Дело о мирных переговорах (СИ)
— Подождите, капитан, это стража прево, — остановил его Марк и кивнул незнакомцу. — Граф де Лорм к лорду контаррену.
— Простите, ваше сиятельство, — поклонился человек в панцире, — не признал вас в темноте.
Он вернулся на свой пост, а Марк подошёл к воротам и заколотил в них кулаком. Через какое-то время дверца в воротах приоткрылась, и оттуда выглянул сторож.
— Лорд контаррен никого не принимает, — тявкнул он и захлопнул дверцу.
Марк обернулся к капитану де Ланьяку и кивнул ему. Тот с готовностью застучал в ворота своей кованой перчаткой. Через какое-то время дверца снова открылась, и Марк, не дожидаясь очередной отповеди, заявил:
— Тайная полиция короля Сен-Марко к лорду контаррену. Передайте ему, что его желает видеть граф де Лорм!
— Он не принимает! — упрямо повторил сторож.
— Если он меня не примет, то в следующий раз я ударю в эти ворота тараном! — прорычал Марк.
Дверца снова закрылась, и через какое-то время ворота скрипнули и приоткрылись ровно настолько, чтоб между ними мог пройти один человек. На улицу вышел рыцарь, в котором Марк узнал Мигеля Феррата, после чего створки снова сомкнулись.
— Войди в наше положение, Марк, — произнёс рыцарь, поприветствовав его. — Контаррен прибыл в Сен-Марко по приказу альдора, он уполномочен вести переговоры и не желает до их начала иметь контактов с кем бы то ни было из окружения короля, чтоб его не обвинили в предвзятости.
— Мне плевать на переговоры, Мигель! — заявил Марк. — Я здесь не с частным визитом, и не по поводу его миссии. Я расследую убийство и мне необходимо допросить его в связи с этим.
— Допросить? — изумился Феррат. — Ты в своём уме? Ты собираешься допрашивать маркиза Беренгара?
— А в чём дело? — уточнил Марк. — Он что, пользуется здесь какими-то особыми привилегиями, в связи с чем на него не распространяются законы Сен-Марко? Ты вообще, помнишь, где находишься, друг мой? Это город короля и здесь правит он! По указу его отца, короля Ричарда тайная полиция может входить в любой дом, не спрашивая разрешения у хозяев. Я пока спрашиваю, но если я не получу это разрешение, я вернусь сюда с солдатами и осадными машинами.
— Не горячись, — попросил его Феррат. — Утром здесь уже был де Грамон, он сообщил нам о смерти Барлода. Это прискорбно, мы ответим на ваши вопросы, но после переговоров.
— Ты шутишь? Барлод был отравлен мышьяком, подмешанным в вино, которое, судя по прилагаемой записке, прислал ему Беренгар, а ты предлагаешь мне ждать окончания переговоров? Кто будет вести переговоры с тем, кто подозревается в убийстве? Ступай к контаррену и скажи ему, что если он не хочет, чтоб я вышиб эти ворота и препроводил его в Серую башню, где он после долгой разлуки будет иметь беседу со своим давним другом графом Раймундом, пусть снизойдёт до разговора со мной.
— Ты серьёзно? — ещё больше встревожился Феррат.
— Это похоже на шутку? — уточнил Марк.
— Подожди немного, я не могу сам впустить тебя. Я ещё раз поговорю с лордом контарреном и, надеюсь, он тебя примет.
— Убеди его, Мигель. Это, прежде всего, в его интересах!
Феррат постучал в ворота, они ненадолго приоткрылись, и он скрылся за ними. Прошло не более пяти минут, и они снова отворились.
— Граф де Лорм может пройти к лорду контаррену, — объявил молодой оруженосец в нарядном камзоле. — Остальных прошу остаться за воротами.
Марк снова издал сдавленное рычание, но спорить не стал. Он вошёл во двор и вслед за оруженосцем проследовал в дом. Он проходил по залам небольшого замка, которые выглядели довольно аскетично, если не знать стоимости украшавших их гобеленов, образцов оружия и скульптур, изображавших рыцарей в боевых доспехах. Марк не раз бывал здесь в дни своей юности, ему даже приходилось упражняться с мечом под внимательным взглядом маршала, и он всегда очень старался, чтоб произвести на него наилучшее впечатление. С тех пор в доме почти ничего не изменилось, как прежним осталось и его отношение к маркизу Беренгару. Марк был зол, но не столько из-за его упрямого нежелания встретиться, сколько на тех, кто поставил его перед необходимостью столь дерзко вынуждать маркиза к этой встрече.
