Покровитель империи (СИ)

Я закрыл рот, сглотнул, чуть не проглотив язык, помотал головой и кивнул. Говорить не мог.
— Мы ждем полного доклада, как тебе удалось, с подробностями и твоими выводами, — сказал император и налил себе вина, кивнул нам — мы тоже обслужили себя.
— Как я уже говорил отцу, наша придумка с якобы изгнанием из рода, не сработала. Они не знали всего, но часть знали, из этого вывод, что и в службах отца и в вашей сидит их человек, но сидит не высоко, знает на уровне слухов — дальше я рассказал все, что было с момента, как очнулся в лесу и до моей встречи с главарями и их уничтожения.
— Как только я пропал из виду, отца и ваших служб, они меня потеряли, что и дало возможность застать их неготовыми. Видимо у искателей был только Ираклий, они не знали моей реальной силы, — я сглотнул и выпил вина.
— Вот как, — задумался император Марк Аквилий. — Ладно, предатели в наших службах — наша забота. Пойдем, ты получишь все, что я сказал.
Мы отправились за императором. Дошли до тронного зала, там народу было немерено. Представления, потом проход по залу, император садится на трон, отец встает за троном. По правую руку императора сидят два его сына, а по левую малый трон свободен. Император показал глазами, и я сел по левую руку.
Тишина вокруг стала аж вязкая. Я осмотрелся, пока читали список моих заслуг. Кстати мне официально дано звание архимага, а также многое другое. Когда все прочитали, ко мне подошел церемониймейстер, и мне на шею повесили тяжеленную цепь со знаком короны и цифрой два. В общем, пока шел прием, я изрядно устал и уснул бы, если бы отец не пихал меня сзади в поясницу, как только я засыпал. Император реально ржал надо мной, принцы тоже. Ну, а что, я устал. Стоило вырваться, император сказал, что ждет меня через неделю.
Я дошел до конюшен, сел на Грома и смылся с этого праздника жизни. Так и скакал бы в полусне, но заметил, что меня сопровождают полсотни имперских гвардейцев. И куда мне их девать? Развернулся к ним, поблагодарил и приказал возвращаться к императору. Их командир поклонился, они развернулись и уехали. Приехал к себе, все смотрели на цепь круглыми глазами.
— Маркус, Маркус, мать твою, я сейчас ругаться буду! Ужинать и спать, завтра, все завтра! — проорал я и ушел спать.
Еле разделся, лег и вырубился. Проснулся между завтраком и обедом. Подумал, что от проблем под одеялом не скрыться, и встал. Умылся, помылся. Так выходить не хотелось, вызвал Маркуса и завтрак из пяти яиц и столько же колбасок и много горячего кофе через девочку, что была у двери. Я вышел в одних штанах, все мои шрамы на виду, она чуть в обморок не грохнулась, но взяла себя в руки и убежала.
Я накинул сорочку и почесывая живот вышел покурить. Блин в собственном доме покоя нет. Пришел Маркус, склонился так низко, что думал не разогнется, привезли завтрак, расставили все на кабинетном столе, а мне пофиг, я есть хочу. Короче, пью кофе и просвещаю Маркуса о сложностях бытия. Дело в том, что их всех я хочу забрать с собой, значит, сюда нужен персонал, и быстро. Дворецкий попросил два часа на размышления и посоветоваться, я кивнул и сказал позвать ко мне Борка.
— Так, лошадок седлаем, формы пока нет, так что в своей и через десять минут со мной. Десяток оставить тут на охране, капитан командуй! — Приятно, когда тебя уважают.
Приехали к моему теперь уже особняку, там был только привратник старик и пустой дом. Обошел весь, все такое же, как у меня, только нужно помыть, почистить, ну подробно осмотреть. Выбрал себе, хотя они и так хозяйские, четвертый этаж и мансарду. Буду кофе пить и смотреть на город.
Спустился в погреб и улыбнулся довольно: его вынести не успели. Оставил тут 15 человек и двинул домой, пока там мой дом. А там ожидал сюрприз в лице, во-первых, матер. Подошел к ней, поцеловал в щеку, взял под руку, повел в дом. Усадив ее в кресло, я потребовал кофе, вина и сигарет. Принесли все бегом, я налил кофе себе и матери, закурил и спросил ее:
— Мамуль, ты чего приехала, у меня тут бардак. Хочу всех с собой взять, они уже мои стали, а тут оставить некого. Дел, короче, немерено, — проговорил и подумал, с матерью так нельзя.
