Кто ты, Такидзиро Решетников? (СИ)

— Но?.. — начальница отдела складской логистики подалась вперёд над столом, демонстрируя полное согласие с любым будущим вердиктом.
— Не «но». «А». А вот с такими женщинами, как Хаяси-младшая и Уэки-младшая ещё раз в своей жизни он вряд ли где-то даже на одной улице пересечётся, не то что… Поскольку он ходит пешком и ездит в метро, а они перемещаются чуть другими видами транспорта. — Абэ помолчал. — И в местах досуга они никогда не пересекутся, потому что разные уровни.
— Какой вывод? — Аяка изо всех сил пыталась угадать решение, которое сейчас будет озвучено.
К счастью, думать самой не было необходимости: достаточно подождать — и приговор по ситуации озвучит более высокий руководитель.
— Такидзиро будет двумя руками держаться за даже намёк даже на дружеские отношения с такими дамами. По вполне понятным причинам физиологического характера, — заключил заместитель директора. — И позиция его будет непоколебимой, понятно, почему. Увольнением мы ничего не добьёмся, даже захоти я выступить за Фукудомэ.
— А вы не хотите?
— А я не хочу.
— Что будем делать?
— Ничего, как и раньше. В корпоративных играх логистика традиционно сохраняла нейтралитет, не становясь ни на какую сторону.
— А мне что делать? — чуть подумав, Аяка Андо решила не оставлять в разговоре даже тени недосказанности.
— Вам точно ничего делать не надо: просьбы с обеих сторон пришли в мой адрес, — фыркнул хозяин кабинета. — А на вас попал всего лишь запрос безопасности, вы его уже выполнили.
— Хм, а ведь да, — начальница отдела на мгновение задумалась.
— Ну и всё. Компьютер стажёра вы им честно отдали, его самого на двадцать пять минут куда сказано, отправили. Точка. Лично от вас больше никто ничего не требовал. Стало быть, за работу!
— Благодарю. — Андо поднялась и поклонилась. — Я у себя, если что.
  
Глава 6
 
— Хаяси-сан, Уэки-сан, тысяча извинений за беспокойство. Срочный вопрос. — Поскольку номера в наличии, недолго думая, создаю конференцию и вызываю обеих одновременно.
— Настолько срочное, что лично зайти никак? Рациональнее через мессенджер? — айтишница не давит, именно что уточняет, заодно намекая на конфиденциальность.
— Боюсь, если поеду к вам на восьмидесятый, это может быть неправильно истолковано.
После выхода от заместителя директора свой визит в безопасность не откладываю. Правда, подняться к ним решил по лестнице пешком, без лифта: ноги разомну, бонусом — вентиляция лёгких и подскочивший пульс. В данной ситуации это плюс: чем выше тонус системы кровообращения на момент, тем ментальные возможности круче. Даже в этом теле.
Вдруг что-то из арсенала откроется — мечтаю, топая по лестнице. Судя по ощущениям, проблема не в строении мозга (он такой же в потенциале). Проблема усечённого ментала — исключительно в нетренированности, корректируемый параметр.
Впрочем, здесь все люди такие, если верить памяти. Тело ещё могут развивать целенаправленно, а вот мозг.
— Говори, — ровно предлагает финансистка. — Если срочно.
В двух словах сообщаю об изъятии моего компа; о шестерых любопытных из других отделов в коридоре логистики; о вызове на «дружескую беседу» в службу безопасности.
Не забываю подтвердить и получение не ожидавшейся мной благодарности:
— Толстый синий конверт у меня. Спасибо.
— Не за что, — отмахивается Хаяси. — Спасибо тебе, Такидзиро-сан, ты нас очень выручил. Ута, что думаешь?
— Не ходить нельзя, а идти стрёмно. — Уэки перебирает варианты. — Тот случай, когда хороших решений нет. Такидзиро-сан, я не знаю, как они так быстро сориентировались, но насчёт возможного увольнения не переживай: мы теб…
— Боже упаси, — перебиваю как можно мягче. — Вы неверно истолковали цель моего звонка. Я не за поддержкой, а согласовать позиции. Хотя ваше участие мне приятно.
—??? — Хаяси, оказывается, может целые фразы заменять выражением лица.
— Я более чем уверен, вызов связан с нашим общим приключением в лучшем случае опосредовано. И молчать о нём на двадцать четвёртом этаже я буду по-любому, не опасайтесь.
 
