. Слишком дорогое лечение.
Мышцы спали, тело еле двигалось. Казалось, жизнь уже прошла, и прошла зря. Но тут-то на сцену и выходит Ставрос. «Техноген» бесплатно предоставляют перспективному спортсмену, усовершенствование генома костных тканей и самые лучшие импланты. Попутные рассуждения лидера корпорации, о том, что нужно благодарить Бога, а не людей, за чудесное исцеление, западают в душу Бориса. Мужчина снова идёт в спортзал, а заодно, становится самым преданным последователем Ставроса и его учения.
Внезапно сообщили о находке двух хакеров в системе вентиляции. Потом о погоне за ними. Стычки с охранными системами стали чаще и наконец, сообщения в сети, превратились в полный хаос. Уже не было понятно, кто на кого нападает или от кого защищается. Хакеры взламывали друг друга и в общий эфир стали проникать сообщения врагов, обрывочные и не понятные.
Что-то вдруг ярко полыхнуло в консоли, ломщик упал на пол и забился в конвульсиях. Дверь в центральную лабораторию, медленно поползла в сторону. Ставрос как ни в чём не, бывало, двинулся вперёд. Роман же, склонился над пострадавшим, вырвал провода из разъёмов и проверил пульс. Сердце явно билось. Ток, прорвавшийся в мозг парня, не был мощным и лишь вызвал кратковременный спазм. Всё будет хорошо. Особенно, если этот хакер найдёт себе более надёжную компанию, чем Ставрос и «Техноген».
<p align="center">
41.Битва и диспозиции.
Мира рвалась к центральной лаборатории с того самого момента, как к её воротам подошёл Ставрос со своими спутниками. Созданный ей самой лабиринт, теперь сильно мешал. Автоматические системы защиты не реагировали на неё, однако закрытые ранее двери не открывались по команде. Их приходилось обходить параллельными коридорами и техническими каналами.
Все боестолкновения, происходившие в первое время, не могли считаться сколько-нибудь серьёзными. Дик не задерживалась для уничтожения врагов, лишь отстреливалась, что бы ей не мешали добираться до цели.
Настоящая преграда, ждала её в месте выхода технического вентиляционного канала номер семнадцать. Герман, начальник службы безопасности, «Техноген» и Борис, телохранитель Ставроса. Огонь был открыт, как только они увидели белую фигуру в армейском бронежилете. Именно последняя часть гардероба Миры и помогла ей избежать мгновенной гибели. Две из двух десятков выпущенных пистолетом-пулемётом пуль, угодили ей в грудь и расплющились о броне-пластины.
Длинным кувырком, дик ушла в сторону и спряталась за коробом теплоотвода. Борис, до этого момента не сделавший не единого выстрела, надавил на спусковой крючок. Тяжёлая пуля пробила жестяную обшивку и разворотила радиаторы, застряв в толще металла. Мира сделала несколько выстрелов наугад, заставляя противников спрятаться, и метнулась за новое укрытие.
Здесь можно было не бояться разрушительной силы тяжёлых пуль, разве что противник вооружится гранатомётом. Бетонная колонна выполняла несущую функцию для целого вентиляционного узла. Так же, с новой позиции открывался вид на выход из теплоотводной шахты. Там явно кто-то притаился, сквозь воздуховодные отверстия были видны две женские фигуры. Они сидели тихо, возможно это был кто-то из персонала, скрывающийся от нападавших.
Герман дал короткую очередь по колонне, стремясь предоставить своему напарнику, время для манёвра, но дик, сразу же разгадала его замысел. Несколько выстрелов, заставили Бориса вернуться на прежнее место. Ситуация складывалась патовая. Хотя если учитывать, что рано или поздно, Ставрос взломает двери в центральную лабораторию, Мира при любом раскладе оказывалась в проигрыше.
Тем временем, в комплексе вовсю шли бои. Под началом Мары, в комплекс прибыло с десяток хакеров и полсотни боевиков. Разворачивались мобильные боевые системы, запускались мощные защитные программы. Элитные бойцы Радужного района, до сих пор ждавшие в резерве, шли в атаку.
Патриция, давно оправившаяся от ранения в баре, а заодно усилившая своё тело имплантами, мчалась по коридорам в сопровождении подруги. Фрида, дик с изменённой ДНК, была во многом выдающейся. Вместе они легко прорывали любую оборону, снося на своём пути чахлых бойцов Ставроса.
Увидели угрозу с новой стороны, Герман и Борис одновременно. Но отреагировали по-разному. Начальник службы безопасности кувырком ушёл в сторону, а телохранитель, бабахнул из своего пистолета. Пуля выбила целый сноп осколков из стены, расцарапавших красивое личико Фриды бетонной крошкой.
Патриция тут же присела на одно колено и открыла огонь из штурмовой винтовки. Мира сразу поняла, что, пришла подмога, и решила контратаковать. Высунувшись из-за колонны, дик вскинула сразу оба пистолета. Она умела стрелять, что называется по-македонски, сразу с двух рук. Борис поймал несколько пуль с обеих сторон. Какую бы мышцу себе ни накачал человек, как ни модифицировал свой организм, а против свинца, летящего со скоростью свыше восьмиста метров в секунду, противопоставить ему нечего.