Кто ты, Такидзиро Решетников? (СИ)

Этот разговор и позицию деда она ещё обдумает тщательно, потом. Сейчас же есть смысл, как говорит Хаяси-старший, сосредоточиться на главном — на общей задаче. От которой лично она выигрывает в первую очередь, поскольку управлять этой компанией в итоге ей (в том числе). И владеть Йокогамой тоже ей.
— Это всё останется тебе, Хонока. — Старик словно услышал её мысли и повёл рукой вокруг себя. — Давай ты для начала обеспечишь себя сама хотя бы на следующий год детекторами достоверности? В ключевых точках, на принципиальных этажах, в нужных залах совещаний и в кабинетах рабочих групп?
А в следующую секунду дед захрипел и повалился под стол.
* * *
На каком-то этапе хозяин кабинета буднично теряет сознание и падает на пол.
Чертыхнувшись, на автомате собираюсь броситься следом: пробежаться пальцами по ключевым точкам диагностики, посмотреть частоту сердечных сокращений, дыхательных — возможно, приступить к реанимации, если актуально.
Собираюсь, но не делаю. Вернее, не успеваю — поскольку Хонока размазывается в воздухе молнией.
Хорошая реакция либо у пациента это не в первый раз.
Меньше чем за секунду внучка уже стоит над дедом:
— Ута, дай! Не там! В столе!
Подумав, занимаю место рядом. Хуже точно не будет, а может, даже чем-то помогу.
Уэки косплеит такую же молнию, как и финансистка.
Девицы в четыре руки непринуждённым движением набрасывают на голову пострадавшего маску, активируют встроенный аккумулятор — и через секунду я понимаю, что прибор вентилирует лёгкие.
Чудо техники. Впрочем, здесь, наверное, и не такое можно встретить.
— Скорую вызвала, — сообщает айтишница секунд через пятнадцать. — Едут. Внизу их встретят, проводят сюда. Двери разблокировала.
Врачи действительно появляются бегом, с раскладными носилками через несколько минут. Неплохая система здравоохранения, по крайней мере, быстрая.
Диагностика электронная — через комплект датчиков, которые врач за десяток секунд размещает больному от макушки до пяток. После этого, едва глянув на экран, выдаёт вердикт:
— Забираем. Кто-то из вас будет сопровождать?
— Нет, зачем? — с тоскливым видом забытого на улице щенка опускает глаза внучка. — Это же не первый раз.
— Не волнуйтесь, всё будет хорошо! Как обычно. — Работник скорой звучит уверенно и сам верит в то, что говорит.
Вместе с напарником они подхватывают носилки и, сопровождаемые поднявшимся с первого этажа охранником, рысью исчезают за створками лифта.
— Ну и денёк. — Когда остаёмся одни, Хаяси-младшая подходит к стенке и изо всех сил лупит модельной туфлей в деревянную облицовку, сделанную под старину.
Затем грязно ругается.
— Не переживай. — Уэки подходит сзади и обнимает за плечи. — Это же регулярно так. Всё как обычно, чего заводиться на ровном месте.
— С последнего приступа прошло меньше времени, чем в прошлый раз, — шмыгает носом финансистка, старательно скрывая от меня, что собирается расстроиться не отходя от кассы в прямом смысле до слёз.
Беззвучно размахиваю в воздухе руками, пытаясь привлечь внимание айтишницы. Получается.
На пальцах выбрасываю, что пошёл. Жестами объясняю, что слёзы Хаяси-младшей — такая штука, что им лучше случаться наедине и без свидетелей. Во всяком случае, точно не в моём присутствии.
Уэки закусывает губу, на мгновение задумывается и отрицательно качает головой. Затем начинает семафорить жестами в ответ — но получается сложно, я её не понимаю.
Махнув рукой, делаю несколько шагов в направлении выхода, собираясь прикрыть за собой дверь без звука: мне ещё на таможенные склады пиликать. А здесь, как понимаю, рабочая группа временно прекращена по причине выбытия ведущего модератора собрания.
Хочется верить, выбытия временного — с конкретным стариком можно иметь дело. Он как минимум думающий.