— Ты там по техническим причинам не сможешь соврать, — перехватывает слово айтишница. — Видимо, не сталкивался.
— Смогу, если нужно. Причём так смогу, что никто ничего и на четверть ногтя не уловит, — не вдаюсь в детали. — Чего там не стоит говорить, мне понятно. Я звоню у вас выяснить, что я как раз могу там сказать. Поддерживая беседу, демонстрируя конструктив, не опасаясь подставить.
— Объясни? — финансистка становится похожей на задумчивого тигра.
— Меня скорее всего видели в люльке хозяйственного департамента вместе с мойщиком. Наверняка поинтересуются, куда и зачем катался в рабочее время, — загибаю первый палец. — О вашем загадочном кубе они тоже знают и меня с непонятным свёртком застали на одном из верхних этажей, но до конца не уверены, чем окончилось. — Второй. — И есть то, чего мы пока не видим. Чувствую, у них был какой-то сбой при передаче информации: кто-то кому-то рассказал не всё. Значит, будет пространство для манёвра.
— Почему так считаешь? — Уэки хватается сразу за вывод.
— Мероприятия, к-хм, следственные и розыскные, выглядели бы иначе. Посто поверьте. Без картинного изъятия стажёрского компа с треском на весь небоскрёб.
— Занятный ты тип, Такидзиро-сан. — Пронизывающий взгляд Хоноки взвешивает меня на невидимых весах.
— Такие демонстрации обычно затевают, чтоб заставить нервничать, я про выемку ноута с шумом на всю логистику. Так не поступают дознаватели, чтоб что-то выяснить; так исполняют заказ кого-то напугать.
— Например, кого? — финансистка даже не мигает.
— Фигуранта либо его окружение. Либо тех, кто находится на одной территории и наблюдает за происходящим.
— Хм.
— Мой вопрос. У вас есть что-то нейтральное, о чём вы хотели бы либо предупредить службу безопасности, либо поставить в известность? — плюю на намёки и рублю в лоб. — Типа предостережения? Вы же с ними, если подумать, на одной горизонтали в иерархии.
— Есть, но ты всё же уточни, — безэмоционально предлагает Хаяси.
— Что бы вы хотели до той группировки донести через третье незаинтересованное лицо? Парламентёра или посредника? Если передам я, оно поможет в моём разговоре.
— Я понимаю, о чём ты, — медленно проговаривает финансистка, пристальный взгляд которой становится ещё более занимательным. — Такидзиро-сан, если твоя беседа на двадцать четвёртом этаже свернёт в ту сторону, которую ты сейчас обозначил, я была бы тебе благодарна, если бы ты намекнул. Им. Не называя имён и ни на кого не ссылаясь.
Интересно, не дракон ли она по гороскопу?
— Внимательно запоминаю.
— Худой мир лучше доброй ссоры, так им и скажи, если к слову придётся. Неназванная группа не ставит целью создать проблемы другой группе, они поймут, о чём речь. Первые лишь исправляют перекос. Выравнивают искривившиеся горизонты. — Хонока поворачивается к Уэки. — что скажешь?
— У меня вопрос. Куда это должна свернуть беседа на двадцать четвёртом, чтоб он подобное передавать затеял?
— Такидзиро-сан уже запланировал осевую линию коммуникации. В рабочем аспекте он планирует представить себя независимой нейтральной стороной — по причине своей невысокой должности. Это он о корпоративных раскладах скажет, не о личной жизни. Решетников-сан, я права? Ты же будешь многозначительно ухмыляться, глядя поверх головы собеседника, и напирать на собственную незначительность? Уходя от прямых ответов на личные темы? Ещё — довольно щурясь и якобы невзначай упоминая наши имена без вежливых суффиксов и фамилий.
— Вы не только ослепительно красивы, Хонока-сан. Ещё — опасно умны.
— Ута, что скажешь?
— Если в таком контексте, то идеальная формулировка. Хотя я и не понимаю, как ты, стажёр-сан, собираешься обхитрить детектор достоверности. Лично я б не смогла, а его наверняка включат во время беседы, ты можешь даже не заметить.