Лекарство от мести (СИ)
— Ну, конечно… — Он цокнул языком.
Шон не стал произносить вслух, что видел поцелуй Чарли. Кто он такой, чтобы указывать ей, с кем она может встречаться, а с кем нет? Может, в нём говорили всё те же «отцовские» чувства, но он не мог отделаться от мысли, что Элиас проявляет свой интерес не потому что она красивая, умная и молодая женщина. Эта мысль уже напоминала паранойю. Шон решил, что если не отделается от этой мысли в течение месяца, то обязательно займётся поиском информации на этого Солоффа…
— Зря ты не хочешь отметить свой день, дорогая. — Шон помог надеть пальто. — Тридцать лет исполняется один раз в жизни.
— По такой же схеме и двадцать девять исполняется один раз в жизни. — Шарлотта рассмеялась, поправляя воротник. — Поможете донести до машины? — Она указала на подарки. — Боюсь, одна не осилю.
— Конечно!
Шон взял почти все пакеты из её рук. По пути на парковку они обсуждали завтрашнее тестирование «Охотника». Шон решил, что завтра тоже отправится в бюро посмотреть на тренировки. Уложив всё в машину, Чарли попрощалась с Шоном и уехала домой.
Домой Шарлотта добралась не так скоро из-за пробок. Шумно выдохнув, она бросила все пакеты у двери и прямо в верхней одежде упала на диван. После разрыва с Майком Чарли чувствовала пустоту внутри себя всё больше: если раньше она с радостью приходила домой, то сейчас ей хотелось бывать в квартире всё меньше. Возможно, частое времяпрепровождение с Майком и Ником и разговоры о переезде заставили её перестать чувствовать эту уютную квартирку своим домом. По правде говоря, после смерти отца Шарлотта чувствовала «дом» везде, если рядом были Майкл и Николас. Сейчас даже мысли о квартире Майка казались глупостью. Она усмехнулась и всё же заставила себя встать и раздеться.
Чарли перенесла пакеты в спальню и приняла душ. Открыв холодильник, она нашла большое ведро мятного мороженого. Шарлотта хитро улыбнулась. Что же… Мороженное и ромашковый чай — именно то, что сейчас нужно. Вернувшись с подносом в комнату, она покрепче завяла поясок на халате и уселась на кровать. На кровати валялось много пакетов с подарками. В глубине души она ещё верила в «волшебство» дня рождения, поэтому не долго думая принялась распаковывать подарки.
Разрывая упаковку первой коробки, Шарлотта закусила губу, чтобы не улыбаться дурацкой ухмылочкой: на мгновение она почувствовала себя пятилетней девочкой, когда отец устраивал для неё грандиозные праздники, создавая сказку вокруг неё.
— Для тебя, рисинка, я тоже буду устраивать такие праздники.
Чарли погладила по животу и тут же одёрнула руку. Неужели она, сама того не понимая, всё решила? Она ведь даже ещё толком и не думала, что делать с ребёнком! Встряхнув головой, она дала себе обещание в ближайшие пару дней подумать, что ей делать и уже окончательно принять решение.
Шарлотта вытащила коробку из остатков упаковки. К коробке была прикреплена записка. От Шона. Она улыбнулась и развернула её.
«Знаю, ты давно искала именно его…»
Чарли свела брови и вскрыла коробку. На дне лежал красиво упакованный платок из пашмины нежно-розового оттенка. Она улыбнулась и прижала платок к щеке. Такой мягкий… Шарлотта с энтузиазмом поднялась с кровати и подбежала к зеркалу, примеряя новую вещицу. Не то чтобы это был какой-то особенный платок, просто именно такой цвет она искала очень давно к своему зимнему пальто. Положив подарок обратно в коробку, она взялась за новую…
Закончив распаковывать несколько подарков, она рассматривала подарочную карту от Грейс. Чарли улыбнулась: подруга знает толк в подарках. Весь день провести в спа-салоне — лучшее, что может произойти с агентом ФБР. Она уже было хотела позвонить Грейс и поблагодарить, но наткнулась в пакете на ещё один подарок. Шарлотта не могла понять, от кого эта упакованная коробка, потому что разобрала всё. Но записка на дне пакета всё разъяснила:
«Это, конечно, совсем не то, что ты заслуживаешь, но я обещал, что смогу восстановить.
М.»