— Стоять! — возмущённый окрик начальницы секретариата финансов застаёт меня с поднятой в воздухе ногой практически перед дверью. — Куда собрался⁈ Ты чё⁈ Вернись за стол, работать кто будет⁈
Мне, конечно, есть что ответить, но я удерживаюсь.
 
В принципе почему бы и нет. Разворачиваюсь и возвращаюсь.
Уэки тут же сориентировалась, отступила на шаг назад, заняла методически грамотное место за спиной подруги так, что последняя её не видит. Сейчас айтишница виновато разводит руками, сжав губы в тонкую полоску, и словно извиняется передо мной: дескать, действительно придётся работать. Не взыщи.
* * *
Ута подвинула к себе вазочку с орехами со стороны, где сидел Юто-сан.
— Угощайся, — предложила она логисту, который завис с таким же отмороженным лицом, как и Хонока. — Народ, эй! — она помахала руками в воздухе. — Или работаем дальше — или погнали вниз!
— Я в ресурсе, — стажёр встряхнулся. — Могу продолжать. — Затем добавил без перехода. — Нормальный дед, мне понравился. С ним всё нормально будет? — смотрел он почему-то не на внучку, а на айтишницу.
— Угу. Не первый раз. Это она вон, постоянно на кое-что исходит, — Ута покосилась на финансистку. — У Юто-сан такие приступы регулярно, в больнице все в курсе. Даже по этажам, видел, как они быстро прибежали?
— Работаем, — Хаяси-младшая решительно врезала ладонями по столу. — Единственное, у меня голова не варит. Отвечать на вопросы могу, а думать самостоятельно пока нет. Кто командует?
— Рули, — спокойно предложила Уэки новому знакомому. — Главную задачу ты слышал, сам не дурак, в обстановке ориентируешься, поскольку тоже здесь работаешь. Командуй и модерируй, — разъяснила она в удивлённые глаза логиста, косящегося с опаской на финансистку.
Провести импровизированное совещание фактическая директор айти могла и сама, но ей захотелось получше понять, кем и чем является новый знакомый.
Вроде, думать умеет, несмотря на невысокую должность. Сейчас поглядим, насколько хорошо.
— Хаяси-сан, ты согласна, что следующие полчаса вопросы буду задавать я? — метис выбил дробь пальцами по столу, привлекая внимание Хоноки.
— Валяй.
— Тогда сначала оцифровываем цели и задачи. Дамы, я не ориентируюсь на вашем уровне, потому слушаю каждую по очереди заново, как если бы я вообще ничего не знал.
— Справедливо, — Ута поторопилась ответить до того, как подруга откроет рот.
Дальше она за полторы минуты пересказала выгоды, которые может дать импровизированная техническая революция в отдельно взятом небоскрёбе. Разжевала методику использования детекторов достоверности и перечислила самые яркие провалы из своей практики по причине их отсутствия.
— Получается, нужен список, — кивнул стажёр. — Оборудования и мест его установки.
— Да. — Уэки потянулась через стол, взяла планшет старика, вошла под своим логином в систему и за минуту сформировала нужную таблицу. — Держи, — она протянула гаджет светловолосому.
— Двадцать четыре пункта установки? — Тот без перехода задумался. — Расстановку по зданию вижу. Где можно взять вес каждой номенклатуры и ориентировочное время монтажа? В каждой точке?
— Щ-щас, — Ута уважительно кивнула и полезла в закрытую директорию, выгружать данные по аппаратной части.
— Держи, — через полторы минуты планшет сменил пользователя.
Хонока, поначалу наблюдавшая за их пинг-понгом без особого интереса, на каком-то этапе тоже прикипела к экрану:
— Погоди! Верни назад. — Она даже поднялась, обошла их по кругу, остановилась за спинами и нависла над головами. — Ута, это без дублирующих контуров? — Хаяси щёлкнула длинным ногтем по экрану.
— Без, конечно. И без неизвлекаемости, надо элементы искинов добавить, если мы на год-полтора рассчитываем. Здесь так, самое необходимое. Чисто чтоб с чего-то начать.
Финансистка и айтишница отлично поняли невысказанный подстрочник: часть управления компанией в самое ближайшее время перейдёт к ним, судя по состоянию здоровья Хаяси-старшего.
Однако любые декларации должны подтверждаться рабочими механизмами власти, например, такими, как этот — который сейчас обсуждается.