Я тоже её люблю (СИ)

— Харэ базарить, Кос, — Витя поспешил убрать выпивку: под окнами офиса уже припарковалось такси, и из него сразу вынырнули две стройные блондинки, — пойдём.
Не только весьма приподнятое, но и порядком пьяное настроение не помешало Холмогорову ловко нырнуть на водительское сиденье новенького чёрного «Бумера» и пафосно повернуть ключ. Пчёла учтиво открыл пассажирскую дверь, жестом приглашая девчонок вовнутрь, после чего уселся рядом с Космосом, громко хлопнув дверью. «БМВ» резко тронулся с места и, виляя, понёсся вдоль шоссе по странной траектории.
— Кос, может, я сяду? — хихикнул Пчёлкин, отпивая шампанское из только что открытой бутылки, — в таком состоянии стукнешься как нехер делать.
— На своё смотри состояние, — огрызнулся тот, резко выкручивая руль в очередном манёвре. — А я — самый крутой гонщик!
Космос самодовольно лавировал, абсолютно не обращая внимания на сигналящие ему автомобили, как вдруг резкое торможение заставило всех находившихся в салоне подпрыгнуть на своих местах.
— Кос, ты реально больной? — Витя практически перешёл на крик, трижды постучав себе по лбу кулаком.
— Да не ори ты, — махнул рукой Холмогоров, кивая в сторону бокового стекла. — Вон, девчонка тачку ловит, вот я и тормознул.
Дружный смех белокурых сестрёнок с заднего сидения не мог не заставить остальных улыбнуться. Пчёлкин развернулся к Ире и Кире, чокнувшись с ними бутылкой шампанского. Тем временем Космос вальяжно опустил стекло, наблюдая за приближавшейся к нему длинноногой блондинкой.
— Извините, — та слегка поёжилась от холода и явно замялась, — до Нового года два часа, а я никак не могу дождаться автобус. Не подвезёте до Можайского? — девушка стыдливо отвела взгляд. — Я нормально заплачу.
— О, соседка, — Пчёла расплылся в привычной улыбке, закуривая сигарету, — не видел тебя раньше…
— Тебе двух хватит, — еле слышно шикнул на него Холмогоров, вышел из машины и галантно протянул девушке руку. — Конечно же, подвезём, и платить ничего не надо. Садитесь, милая леди, — широкая улыбка растекалась по его лицу, пока он открывал ей пассажирскую дверь.
Когда перезнакомились, в тёплом нутре автомобиля на некоторое время повисло молчание, как вдруг заговорил Космос:
— И что же вы, Светлана, одна Новый год справлять будете?
— Ну да, — скромно ответила новая попутчица.
— Не гоже это, — ухмыльнулся горе-водитель, повернувшись назад, — давайте с нами, мы едем к нашему другу. Будет большая компания, — он вновь сверкнул ослепительной белозубой улыбкой.
Маленький сын, который из-за коликов почти весь день провёл на маминых руках, наконец заснул. Накатила усталость. Всё утро Оля занималась Ванькой, потом предстояло пышно накрыть на стол… Конечно, речи о том, чтобы встретить праздник в узком семейном кругу, даже речи быть не могло. По традиции, Саша всегда отмечал Новый год с братьями, и никто не мог эту традицию нарушить. Они были его семьёй… Впрочем, Оля и сама хотела их увидеть. Она чуть слышно вздохнула, в очередной раз перебирая висевшие в шкафу платья. Битый час молодая хозяйка не могла определиться, в каком наряде принимать гостей.
— Саш, может, это? — она извлекла из гардероба на свет очередное платье, покрутив им перед лицом мужа.
— Давай, отлично всё, — даже не взглянув, прокомментировал Белов и продолжил набирать на сотовом чей-то номер. — Олька, собирайся уже быстрее, наши скоро приедут, — рассеянно бросил он и вышел из комнаты, оставляя жену наедине с мыслями и подготовкой к празднику.
Ещё раз разочарованно вздохнув, Белова взглянула на тёмно-синее бархатное платье. Казалось, оно само очутилось у неё на руках, как ожившее воспоминание, маленькое волшебство в новогоднюю ночь. Пять лет назад она приветствовала начало новой жизни в нём же… Наверное, это был самый лучший Новый год в её жизни. Когда уходящий восемьдесят восьмой подарил мне тебя… Подарил, а потом — забрал. Девушка невольно прижала платье крепче к груди. За эти пять лет она почти не надевала его. Лишь однажды, когда решила слегка перешить в ателье. Теперь платье выглядело более взрослым и даже откровенным: глубокий вырез на спине, открытые плечи… Выбор был сделан. Оля загадочно улыбнулась своему отражению в зеркале.
