Батарейка (СИ)

Стоп. Классе в четвёртом я чуть ли не единственный раз в жизни заболел. То ли корью, то ли ветрянкой. И меня поместили в изолятор, где я и отлежал благополучно две недели. Ко мне приходили врач и медсестра, мне делали уколы и давали таблетки, носили еду и меняли бельё. И я первый раз в жизни был один. Я к такому не привык, поэтому, понятное дело, на второй день был готов на стенку лезть, несмотря на сыпь и температуру. Пикантность ситуации была в том, что я подхватил что-то инфекционное и ни игрушек, ни книг в изолятор мне дать не могли. Наконец, нянечка сжалилась, а точнее пожалела свои нервы и притащила мне две толстые книги совсем не для детского чтения. Мельников-Печерский. «На горах» и «В лесах». Книга про староверов. Самое то для гиперактивного пацана. Но читать я любил, заняться было всё равно нечем, и к моменту моей выписки я прочитал каждый из томов по четыре раза, проникся сюжетом, а благодаря сноскам даже понял, что к чему. Так вот. Был там такой момент – настоятельница матушка Манефа получает зашифрованное письмо. А что, если…
- Рин! – сказал я, - Мне нужны бумага и перо!
Дальрин пожал плечами, но притащил требуемое, а я стал писать на листке бумаги буквы. В два ряда:
БВГДЖЗКЛМН
ПРСТФХЦЧШЩ
Так. Насколько я помню, гласные, и твёрдый с мягким знаками должны оставаться на своих местах. А теперь меняем буквы в записке на буквы из другого ряда – так как они стоят одна под другой. «Б» на «П», к примеру, и наоборот… Кажется, это называется «тарабарская грамота». Ого! А ведь получается!
И я с восхищением воззрился на дело рук своих:
«В подвале вход в лабораторию. Под шестиугольным камнем кодовый замок. Шифр 1223334444».
Ни фига себе! Кто это тут оставил? Неужели дядя Дальвиний?
========== Глава 47. О пользе сидения под кроватью. ==========
POV Егора.
Дальрин, узрев, что у меня получилось, точнее, после того, как я ему растолковал, что к чему, аж подпрыгнул:
- Подвал! Вот оно что! Экор, нам нужно обязательно найти, что там такое! Что за лаборатория! А вдруг мы сможем узнать тайну гибели наших родителей… И почему дядя Дальвиний был вынужден покончить жизнь самоубийством.
Я мрачно хмыкнул:
- Боюсь, что там мы сможем докопаться даже до тайны Божьей Бури.
Глаза Дальрина загорелись восторгом, но когда он увидел мой скептицизм, его лицо озадаченно вытянулось:
- А почему боишься?
Вот ведь дитё несмышлёное…
- Дальрин, - терпеливо стал втолковывать я, - наверняка и твой дядя, и твои родители погибли именно потому, что прикоснулись к этой тайне. Твои братья и ты живы до сих пор только из-за своего неведения, но ведь и для них всё могло плохо кончиться.
И я рассказал Дальрину про Лика и судьбу неведомого мне бедняги Настиая. Дальрин отреагировал ожидаемо – сложил два и два и выдал:
- Но все эти события могут значить только одно – сам Великий Господин играет против нашей Семьи.
И вовсе он не дитё – быстро сообразил… Беру свои слова назад.
- Но ведь это – прошептал Дальрин, - это значит, что мы все обречены. Рано или поздно Великий Господин найдёт предлог, чтобы до нас добраться. Один проигрыш в Круге…
- Да. – жёстко ответил я, - Тем более, что тебя уже обезопасили помолвкой с Вингорхом. Теперь я понимаю, почему она была заключена столь поспешно. Ве… Тем, кто противостоит вашей семье, нужен был рычаг давления на твоих братьев. И этим рычагом стал бы ты.
- Но почему Дальхем пошёл на это?
- Вероятно, альтернатива была ещё хуже, - ответил я.
- Альтер… Что? – удивился Дальрин.
- Экор имеет в виду, - раздался голос вошедшего с тсохом и маленькими вкусными пирожками Фехта, - что другая вероятность была ещё хуже.
Мы синхронно повернули головы в сторону говорившего, а Фехт сварливо продолжил:
- Ну, можно ли быть такими неосторожными! Вы такие вещи обсуждаете в этой комнате – а ведь знаете, что любой подошедший к зеркалу может слышать вас. Хвала Небесам, что это был только я!