Беренгар ждал его в кабинете, где кроме него находились ещё какие-то рыцари, среди которых были и алкорцы. Марк подумал, что контаррен не хочет, чтоб кто-то заподозрил его в тайном сговоре с королём по поводу переговоров. Это было странно, потому что раньше как лорд контаррен он пользовался полным доверием альдора. Теперь он бросил на непрошеного гостя непроницаемый взгляд и холодно произнёс:
— Граф де Лорм, вы требовали встречи, я принял вас. Что вы хотели мне сказать?
— Я хотел бы, чтоб вы ответили на некоторые вопросы, связанные со смертью члена вашей миссии сэра Барлода, — ответил Марк.
— С чего вы взяли, что эта смерть как-то связана со мной?
Марк молча достал из своего подсумка письмо и протянул его Беренгару, тот развернул его и прочёл.
— Это подделка, — пожал плечами он, возвращая ему послание.
— Мне это известно, но я хотел бы знать, о каком недоразумении в нём говорится? Кто мог о нём знать и почему Барлод оказался в гостинице, где умер, в то время как остальные ваши спутники находятся здесь?
— Вряд ли это имеет значение, — возразил лорд контаррен. — Если вы поняли, что это письмо — подделка, так зачем пришли сюда?
— Чтоб найти того, кто его подделал. Я должен выяснить, как связано это письмо со смертью сэра Барлода.
— Выясняйте! При чём здесь я?
— Ваше сиятельство, — голос Марка стал мягким и вкрадчивым, — вас не смутило, что один из ваших рыцарей скончался, едва покинув ваш кров, и на место его смерти подкинули письмо, якобы написанное вашей рукой? Как вы думаете, зачем это было сделано? И не будут ли скомпрометированы результаты порученных вам переговоров, если будете скомпрометированы вы?
— О чём вы, граф? — насторожился Беренгар.
— О том, что вы далеко не первый, на кого направлен подобный удар. До вас, видимо, доходили слухи о том, что недавно тень подозрения в убийстве уже пала на маркиза Делвин-Элидира, который должен был представлять на переговорах Сен-Марко. У него неопровержимое и самое надёжное алиби: он был у короля, но кого это волнует? Молва уже несёт по городу грязные сплетни о нём. Кто же следующий? — Марк зажал письмо двумя пальцами и показал его собеседнику.
— Вот оно что… — пробормотал тот и потёр лоб, после чего обернулся к присутствовавшим в кабинете рыцарям. — Простите, господа, не могли бы вы нас оставить.
Те с поклонами удалились, а контаррен посмотрел им вслед и обернулся к своему оруженосцу.
— Постой у двери, мой мальчик.
Тот с готовностью кивнул и вышел.
— От чего он умер? — спросил Беренгар.
— Его отравили мышьяком, подмешанным в то самое вино, ваше сиятельство. Пока мы держим это в тайне, но, боюсь, вскоре по городу будут распространяться слухи с подробностями этого убийства, как было и в случае с Делвин-Элидиром.
Контаррен печально кивнул и указал Марку на кресло возле растопленного камина, после чего сам прошёл туда и сел в другое.
— Как я и предполагал, мирные переговоры под угрозой, мой милый Марк, — вздохнул он. — Ещё недавно всё было понятно и предсказуемо. Альдор доверял мне и выработанные нами условия договора должны были устроить обе стороны. Но неожиданно перед самым отъездом мне передали новые условия, причём, ознакомившись с ними, я понял, что они никак не могут быть приняты королём Сен-Марко в таком виде. Я попытался выяснить причину столь резкой смены позиции, но альдор не пожелал со мной встретиться, а энфер вёл себя довольно холодно и сказал, что мне следует настаивать именно на таких условиях. К тому же он потребовал, чтоб я взял с собой трёх человек, которых не знаю. Они не имеют никакого отношения к переговорам и, как мне кажется, служат лорду Деллану. Из этого я сделал вывод, что мне больше не доверяют. Зачем ещё приставлять ко мне шпионов секретной службы?