Инвестиго. Из медика в маги. Том 1

Поэтому шпионский проект не приносил больших результатов, но делать было нечего, и они продолжали этим заниматься, а ребята потихоньку расти.
Он начал свободно разговаривать в полгода. Это вызвало массу вопросов и нездорового любопытства взрослых, поэтому Марк старался строить «детские» конструкции предложений и больше молчать. Лавия как будто догадывалась, что он непростой ребёнок, но виду не подавала. Для старосты он был обычным пацаном. По его словам, обилие разговаривающих вокруг новорождённого сделало своё дело, и Гург раскрылся раньше, чем другие.
Ребятам же было всё равно, и в их обществе он чувствовал себя посвободней. Если узнается кто он такой, бог весть что случится. Сейчас Марк слабый и беззащитный – любой убогий может его похитить или убить. У него не будет возможности решать за себя, а отдаваться на милость невесть кому глупо. Это только в книжках всегда находятся доброжелатели или мудрый учитель, что за красивые глаза обучает тебя всему. Даже в настоящем мире не так-то просто было обучаться, а здесь некоторые знания и вовсе контролируются маленькими группами людей.
Например, магия и картель магов. Сообщество, что аккумулирует информацию не только в Рилгане, но и за рубежом. Сомнительно, что они спешат поделиться с простым людом, как лучше колдовать.
Из того, что он пока понял – каждый житель в каком-то роде маг. Все могут колдовать, но запаса маны взрослого хватает лишь на бытовые нужды, и то немного. Лавия с помощью магии зажигает осветительные приборы, камин, перетаскивает тяжести, поливает огород, лечит небольшие раны и ссадины. С каждым годом запас маны ребёнка растёт на случайное количество единиц. Начинается этот процесс с шести лет, иногда раньше, а заканчивается к двадцати с небольшим. У каждого индивидуально. В остальном же люди ведут себя также как на Земле – трудятся, заводят семьи, ходят за покупками, отмечают праздники и так далее. Магия это не что-то выдающееся, а повседневность.
Есть ещё кристаллы маны, но они жутко дорогие, и позволить их могут только знать. Судя по рассказам Кора, они выступают источником маны, усиливающим основной запас. Это полезные ископаемые. В Рилгане их очень мало, да и вообще настоящих боевых магов почти нет. Хотелось бы увидеть, что они из себя представляют.
Мышцы пока слабы и он быстро устаёт. Однако, моцион держит каждый день. Марк – развивающийся организм и укрепление мускулатуры и связок очень важно. На этот счёт у него много планов, но сейчас он пока просто гуляет, ознакамливаясь понемногу с территорией.
– Значит вуруждук это не сказка. Хмм… Мне всегда казалось, что тётя Лав его придумала, чтобы пугать нас.
– Нет, ты что. Он существует, – Коррус развернулся к нему лицом и шёл спиной вперёд.
– Сегодня от стражи слышал, что опять пропало пару людей, – развернулся обратно и скрестил руки на затылке с белыми волосами. – Их утащила эта тварь, – зелёные глаза смотрели на проплывающие облака.
– Но хоть что-то же о нём известно? – Марк пнул камешек.
– Ну, я поспрашивал Кунца. Трезвый он всё время говорил, что не моего ума дело, но мне удалось его подловить, – Кор улыбнулся.
– Харош, ну что там? Не тяни.
– У них человеческие головы.
– Чего? – Марк остановился.
– Да, так и сказал, они очень быстрые, на маленьких ножках. Ну, знаешь, как у пауков и размеры где-то с твоего роста – Кор провёл ладонью над макушкой Марка. – Тело у них толстое и твёрдое. Ах да, ещё они умеют разговаривать.
– То есть, это какие-то метровые пауки с человеческими головами? Которые ещё и разговаривают. Здорово, – они продолжили путь, свернув за угол каменной постройки, вдали уже виднелся рынок.
В хороший мир он попал. Если такая дрянь разгуливает по лесу, то лучше сидеть дома. Монстры здесь редкость, их почти нет, а те, что есть – вполне безобидны. Однако в лесу, что ближе к горам и на западных болотах водится всякая мерзость. На границах городов всё хорошо – стражи вместе с боевыми магами устраивают рейды и большие города в безопасности, но вот такие как Ваабис и деревеньки близ него подвергаются риску нападения. Иногда и сюда приходят рейды, но на всё это нужны деньги, либо пока ситуация не выйдет из-под контроля и жертв станет настолько много, что об этом заговорят даже в столице.
