Псих

- Ты права. Нам пора идти. - Все прекращают болтать, и я знаю, что они делают, они все ждут моей мысленной точки отсчёта.
- Герцогиня, - предупреждает Орсон. - Ты в порядке? - Только Ройс, Орсон и Шторм называют меня герцогиней. Больше никого. Однажды, когда мне было десять лет, Тревор Максвелл пытался называть меня герцогиней во время физкультуры. Я ударила его кулаком в нос. Это был первый и единственный раз, когда я оказалась в кабинете директора, но не в первый раз, когда я сломала кому-то нос. Мои братья всегда защищали меня. Пришло время и мне сделать то же самое.
- Я в порядке. Мне нужно принять душ. Я ещё вернусь. - Мы со Слоун начинаем пробираться к двери, но как только я тянусь к ней, я в последний раз оборачиваюсь через плечо, мои глаза останавливаются на Ройсе. Он крепко спит, его губы приоткрыты. Он выглядит таким умиротворённым. Кто-то пытался причинить ему боль. Плохо. И теперь, как бы глупо это ни звучало, я хочу отомстить и знаю, куда идти в первую очередь.
 
 
 
 
 Первое, что я реально должна была упомянуть, - это то, что мне не хватает популярности и друзей не потому, что я их не привлекаю или что никто не хочет со мной дружить, потому что история покажет, что это не так. Дело в том, что мой брат обычно всех отпугивает, и, по общему признанию, именно поэтому у меня хватает смелости сделать то, что я собираюсь сделать.
Приняв душ и переодевшись в чистое, мы со Слоун спускаемся на кухню. Я открываю один из шкафчиков, ключи за ключами смотрят прямо на меня. У меня еще нет прав, но я знаю, как водить машину.
Я должна выбрать одну из сдержанных машин. Те, которые не будут выделяться. Так что я не буду выбирать папин "Порше" или мамину "Теслу". Нет смысла брать "Рейнджровер" или "Форд" Ройса. Мои пальцы скользят по клавишам черного "Камаро" Ройса 1969 года выпуска.
Я ухмыляюсь, снимая их с крючка.
 - Эм, ты уверена, что это хорошая идея? - Голубые глаза Слоун метаются между мной и моими пальцами.
Я щелкаю ими по ладони и киваю.
- Да, и перестань психовать. - Мы направляемся в гараж, и я сажусь на водительское сиденье безупречной старой машины Ройса. Кожаная обивка новая, приборная панель отполирована маслом со сладким ароматом. Он пахнет свежевышитой кожей, лёгким ароматом одеколона Ройса и лёгким запахом сигаретного дыма.
Моя грудь сжимается от его запаха, когда я закрываю глаза и вставляю ключи в замок зажигания, поворачивая его, пока глубокий рокот V8 не вибрирует под моей задницей.
- Послушай, - бормочет Слоун, тянется к своему поясу и застёгивает его. - Я полностью за это, - она показывает вверх и вниз по моему телу, - Но я не могу лгать. А еще я очень боюсь, учитывая, что ты связана с Ройсом Кейном, и я это понимаю. Ты его маленький ребёнок, который не может сделать ничего плохого, но я должна сказать… - Она тихонько свистит, но прежде, чем с ее губ слетает ещё одно слово, я включаю первую передачу и нажимаю ногой вниз, выезжая из гаража с рёвом дыма и визгом шин.
- О боже мой! - Слоун взвизгивает, хватаясь за ручку двери. Ее смех заразителен, когда мы вылетаем на главную дорогу, мои волосы хлещут меня по лицу, а окна опущены. - Я должна снять это на видео.
- Хорошо. - Я смеюсь. - Но в Сеть ничего не выходит. Я не хочу ещё больше его напрягать.
- Обещаю. - Слоун хихикает, ее пальцы летают над телефоном, а растрёпанные светлые волосы хлещут ее по лицу. Она не поднимает глаз, когда задаёт мне свой следующий вопрос. - Так куда мы направляемся?
- В дом Мэтти.
Слоун застывает, ее рука задерживается над телефоном.
- Почему?
Я заправляю волосы за ухо и направляюсь к дому Мэтти Макалистер.
 
