Ты из прошлого (СИ)
Он снова стал покрываться красными пятнами. Того и гляди, на нервной почве еще и удар хватит.
— Петр Емельянович! — позвал начальника один из сотрудников. Он подошел к нам и встал прямо напротив. Молодой еще. Скорее всего, только институт закончил. — У нас снова проблемы с одним из станков, электроника не фурычит.
— Вызывайте Александра Владимировича, в чем дело? — поморщился мужчина. Будто целый лимон съел, не меньше. — Он разберется.
— Хорошо, — кивнув, пробормотал парень и скрылся, куда-то заторопившись.
Хотела проследить за ним, но тут Петр Емельянович снова перетянул мое внимание на себя. Опять схватил меня за руку.
— Хочу показать вам наших лучших работников, — пряча от меня взгляд, заговорил он и попытался отвести меня в сторону.
На этот раз я легко высвободила свою руку и пошла в противоположную сторону, на ходу поправляя на голове каску, которая так и норовила свалиться. Раздражение внутри меня достигло пика. Осталась всего одна искра, чтобы я взорвалась от негодования и послала все к черту. Петр Емельянович точно что-то скрывает. Не все здесь так гладко. И почему станок, который только недавно должны были поставить, не работает? Были у меня предположения на этот счет… Связанные с тем, что кое-кто поколдовал с бумагами, нарисовал не ту стоимость, а разницу пихнул себе в карман.
Я искала того паренька, который должен был вызвать какого-то Александра Владимировича. Что-то много Александров развелось в последнее время вокруг меня. Не к добру это.
Остановившись неподалеку от поломанного станка, подозвала к себе парня, который крутился рядом. Он явно был обеспокоен. Только вот сомневаюсь, что он сам поломал имущество компании, чтобы получить за это минимум выговор.
— И часто он ломается? — спросила у бедолаги, кивая головой в сторону станка.
— Второй раз уже, — махнув рукой, ответили мне. — Сил нет. Что-то с электроникой. Вроде работает, работает, а потом как начинает зависать и все. Тут только Александр Владимирович справится. Долбанет, где надо и…
Тут парень, судя по расширившимся от испуга глазам, кажется понял, что сболтнул лишнего. Ничего страшного. Навряд ли кто-то и в самом деле долбит со всей силы по станку.
А потом я увидела спешащего к нам Александра. Да, того самого, который подвозил меня от станции. И того самого, кто так легко управлял своими эмоциями. И вот сейчас, как только он увидел меня, обеспокоенность на его лице уступила место раздражению. Кажется, меня не ожидали здесь увидеть. Впрочем, я тоже не надеялась на столь скорую встречу. Которой хотелось избежать.
— Добрый день, — сухо бросил он, сразу подходя к станку. На меня не смотрел. Его больше заботила зависшая железяка. Я в свою очередь тоже не собиралась сверлить его взглядом. Он делает свое дело, а я свое.
— Вот и Волков появился, — проговорил Петр Емельянович.
А я-то надеялась, что он не пойдет за мной. Ошиблась…
Погодите… Я не ослышалась? Волков? В самом деле? Не может же…
Волков Александр Владимирович. Как звали отца того Сашки, которого я знала в детстве? И воспоминания о котором по-прежнему не дают мне покоя. А звали его — Владимир. И фамилия у друга была — Волков. Не может же быть такого совпадения? Но Сашка умер… Мама сама мне сказала, что его больше нет.
Перед глазами словно образовалась пелена, мешающая нормально видеть. А голоса окружающих постепенно стали затихать.
В какой момент я потеряла сознание, не знаю. Просто все резко поплыло, а потом меня поглотила темнота. И мне так хотелось остаться в ней на подольше.
Хорошее не могло длиться долго. Я постепенно начала приходить в себя. Звуки вернулись, как и ощущения. И первое, что я заметила, это то, что лежу я на чем-то мягком. Значит, с пола меня подняли. Потом я стала прислушиваться к голосам. Не слышать бы их, да не получалось. Визг Петра Емельяновича мог пробудить даже из комы.
— Как так получилось? Почему? И что теперь делать?
Паковать свои вещи и оставлять должность для более достойного сотрудника, который не будет расхищать бюджет компании. Когда руководство узнает, что вы тут проделывали, то по голове вас точно не погладят. Уволят в один день.
