Покровитель империи (СИ)

Приехали к императору, он как всегда сидел в кресле в своем кабинете.
— Прежде, чем начнем говорить, приведите Кристину и ее любовника, — сказал я, сглотнув горечь.
— Кто он? — спросил император.
— Один из лейтенантов Стоуна, кто именно, я не знаю. Приведите всех, и Стоуна тоже, я убью их всех. За предательство — произнес я тихо.
Сел, вынул вино и выпил бутылку, не отрываясь. Вынул еще одну и выпил половину, тут император достал бутылку спирта. Я улыбнулся и сделал пару глотков прямо из голышка. Тут привели Кристину, растрепанную и еле одетую, и с ней лейтенанта тоже в таком виде. За ними — Стоуна и остальных его офицеров. Один из них побледнел…
— Ты был моим другом, мразь. Я любил ее, как ты мог? — проревел он, не понимая что подписывает приговор.
Я смотрел на Стоуна, в его глазах была боль, его близкие люди предали его. Я выпил еще, и улыбнулся.
— Надеюсь, больше мне никто подыскивать невест не будет? — спросил я. — Нужны еще доказательства? Нет. Казнить всех, кроме Стоуна.
— Эти двое невиновны, не казните их, — сказал Стоун.
— То есть, ты уверен, что они не знали, что делают их братья и не смеялись над дурачком-мужем, полюбившем шлюху? — спросил я у побледневшего Стоуна. — Может и ты знал?
Он стоял бедный и потерянный. Он сломлен и больше не годится на полковника гвардии, но казнить его нельзя, он должен сам уйти и рассказать всем причину.
— Что ждем? Приказ повторить или и вас тут убить? — спросил я стражников.
Они рванулись вперед, заломали всех лейтенантов Стоуна и увели.
— Я хочу, чтобы казнь была прилюдная в воскресный день, — сказал я, встал и вышел.
— Останови его, он опять пропадет, — обратился император к моему отцу.
— Пусть идет, имеет право, — ответил отец.
Вернулся во дворец один. Маркус видел меня и видел, в каком я настроении. Но все равно зашел.
— Простите меня, господин, я не успел вам доложить, они все угрожали смертью, но я все равно бы вам доложил, — чуть не плакал он.
— Распорядись, чтобы был ужин на двоих и пришли ко мне Олафа с парой бутылок спирта, — попросил я его.
Он ушел, а я не стал копаться в себе, просто придумывал себе задачу. Ужинали мы с Олафом вдвоем. Я налил по полбокала спирта и один придвинул ему. Поднял свой, салютуя ему и выпил, он тоже.
— Мне нужен полковник гвардии, кроме тебя некого, — сказал ему.
— Я просто кузнец, какой из меня полковник? — удивился он.
— Не ври мне в лицо Олаф, или я перестану тебя уважать, и не держи меня за идиота, — начал я. — Семь лет назад в соседнем королевстве вспыхнула зараза тьмы. Некий полковник очень рвался ее уничтожить, но ему отказали и не дали войска. Тогда он сам, на свой стах и риск вырезал почти все секты, а отставшиеся ушли к нам. Но полковника обвинили в неподчинении приказу короля и хотели казнить. С помощью друзей, одного из них звали Маркус, он скрылся на нашей территории и стал кузнецом, а Маркус стал дворецким. Эти двое очень напоминают тебя и Маркуса. Так все было?
— Да, Ваше Высочество, так все и было, мы ни раз порывались вам рассказать, но то одно отвлекало, то другое, простите нас, Ваше Высочество, — произнес он.
— Не называй меня высочеством, мне претит этот титул, говори господин и все. Завтра Стоун уйдет, наверняка за ним уйдут, если не все, то половина, разбираться народ не любит. Я представлю тебя, и ты начнешь их муштровать, так что бы они поняли: сложности только начинаются. Также вызовешь Борка, он мне тут нужен. В воскресный день будет казнь увидите кого, — проговорил я.
Глава 12
Утром все были бодры и веселы. Олаф, видимо, поговорил с Маркусом, и тот был уже спокоен. Я спокойно позавтракал, выпил кофе и вышел вниз. Вызвал Стоуна и приказал построить гвардию. Также вызвал Олафа в форме полковника: он сильно преобразился. Вернулась выправка, подтянулся, взгляд стал твердый.
Поставив Стоуна перед строем, велел объяснить, где капитаны. После его рассказа люди разволновались, кто-то верил, но большинство сомневалось. Но Стоун сказал, что все было на его глазах, что никто кого не принуждал и не пытал. После он снял с себя полковничьи эполеты и сказал, что уходит. Почти половина дернулась за ним. И тут вышел я.