 
— Я что, не могу помочь собственному сыну? Пусть он взрослый, пусть сам император признает его заслуги, но я твоя мать, и я имею право помогать своему сыну, когда захочу, — возмутилась она.
Мы сели советоваться, мать сказала пригласить дворецкого, он ей понравился. Позвали Маркуса и задумались.
— По мне все просто — нужно начать ремонт там, доделать тут, моим детям пригодится, и переезжать, что ты такая кислая, мам? — удивился я своей обычно оптимистичной матери.
— Ты не забыл, что император дал тебе неделю? — спросила она.
— Не забыл, но причем тут переезд? Он пожелал, чтобы я жил рядом с ним, но сроки мне не ставил. Через неделю его интересует мой доклад, как я буду искоренять топи, болота и тьму на моей земле, и поверь, план у меня есть уже давно. Но переезд тут ни при чем. Я занял отрядом дворец, чужие туда не попадут, так что ремонт можно делать не спеша, спокойно и вдумчиво, учитывая будущее, — заявил я.
— Ты уже не первый раз говоришь о будущем, задумываешься о детях? У тебя есть кто-то на примете? — заинтересованно спросила она.
— Нет, мама, нет, и в ближайшем будущем вряд ли появиться. Но рано или поздно кто-то будет, я хочу такую же семью, как наша, — ответил ей.
— Так, мы расслабились. Маркус, записывайте, это для меня и вас: вы и вся команда поедете со мной в новый дом. Будем делать его достойным второго советника императора и третьего человека в империи — торжественно произнесла она, но я опять все обломал.
— Эййй, как вся команда, а я, как я тут буду? Мне снова в гостинице сидеть инкогнито? — возмутился я.
— Успокойся и доверься матери, все будет хорошо, — менторским тоном произнесла она.
— Я есть хочу, меня кормить будут сегодня?! — рявкнул я и вышел.
Видимо, для матери такое мое поведение не было сюрпризом. Маркус догнал меня в коридоре и, долго кланяясь, сказал, что через час все будет. Хотел уйти, но я поймал его за плечо и ехидно спросил, чего это он так услужлив.
— Ваша мама сказала бежать за вами, пока вы не убили еще десяток, — пожал плечами Маркус.
Отпустил его и пошел на полигон, и ведь ответить ему нечего. На полигоне народ работал, я тоже влез на турник, сперва неохотно, потом втянулся и начал отрабатывать всерьез. Потом брусья, опять турник, снова брусья и так час до обеда. После обеда с матерью пообщались еще, и она уехала в новый особняк, взяв с собой Маркуса и Олафа.
Я только хотел отдохнуть, как приперся Борк и Элиза. Сказал им:
— Простите, но я устал.
Приказал Кингу никого не впускать вообще и лег спать. Достало все, у меня нет времени даже посидеть, подумать.
Глава 7
Видимо, те, кто меня сюда послали, тоже поняли, что я не успеваю. Пока я спал, они усовершенствовали мой мозг. Встал я к ужину другим человеком. Сперва не понял ничего, сходил умылся и, глядя на воду, вдруг заметил, как струя замедлилась, изогнулась и ласково омыла мое лицо. Я немного охренел от таких вещей. Посмотрел в зеркало, раньше волосы мои были не светлые и не темные, скорее светло русые. Сейчас же на меня смотрел человек с почти черными волосами, но с седой прядью.
Крикнул девчонке за дверью, чтобы подавали ужин сюда, в кабинет, и пригласили Борка и Элизу. Вышел на балкон покурить. Пришли Борк и Элиза. Борк сразу присвистнул, а у нее глаза стали круглыми.
— Чего с тобой произошло за два часа, тебе волосы покрасили? Ну ничего так, только не привычно, — заржал Борк.
— Не знаю, встал умываться и офигел, себя увидев, и еще у меня в мозгу что-то изменилось: силы стало намного больше. Но я позвал вас по другой причине. Там на столе бумаги, читайте, — проговорил я. — Что со всем этим делать я пока не знаю.
Они читали бумаг, и я опять закурил. Не будет у меня покоя, не дадут.
— Это получается, твой отец — второй человек в империи, а ты — третий? Не слабой, однако, семье мы служим. Надо ребятам рассказать — гордится будут, — улыбнулся Борк, продолжая читать.