Солнце, сумрак и радуга (СИ)
Пилик. Уже шестнадцать человек, смотрят на возбуждённую Жани. Наверное, стоит показать им какое-то шоу. Но она слишком возбуждена для игр с попкой. Вместо этого дик прибегает к другому своему умению.
Парнишка на экране заглатывал огромный член почти полностью. Сразу становилось понятно, что тут не обошлось без долгих тренировок, а возможно и хирургического вмешательства. Вторая дик, на экране, размазывала блестящий гель по своему пенису, явно собираясь погрузить его в попу молодого человека.
Пилик. У Жани тоже был большой член, что, в общем, не удивительно. Был он достаточной длины, чтобы, если нагнуться и пропустить его между грудей, можно было засунуть в рот. Это она и сделала. Слегка откинулась назад, а попку подняла, ткнувшись головкой себе в губы.
С такого ракурса она не могла видеть, что происходит на мониторе, но это было уже и не важно. Распахнув влажные от возбуждения губы, Жани полностью обхватила ими головку. Восхитительный вкус члена, просто сводил с ума. Анфиса больше недели не приставала к ней, за это время можно забыть, как это замечательно, делать минет.
Не переставая водить руками по стволу, Жани согнулась ещё, просунув пенис в рот. С этого ракурса было совершенно не видно монитор, но она знала, что камера фиксирует все её движения. Как же ей было сейчас хорошо. Зря она не озадачилась анальными играми. Стимуляция простаты сейчас была бы очень кстати.
Хотя и без этого легко можно было справиться. Дик пустила в ход язык. Поласкать уздечку, втянуть в себя кожицу, облизать головку. Тело начало непроизвольно распрямляться, чувствуя близость финала, но Жани снова ещё глубже запихала в рот член. Вот так, кончать себе в рот пока на тебя смотрят люди, разве это не восхитительно.
Хотелось стонать, но она могла только булькать и пускать пузырьки слюны. Оргазм пришёл внезапным рывком. Тело распрямилось, и струя густой спермы ударила в лицо дик. В следующую секунду, она совладала с собой и снова запихнула головку в рот. Очередная порция семени брызнула в глотку и потекла по пищеводу. Солоновато-щелочной вкус привычно спровоцировал ещё большее удовольствие. Слюна вперемешку с эякулятом, потекла с уголков губ.
Наконец, Жани выпустила член изо рта и развалилась в кресле. Было хорошо, даже стекающая по подбородку сперма не мешала. На экране активно стонали близняшки, двое дик, по очереди сношали худенькую попку парня. Женщина с драконьим членом прекратила трансляцию. Саму Жаки оказывается, наблюдало восемьсот сорок человек. Рекорд, для неё. Может быть, стоит попробовать себя в роле порно актрисы?
Во всяком случае, впереди второй раунд. На этот раз стоит растянуть попку. Но сначала в душ. Жани легко вскочила и побежала в ванну, оставив трансляцию продолжаться.
<p align="center">
27.Перемены и новобранцы.
На протяжении веков, многие философы, особенно клириканского толка, пытались утверждать, что законы морали незыблемы и постоянны. Ещё бы, смерть — это всегда плохо, воровство, а тем более грабёж, определённо нельзя причислить к благим деяниям и так далее. На деле же, выяснялось, что понятия эти относительные. Убийство конечно плохо, но если оно совершается во имя великой цели, например во имя веры, или убеждения, или защиты родины, то является вполне благородным поступком. Многие народы, государства, а потом и корпорации не гнушались и не гнушаются промышленным шпионажем и даже грабежом, не видя в этом ничего предосудительного.
Мораль меняется в зависимости от культуры, общества, и точки зрения на события. Согласно морали Гитлеровского фашизма, очищение мира от низших рас, являлось актом справедливости. Это обернулось горем миллионов людей. Беда в том, что для большинства, та или иная моральная точка зрения вообще не является константой. Более того, они даже об этом не задумываются. Викинги считали чем-то само собой разумеющимся бесконечные набеги и воины, от которых страдала вся Европа. Однако с приходом христианства, скандинавские воины довольно быстро отказались от своих кровожадных привычек, считая их теперь аморальными.
Боевики Радужного района довольно быстро отхватили почти треть территорий, ранее контролируемых Рузовым. Полицейских, занимавшихся здесь охраной порядка, отправили под домашний арест. Бандитов перебили, выгнали или заперли в тюремных камерах. Пришло время наводить порядки.
Склады с героином и прочими наркотиками, уничтожили. Всё найденное оружие перешло в собственность боевиков Мары. Небольшие лавочки и магазинчики, после проверки получили разрешение на дальнейшую работу. Торговые центры пока стояли закрытыми, в них шли обыски и изъятие документов.
На улицах появились ремонтные бригады, занявшиеся восстановлением коммуникаций. Вслед за ними из Радужного района хлынул поток разврата, нёсший с собой, Розовый лёд и пропаганду свободной любви. Бывшие игорные дома, перепрофилировались в публичные, с набором проституток всех возможных полов. Так же мускулистые мужчины, женщины и дик в сексуальных костюмах стали появляться в местах скопления молодёжи, предлагая сладкую жизнь под крылом мамаши Мары.
Самым интересным здесь является то, что воспитанные в совершенно другой среде, где гомосексуализм был ругательством, люди, довольно быстро перестроились. Мира даже велела открыть специальные вербовочные центры, так много было желающих вступить в её гвардию. Конечно, следовало провести кое-какое обучение, отсеять наркоманов, провокаторов и ненадёжных, но в целом, было удивительно, как быстро люди сменили свои взгляды в новой обстановке. Причём сменили их радикально и без какого-либо сильного давления. Просто мир поменялся и теперь вместо унижения и грабежа тех, кто слабее, стало модно заниматься анальным сексом и качать мышцы.
Мораль самая неустойчивая вещь на свете.
Здание главного управления полиции, было когда-то монументальным и красивым. Колонны, лепнина и широкие ступени. Но город рос, превращался в полис. Улицу навсегда скрыли от солнца величественные небоскрёбы и бесконечные этажи автодорог. Лепнина частично обсыпалась, ступени растрескались, колонны укрепили сеткой из нано волокна. Сама же улица стала частью района 432 АМ, власть в котором постепенно захватили бандиты. Полиция же отошла на задний план, занимаясь всякой бытовой мелочью и распиливая скромные бюджетные деньги.