 
— Все, кто уходит, предатели. Все, кто остаются, будут проверенны менталистами. Еще предатели есть? — спросил я.
Все, кто стоял в стою, подтянулись, а предатели начали оглядываться.
— А теперь самое интересное. Кинг, ко мне! — я вынул меч, Кинг напрягся. — Порвем их.
Я послал ему мысль. Мы налетели, как ураган, никакой магии. Кинг рвал их когтями, откусывал головы, я рубил руки, ноги, головы. Всего предателей было 47 человек, живыми калеками осталось 20. Я вызвал повозки, чтобы свои не захламлять и приказал Стоуну самому таскать их и самому решать, что с ними делать.
Вся оставшаяся гвардия была в шоке, а Кинг спокойно сидел рядом со мной. Тут Олаф рявкнул строиться. Все вытянулись, я прошел перед строем.
— Пока я не буду в вас уверен, вы лишаетесь звания гвардейца дома Абрантас, форму сдайте Маркусу. Кто не сдаст — рано или поздно найдем, Кинг быстро ищет, там пеняйте на себя, — дал им выбор подумать, ведь для гарма стен нет, он найдет и убьет, где бы не прятался.
Развернулся и пошел с Кингом к озеру, надо охладиться. В воскресный день была казнь, огласили так, что сперва ее лишили всех титулов, потом развели со мной, а потом..
— За прелюбодеяния в доме мужа с его подчиненными, за издевательство над телом мужа, когда он был в коме после отравления принцем приговариваем этих людей: мужчин к кастрации, бывшую герцогиню к выжиганию клейма продажной женщины на лбу, — огласил глашатый.
Я стоял неподалеку, мне было больно и обидно, все последнее время я пил спирт с водой, ел, спал и пил. Тем не менее жизнь не стояла на месте, мастер доспехов одел уже 30 человек. Алхимик сделал что-то типа бренди и теперь трудился над вкусовыми добавками и снижением крепости до 20–30 градусов. Под маркой дома Абрантас водка и бренди разлетались по всей империи, принося огромные деньги. Я платил алхимику 20 процентов, и он довольный решил полностью перейти на службу дому Абрантас, то есть ко мне. Уже построили отдельный барак, где стояло несколько перегонных комплексов и рядом склад. Пришлось нанимать людей, которые разливали по бутылкам, и наклеивали этикетки. Девчонкам обновили форму, и они старались утешить меня на свой лад вечером и утром, в основном.
Состояние гвардейцев постепенно нормализовалось, Олаф не спеша пополнял личный состав, доводя его до прежнего количества. Император меня не торопил, но я уже сам решил, что хватит сидеть. И мы, нагрузив пару повозок продуктами, в составе 30 гвардейцев, 2 магов и меня двинулись к заставе. Оставив там продукты,20 гвардейцев гарнизона и одну повозку, двинулись дальше прямо до начала болот. Прошли место моего боя с патриархом оборотней, и оттуда я развернул отряд влево.
После эволюции моя магическая сила выросла, ей стало проще управлять. Простейшие заклинания, как тот щит или огненный вихрь, или водяная плеть срывались с рук стоило о них подумать и направить. Дозировать силу тоже стало проще. В этот раз я запустил формирование огненного урагана не от нас, а создал его на расстоянии пять примерно километров и пустил диагонально, охватывая наибольшую площадь. Когда вся нечисть бросилась в нашу сторону, запустил встречную волну. Так развлекался примерно часа два, делая из болота ровную земляную, насыщенную торфом площадь, которую потом окропил небольшим дождем.
И так продолжал три дня, продвинувшись километров на 30 вперед. Потом собирали добычу, отправляли ее на заставу, и дальше. Два месяца мы так развлекались. Дважды я менял состав бойцов, пока наконец не приехал отряд Борка. Я обнял старого друга, Кинг облизал его, мы поговорили и решили, что после похода я оставлю его при себе. И продолжили дальше, пока не увидели конец болота. Так начинались скалы и мощная, широкая река, что несла свои воды в океан. Тут мы разбили лагерь. Я послал магов и отряд в 15 человек с ними к отцу с докладом. Через три недели прибыл обоз из 40 повозок, 200 гвардейцев и 50 строителей с магами. С ними прибыл и отец. Тут была граница империи. Но я хотел пройти по всей территории, и почистить всю империю. Но он настоял, что нужно отдохнуть и начинать осваивать очищенную территорию.