 
Громкий звонок в дверь заставил поторопиться.
— Саша! — выбежав в коридор, окликнула она мужа. — Саш, приехали!
— Какая ты у меня красоточка, — Белов довольно улыбнулся, оставив короткий поцелуй на плече жены. — Ты моя маленькая, — новый поцелуй пришёлся в губы, — давай, встречай гостей, — и он снова удалился в комнату, поздравляя по телефону очередного приятеля.
Оля улыбнулась, спрятав глаза под изящной карнавальной маской, и быстрым движением распахнула дверь. Первым в квартиру, будто к себе домой, влетел Пчёла, чмокнул хозяйку в щёку и запил поцелуй глотком шампанского из початой бутылки. Не менее радостный Фил также оставил на Олиной щеке поцелуй и даже закружил её; следом зашла Тамара, пьяный Космос, а потом уже его и Витины спутницы. Шумный поток всё вливался в дверь. Последним, скромно притворив за собой дверь, нарисовался новый телохранитель Максим Карельский, тихая тень Оли и Вани. Белов нанял его для обеспечения своей семье дополнительной безопасности. На беднягу Макса гости, словно на вешалку, сгрузили свои вещи. Немного поразмыслив, он с мрачным видом опустил тяжелые шубы и пальто прямо на пол. Тем временем в комнате уже царило веселье: сверкали золотом бенгальские огни, вручались подарки, звучал смех. На мгновение от шума и гама даже закружилась голова — Оля слишком давно не проводила время в таких огромных компаниях.
Гости дружно рассаживались за стол, когда пронзительный взгляд Беловой задержался в одной точке. Там, где сидел Пчёлкин в окружении двух миловидных блондинок. Он называл их девчонками, громко обещал «кайф и все дела», а те игриво хихикали и по очереди целовали его в щёки. Сердце невольно пропустило удар… Возникло странное, почти болезненное ощущение, будто саднило в груди. Почему так противно смотреть? Я замужем и давно уже должна относиться к такому спокойно. Космос вон тоже не один. А это же ещё Пчёлкин… Ему нет дела ни до чего и ни до кого, кроме его девиц. А у меня в соседней комнате муж с сыном. Только ведь всё равно раздражает…
На удивление неугомонная сегодня Тома обратилась к Пчёле:
— Вить, потрогай, ёлка живая?
— Да реально настоящая, — отозвался тот, даже не посмотрев в её сторону.
Находившаяся слева от Вити подружка принялась с уже удвоенным усердием зацеловывать его щёку, будто специально для этого подставленную. Он и впрямь перестал что-либо замечать.
Только серьёзному Максу было не до буйной вечеринки. Избавившись от верхней одежды, он безобидно устроился в самом конце стола. Однако стоило только сесть, как его спокойствие тут же было нарушено писком телефона. Карельский поднёс было трубку к уху, как вдруг на его плечо опустилась большая ладонь Фила.
— Макса, брат, даю установку: всё ништяк, расслабься, — шутливо проговорил он. В эту ночь как будто не было больших боссов и их охранников — все слились в одну большую пёструю компанию.
Фил двинулся дальше, не забыв отвлечь Космоса от Светланы, которой тот хвастался свежей татуировкой. Прервать Витино воркование с его соседкой по столу всё равно было бы бесполезно, и Валера наконец занял место рядом с женой.
— Купи мне, пожалуйста, живую ёлку, я тебя очень прошу, — снова оживилась Тамара. Фил последовал примеру друзей и тоже зашептал на ухо своей женщине какие-то пьяные глупости. Тома в ответ рассмеялась громко и счастливо, как маленький ребёнок.
— Ну чё, праздник-то будем начинать? — Фил нетерпеливо потёр ладони, потянувшись за бутылкой коньяка.
— Будем, — тут же отозвался Пчёла, попутно пережёвывая уже стащенный со стола кусок ветчины. — Кстати, где Саша-то? Не приболел? — он обратил взгляд прямо на Олю, от чего её сердце тут же дрогнуло.
— Да нет, — она широко улыбнулась, отводя глаза. — Саша! Саш, — громко позвала мужа.