- Потому что я знаю, что он был там прошлой ночью, и я также знаю, что он собирается рассказать мне все, что произошло.
Слоун кивает.
- Кажется законным.
Мы продолжаем короткую поездку к дому Мэтти, уже почти стемнело, когда мы, наконец, подъезжаем к его закрытому посёлку. Охрана пропускает нас, когда я подъезжаю на "шевроле" Ройса к кольцевой подъездной дорожке.
Я захлопываю дверцу машины и поднимаюсь по ступенькам, ведущим к его дому. Как только я подхожу к двери, она распахивается, и Мэтти стоит с другой стороны, его невинные волосы взъерошены, а жемчужно-голубые глаза полны печали.
- Что случилось? - спрашиваю я Мэтти. Мэтти и я - это долгая история. Мы обменивались украденными поцелуями с тех пор, как были молоды, но все это было невинно. Слоун уже много лет говорит, что он влюблён в меня, но я на это не куплюсь.
Мэтти проводит бледными руками по волосам, разминая мышцы.
- Послушай, я думаю, тебе следует спросить Ройса.
- Я прошу тебя… - Я стараюсь подойти мягче, видя, что он явно расстроен.
Мэтти садится на ступеньку, прикрывая рот руками, в то время как его глаза встречаются с моими.
- Чемберс что-то сказал о тебе, Ройс слетел с катушек, как и обычный Ройс, и на этот раз вместо того, чтобы Чемберс отказался от своих дерьмовых комментариев, он попытался сразиться с Роем. Рубашки были сняты, Ройс был в огне, готовый наброситься на какую—нибудь плоть и насладиться ею-что он и сделал. Он довольно сильно избил Чемберса, но он пошёл, чтобы уйти, и вот тогда Чемберс сказал ... - Мэтти замолкает, и в его глазах вспыхивает гнев, он стискивает зубы.
- Что сказал, Мэтти? - Моё терпение на исходе. Я чувствую, как моё разочарование колеблется, и мои мышцы напрягаются.
- Он сказал, что как только Ройс уедет, он засунет свой член так глубоко в тебя, что ты никогда больше не захочешь Ройса.
Я все еще стою с разинутым ртом.
- И что?
Детские голубые глаза Мэтти скользят между Слоун и мной.
- И что? И вот что он сказал, так что Ройс потерял самообладание. Его рука потянулась к горлу, он прямо-таки душил его. Он поднял Чемберса с земли одной рукой, Джейд. Одной гребаной рукой. Наш полузащитник. Одной рукой.
- Да, да, я слышала тебя, одна рука. Что случилось потом? - Моя нога яростно стучит, потому что я ни на йоту не убеждена, что то, что сказал Чемберс, оправдывало то, что Ройс чуть не лишился жизни. На самом деле, я еще больше зла, чем была до того, как попала сюда. Лучше бы было что-нибудь другое.
- Больше ничего нет. Он душил его до тех пор, пока Чемберс не побагровел, а затем Чемберс вытащил нож и ударил его в живот. После этого мы все разбежались.
Я падаю назад, падаю на ступеньки, закрыв лицо руками.
- Почему он такой?
- Почему? - Мэтти ахает с широко раскрытыми глазами, казалось бы, ошеломленный моим вопросом. Как будто я должен знать, почему или что ответ очевиден. - Помимо того факта, что он твой брат, ты что, слепая?
Я качаю головой, вытирая слезы со щек.
- Что значит я слепая? Он мог умереть. И все ради чего? - Я поворачиваюсь лицом к Мэтти. Мои губы дрожат, когда я вытираю нос. - Чтобы защитить мою добродетель?
Слоун гладит меня по волосам.
- Я знаю, что ты не хочешь слышать это прямо сейчас, но эти мальчики, особенно Ройс, вознесли тебя на пьедестал так высоко, что никто и ничто не может коснуться тебя. - Резкий звенящий звук обжигает мои барабанные перепонки, когда осознание ее слов трогает меня. Я должна начать отдаляться от Ройса, чтобы спасти его от повторения той же ошибки. Он не умен, когда дело касается меня. Он иррационален, импульсивен и на грани психоза, но даже когда я думаю об этих словах, я знаю, что не могу дать ему то, в чем он нуждается. Это может быть эгоистично с моей стороны, но я просто не могу. Не сейчас.
Рука Мэтти обвивается вокруг моей шеи, притягивая меня ближе.
- Я слышал, что Чемберс сидит в тюрьме, его старик отказывается внести за него залог.
- Он всегда был хорошим человеком, - рыдаю я. Отец Чемберса - тренер нашей футбольной команды. Он хороший парень. Не знаю, что случилось с Чемберсом.