Чарли сразу поняла, что это от Майка. Она лихорадочно рвала упаковку. Из неё выпал небольшой лист бумаги, сложенный пополам. Николас тоже принял участие, нарисовав незамысловатую картинку: на рисунке были изображен сам мальчик, а Шарлотта и Майк держали его за руки. А сверху было поздравление «с днём раждения» с перечёркнутой буквой «а» и сверху исправлено на «о». Все буквы были раскрашены разноцветными карандашами.
Шарлотта улыбнулась и закусила губу. Рисунок вызывал в ней приятные мурашки. Она всё больше думала о том, что рядом с ними чувствовала себя счастливой. Подняв голову, она шумно выдохнула: ком уже встал в горле. Чарли отложила рисунок и достала коробку. Ничего не намекало Шарлотте на содержимое коробки: она была полностью тёмно-синего цвета. Что-то заставляло её медлить и не открывать подарок. Открыть коробку — это найти повод позвонить прямо сейчас. Позвонить прямо сейчас — значит, придётся долго разговаривать и рассказывать Майку о беременности. А этого она хотела сейчас меньше всего. Майкл не такой вспыльчивый, чтобы бояться его и его реакции, но беременность — не разбитая фара автомобиля. Такие новости могут вызвать слишком непредсказуемую «отдачу».
— Соберись уже! — Шарлотта рыкнула и резким движением открыла крышку.
Увиденное заставило её потеряться в пространстве на несколько секунд. Она громко сглотнула и достала шкатулку. Чарли совсем про неё забыла. Перед своей смертью Арчи подарил её Шарлотте.
— Это я подарил твоей матери, когда узнал, что она беременна тобой. — Арчи передал шкатулку в руки Шарлотте. — Аврора любила собирать различные антикварные вещицы. В лавке сказали, что ларчик был изготовлен ещё в семнадцатом веке.
— Красивая… — Чарли рассматривала шкатулку.
Но шкатулка выпала из рук. Крышка тут же отлетела. Чарли вздрогнула и ойкнула, подняв испуганные глаза на отца. Её не страшила реакция отца, нет! Арчи никогда не ругал её за сломанные вещи, но приучил к тому, что сломанные вещи нужно чинить. Она испугалась, что сломала то, что так сильно напоминало о маме. Арчи очень дорожил всеми вещами, что когда-то принадлежали Авроре.
— Я починю! — Она подняла части шкатулки. — Обещаю!
— Куда же ты денешься! — Арчи рассмеялся, но в глазах была видна грусть. Он приобнял дочь и поцеловал её в висок. — Придётся потрудиться…
Шарлотта знала, что у шкатулки слишком сложный механизм. Сколько бы мастеров она не обходила, все отказывались работать с деревянной коробочкой. Об этом она как-то рассказала Майку.
— Я искала почти по всем Штатам. Никто не хотел браться. — Шарлотта по-детски надула губы и откинула голову на грудь Майка, разглядывая шкатулку. — Ещё нужно восстановить картинку…
На внутренней части крышки было выжжено изображение матери Шарлотты, но оно уже почти выцвело.
— Найдём умельца, не переживай! — Майкл поцеловал её в макушку и крепче прижал к себе…
Шарлотта почувствовала, как слёзы закапали на руку. Она закусила губу, чтобы сдержаться, но не смогла. Чарли дала волю чувствам и расплакалась. Она откинулась на подушку и свернулась калачиком.
— Да к чёрту всё! — Она вскочила с кровати и начала одеваться. — Хватит уже заниматься ерундой!
Шарлотта оделась на скорую руку и выбежала на парковку. Не успев завести машину, она тут же тронулась с места и поехала в сторону дома Майка.
Почти полчаса она просидела в машине под окнами Майкла. Нервно кусая кожу вокруг пальцев, Чарли то и дело смотрела в окна. Свет ещё горел. Постукивая пальцами по рулю, она выдохнула и всё же решилась выйти.
— Николас! — крикнул Майкл. — Ты точно всё собрал в коробку?
Услышав стук в дверь, он подумал, что приехала пицца, которую он заказал ещё полтора часа назад. Что, собственно, он и озвучил на всю квартиру. Открыв дверь, Майкл громко сглотнул. На пороге стояла Шарлотта. Взъерошенные волосы, абы как завязанный шарф и застёгнутое неправильно пальто говорили о том, что собиралась она в спешке.
— Привет… — Чарли замялась, опустив глаза.