— Раньше надо было думать, — и этот голос я тоже узнала. Саша…
Он или не он? Я, кажется, постепенно стала сходить с ума. Сейчас в голову лез такой бред, что становилось страшно. Прогнать же кошмары никак не получалось.
— Я думал об интересах нашего общего дела! — продолжал верещать Петр Емельянович. Думаю, он уже в который раз пошел красными пятнами.
— Что же эти интересы прибавляют нолики на вашем личном счету, а не в кассе компании? — продолжал язвить Александр.
— Успокойтесь, — а вот этот женский голос мне был явно не знаком. — Ей нужно отдохнуть и побыть в тишине. А вы тут разборки устраиваете. Выйдите из кабинета, пожалуйста.
Да, так будет лучше всего. Хотя бы какое-то время мне не будет хотеться кого-нибудь убить. Или попытать. Потому что я теперь от Александра не отстану, пока не выясню, кто он такой и откуда взялся в моем родном поселке. В смысле, уже городке.
— Хорошо, Полина Федоровна, мы выйдем, — тут же успокоился Петр Емельянович. — Позаботьтесь о Софии Николаевне.
Не то чтобы мне нужна была чья-то забота. Просто уйдите и прекратите кричать. Голова начинала немного ныть от вашего фальцета.
Послышались тяжелые шаги, скрип двери, а потом все стихло. Кажется, и в самом деле ушли…
— Теперь можете открывать глаза, — хмыкнув, проговорила невидимка. — Они ушли.
Значит, меня раскрыли. Поняли, что я лежу и самым наглым образом подслушиваю. Хотя, если уж на то пошло, подслушивать было нечего. Просто не хотелось открывать глаза и смотреть на лица тех, кто ужасно раздражал.
Глаза я все-таки открыла. Потом осторожно села и спустила ноги с дивана. Голова немного кружилась, поэтому вставать я не торопилась.
— Без резких движений, хорошо? — сказала девушка, отходя от дивана на пару шагов и внимательно наблюдая за мной сверху вниз. — Тебе нужен отдых. Перетрудилась, скорее всего.
Да, перетрудилась. А если быть точнее — сгорела на работе. Теперь не знаю, как прийти в норму. Говорить же тебе ничего не стану. Не хватало еще, чтобы кто-то начал копаться у меня в голове.
— Возможно и так, — уклончиво произнесла.
Нужно было заставить себя встать на ноги. К моей досаде, голова немного кружилась, и я пока не могла этого сделать. Поэтому продолжала сидеть и смотреть на девушку. Врач или медсестра. На ней был надет белый халат. Что ж, хоть тут на производстве обошлось без нарушений.
— Как себя чувствуешь? — поинтересовались у меня. Полина (кажется, так ее звали) наплевала на более официальное обращение и сразу перешла на «ты». — Что-нибудь болит?
Все болит. Потому что, судя по ощущениям, я таки приложилась всем телом об пол. И ушибла себе все, что только можно.
— Все в порядке, — несмотря на свои внутренние ощущения, сказала. — Но от стакана воды бы не отказалась.
— Сейчас принесу, — проговорила девушка в ответ и вышла из кабинета.
Тут же послышались мужские голоса. Все ясно. Петр Емельянович и Александр не ушли далеко, а дежурили за дверью. Досадно, но деваться некуда.
Я таки встала с дивана и сделала первые неуверенные шаги, продвигаясь в сторону двери. Подслушивать не собиралась. И так все было хорошо слышно. И выходить из кабинета тоже пока не планировала. Головокружение отступило, и я наконец-то могла нормально передвигаться.
Вскоре Полина вернулась, держа в руке пластиковый стаканчик с водой. Отдала его мне и продолжила стоять прямо напротив, все так же наблюдая за мной. Еще немного и я начну чувствовать себя подопытным кроликом.
— Спасибо, — выпив все до капли, поблагодарила ее. Подошла к урне, стоящей в углу и выбросила стаканчик. — Мне гораздо лучше. И я снова готова приступить к работе.
— Не стоит, — покачав головой, сказала девушка. — Ты сильно переутомилась. Лучше будет, если сегодня ты позволишь себе отдых.