 
Мы переглянулись и опустили глаза. Фехт был абсолютно прав. Мы неосторожны. А ведь за серьёзный промах нас не просто отшлёпают по попке и поставят в угол – дело может обернуться куда хуже.
Увидев наши расстроенные лица, Фехт тут же сменил гнев на милость и сказал:
- Ладно, не расстраивайтесь. Только впредь будьте осторожны.
И улыбнулся. Улыбка его красила необычайно, и тут я, вспомнив, что мы почти два дня толком не виделись и не говорили, радостно воскликнул:
- Как ты, Фехт? Как Скарелл?
- Я в порядке. Спасибо Риго, что он от имени Господина Дальхаша дал нам возможность побыть вместе этой ночью. А сегодня утром Стражники опять приходили к Скареллу. И нет, он не особо в порядке. Даже не физически… Морально… Он на пределе.
- Всё уже началось, Фехт, - сказал я, приблизившись к нему, и произнося слова очень тихо. - Новый Стражник по имени Лорик собирается помочь нам в побеге. Он хочет поговорить с тобой. И передай Скареллу, что его не следует опасаться.
- Это хорошие новости, - улыбнулся Фехт.
- Но это ещё не все новости, - сказал я, и показал ему полоску с шифром, а заодно рассказал о находке Дальрина.
- Ого! Это очень, очень опасно, но я думаю, что нам всё-таки стоит поискать этот камень, - высказался Фехт, - это опасные сведения, но эта информация может быть полезной. Хотя бы потому, что она поможет держать в узде амбиции Великого Господина.
- Да, - вырвалось у меня, - если ею будет владеть кто-нибудь столь же могущественный, как Великий Господин.
- А я о чём, Экор? Я думаю, что отдав информацию Отцу Фэрхов, Дальрин обезопасит и свою Семью в Глинтии, и самого себя, да и нас со Скареллом тоже. Про тебя я не говорю, ибо раз твоя Семья всерьёз взялась тебя выручать, зная, какими дипломатическими осложнениями это может быть чревато – значит у неё вполне достаточно власти и влияния. Возможно, она даже принадлежит к ближнему кругу Отца Фэрхов.
- Ты так думаешь? Но тогда вряд ли мои братья будут в безопасности. Учитывая то, что они вытворяют с Экором…
- Это политика, Дальрин. И Экор вряд ли желает им смерти. Правда, Экор?
- Правда, - выдавил я, - хоть они и гады, особенно Дальхем, но я не хочу их смерти.
Я намеренно не уточнил, что очень бы желал видеть Дальхема в положении, похожем на моё. Дружба дружбой, а Дальхем Рину всё-таки брат…Так что Дальрин немного успокоился и поинтересовался, нельзя ли нам отправиться на поиски в подвал – заодно и Скарелла навестим. Фехт вместо ответа разлил тсох по чашкам, и сказал:
- Я сейчас схожу и посмотрю, что, да как. Угощайтесь – пирожки только что из печи.
Ну, я наверное до завтра ни кусочка проглотить не смогу, правда тсох в меня в любом состоянии влезает, а вот Дальрин с утра ничего не ел, так что он расправился с полным блюдом маленьких поджаристых слоёных пирожков в рекордный срок, запил всё остатками тсоха и довольно выдохнул:
- Спасибо Фехту, а то я так и не поел толком с утра.
А потом он полез в поясной кошель и достал флэшку:
- А что это за безделушка, Экор?
- Это не безделушка. В моём мире это очень полезная вещь.
И я прочёл Дальрину краткую лекцию о флэшках, компьютерах и прочем. Причём два раза. Врубился он в суть только на второй раз, да и то сказал:
- Это как-то смахивает на Магию.
- Поверь, Магией здесь и не пахнет, - вздохнул в ответ я.
- Ну а как мы тогда сможем узнать, что за… информация здесь записана? – потряс флэшкой Дальрин.
- Боюсь что никак, - ответил я, - для этого нужен компьютер.
- Значит, сейчас эта вещь бесполезна? Может быть её лучше просто уничтожить?
- Ээээ… Не стоит, - спас я многострадальный предмет из цепких ручонок Дальрина, - Кто знает, что нам может вообще подвернуться. Лично я после президента Жириновского уже ничему не удивляюсь.
- После кого?
- Это так. Фигура речи, - отозвался я. В этот момент появился Фехт.