 
Вся эта информация собиралась по крупицам. Сейчас они идут на рынок, чтобы узнать новости и слухи. Марк попросил Кора его сопроводить. Пока он маленький, с ним будет ещё кто-то, но потом он сможет самостоятельно всё это делать. На детей не обращают внимания взрослые, зная, что те ничего не соображают, и свободно разговаривают о своих проблемах. Марк будет этим пользоваться, а пока они идут отдавать долг в мясную лавку.
На пути к ней они встретили странную мрачную процессию, выходящую из города. Вероятно, похороны. Огромное количество народа выходило из ворот.
– …сын пошёл не в папашу.
– Да, не успели ещё в землю положить, а брат рассказывал про подряды на такие суммы, что ого-го. – буркнул один из стражей пропуская людской поток.
Умершие не интересовали Марка.
– А где хрючело?
– Родственнички не взяли.
Люди несли цветы, но что странно, за всем этим шествием тянулась какая-то странная синяя дымка. Разновидность похоронной пиротехники? Он спросил у Корруса какие тут традиции похорон.
– Ну, из того, что я помню – это бросание пустых кристаллов в могилу, а так не интересовался. Прости.
– Ничего, – это напомнило, как в его мире суеверные кидали туда мелочь, – Даже лучше, что ты с этим не сталкивался.
Они углубились в город и добрались до рынка. Ноги пока что не устали. Марк мог бы поклясться, что местные торгаши напоминали NPC в компьютерной игрушке про средневековье. Однако, на Земле было много мест, что ничем не отличались от этого – особенно в восточной части мира. Торжище, базар, ярмарка, рынок – какая разница? Нет смысла с чем-то сравнивать – пора привыкать, что это будут его магазины и гипермаркеты. Здесь он будет отовариваться. Здесь теперь часть его быта.
– …лучший хорми в шестнадцати городах! Сладкий вкус…
– Молодой человек. Да, вы. Подойдите сюда. Не бойтесь. Любые яйца на выбор…
Коррус отвёл его подальше от прилавка. Ничего интересного. Странно, правда, что продукты тут соседствовали с галантереей и бытовыми товарами, но хорошо хоть догадались отделить часть по продаже животных в отдельный сектор.
– Мир ждёт катастрофа! Скоро, смейтесь-смейтесь! Скоро будут извержения святых вулканов, вот тогда я посмотрю в ваши грешные лица. Молитесь! Бог простит тех, кто склонится сейчас.
– Да задрал ты уже, катись в другое место!
Кто-то подал местному сумасшедшему фанатику монетку. Его балахон был сшит из каких-то кусков ткани. Один рукав белый, другой красный, середина и вовсе сшита из серых, чёрных и тёмно-синих лоскутов.
– Спасибо, дитя. Конец мира не застанет тебя врасплох. Мой господин подаст тебе знак.
Они углубились в царство животных. Сидя в клетках или на привязи те ждали своих новых хозяев. Чуть дальше они нашли мясную лавку и занесли долг. Жена владельца вежливо поинтересовалась, как поживает Лавия и проводила их до порога. Запах, конечно, не камильфо. В родном мире его вытеснял специальный кондиционер, а освежитель воздуха радовал ароматом свежих арбузов. В первое время специфический деревенский душок раздражал обоняние, но человек ко всему привыкает.
Покинув этот птичий рынок, они забежали купить выпечки, и попутно Коррус рассказал ему про деление аристократических семей на три группы: низшее, среднее и высшее дворянство. Как оригинально. Все эти семьи распределены по материку Рилган. У них своя жизнь и большая игра. Лезть в такие опасные дебри желания пока не возникало – не потянет ресурсами. Коррус выполнил задание и уточнил точное их количество. Марк не знал источников этих знаний, но ему было достаточно иметь в виду дотошность и въедливость старшего брата.
Четыре высших семейства. Десять средних и больше тридцати низших. Это основные шахматные фигуры политической арены. Когда Марк подрастёт, возможно, с некоторыми из них придётся иметь дело. Если его не скосит какая-нибудь странная эпидемия или к ним в дом не вломятся чудовища или, что ещё хуже, люди. И уведут всех в полон.