Граф Воронцов. Книга I (СИ)
— Да. — твердо ответил я, снова удивив девушку.
До самой академии мы добрались за полтора часа. Ну, как до академии…
Наша карета остановилась на каменной брусчатке возле шумной толпы. В этой самой толпе проглядывались такие же молодые люди, как и я, в точно такой же «форме».
Со словами «Найди мадам Мамзелькину» дверца кареты захлопнулась за моей спиной, и я остался один.
Приглядевшись к людям, отметил, что среди юношей и прекрасных молодых дам было множество взрослых, которые, подняв руку вверх со стопкой бумаг, пытались пробиться к воротам… или даже к вратам.
Высокие, мощные и грозные. Стальные ворота были покрыты тонким слоем меди, благодаря чему при солнечных лучах они искрились и казались живыми. На поверхности ворот были вырезаны таинственные руны, которые я уж точно не мог прочитать или понять.
Их странные символы, выгравированные на металле, создавали впечатление, будто они обладали своими древними секретами и силой, которой нельзя было пренебрегать.
В моей душонке появилось очень странное чувство, когда я приметил для себя знакомую загогулину.
«Твою мать! Это же иероглиф, как на перстне…»
Нахлынувшие потоком воспоминания заставили невольно дернуться. И ровно в этот момент они распахнулись, и к толпе вышел статный мужчина с явной сединой и моноклем на глазу.
Из-за более высоких «соплеменников» я не сразу смог рассмотреть его лицо. Но с его появлением гам утих.
Атмосфера возле ворот была наполнена таинственностью и предвкушением. Люди говорили шепотом, обсуждая мужчину, а я же подслушивал. Мне нужно было больше информации об этом странном месте.
Как утверждали некоторые: руны имеют связь с древними магическими знаниями, способными обеспечить контроль над силами природы. Другие предполагали, что ворота — это вход в другой мир. Каждый, стоящий здесь в своей фантазии создавал свою историю о происхождении рун и их значении.
В общем и целом, я слушал откровенный бред сказочника. Какой нафиг переход в другой мир? Какая черта ада? О чем эти дети вообще думают?
Я видел, как взгляды людей, окружающих меня, полны удивления и восхищения. И на миг призадумался…
«Хотя может это я не прав и тут расположены эти самые „врата“ в изнанку?»
Благо, я еще не понимал, насколько сильно был прав в обоих случаях.
Голос мужчины был как гром среди ясного неба. Громкий, ясный, с легкой хрипотцой под стать полковнику.
— Прошу минуту вашего внимания, — от его голоса все вокруг утихло, — Вы, — я привстал на носочки и увидел, что мужик обращается к «взрослым», — Прием заявок окончен еще неделю назад.
— Но… — возмутился кто-то.
— Желаете оспорить мое решение? — я, наконец, разглядел его.
Он был высок, выглядел очень умным и мудрым, если судить по серебру его волос и морщинам на лице, то еще и очень старым.
Но стариком бы я его не назвал. Слишком ровно он стоял, слишком опасной выглядела его фигура. А глаза… они говорили о том, что он пережил многое, но взгляд его все еще оставался ясным и твердым.
Хотя его одежда смягчала этот образ. Элегантный костюм темных оттенков, подчеркивающий стройность его тела и аккуратно завязанный галстук на шее. Еще этот монокль на глазу…
Все это пускало пыль в глаза, говоря «смотрите, я простой старый джентльмен». Я бы даже повелся, если бы он был расслаблен, но кажется этот старик не знает такого слова.
—…мой сын способен на большее! — уловил обрывок фразы мужика с бумагами в руке. — Испытание прошло неверно! Он не может иметь нулевой уровень!
«Нулевой уровень? Ах… Лена же говорила, что испытание может пройти человек от первого уровня и выше…» — промелькнуло в моей голове.
Мне стало интересно, как себя поставит этот «джентльмен». Позволит прогнуться под мнение одного человека, которого, кажется… Которого могут поддержать другие «взрослые». Или же продолжит свою линию развития.
Все-таки у меня сложилось четкая оценка: взрослые — родители или опекуны не поступивших вчера. И как-то мне не хочется, чтобы дедушка Женя стоял вот точно так же.
— Заканчивайте балаган, Виктор Васильевич, — достаточно вежливо ответил седовласый мужчина, — И не разводите смуту у поступающих. Если вы сомневаетесь в компетенции комиссии, можете обратиться в районный суд. Там вас выслушают, примут ваши доказательства нашей неправоты и вынесут вердикт. Но, — он сузил глаза, холодно оглядывая группу поддержки, — Впредь больше не смейте так громко обвинять нас в предвзятости к абитуриенту.
На этом вся ругань и закончилась. Мужик, вступивший в словесную перепалку, что-то озлобленно пробормотал и принялся выбираться из толпы.
Его примеру последовали и остальные взрослые.
Не сказать, что толпа сильно поредела, но следующее заявление мужчины отсекло еще половину молодых людей.
— Все те, кто не записан на сегодняшние испытания, прошу, — он поправил монокль, — покиньте площадку и освободите место. Сегодня последний день испытания. Зачисления в этом году больше не будет.
В толпе начал нарастать гул, который превратился в одну и ту же фразу, только от нескольких лиц.
Все, как один, говорили о несправедливости. А фактически оказалось, что только уважаемый род может позволить себе выучить своего отпрыска именно здесь.
Получается, мой род знатный? Забавно.
На сей раз толпа действительно рассосалась, и чуть больше тридцати человек, в том числе и я выстроились в ровную колонну.
Оглядываясь по сторонам в попытке найти лицо человека, хоть капельку похожую на «Мамзелькину», словил на себе недовольный взгляд старика.
— Меня зову Анатолий Владимирович Зальгенбар. Я — ректор этой Академии. Сейчас вы, уважаемые, — он улыбкой наградил всех, — должны пройти на нулевой уровень изнанки через эти, — рукой обвел врата за спиной, — ворота.
Очередь начала редеть, пропадая между вратами… значит действительно портал. Буду честен, я ожидал какой-нибудь переливающийся овал.
Приблизившись к вратам, я вытянул перед собой руку, касаясь чего-то невидимого. Это было очень познавательно. Казалось, что за невидимой пленкой был совершенно иной климат!
Здесь тепло и уютно, а там более прохладно, да и…
— Будешь так долго стоять, врата закроются. Вот будет хохма, если Воронцов обосрется в который раз!
Голос, прозвучавший за спиной, заставил меня замереть. Мне не понравился тон, в котором говорила женщина, судя по голосу. И не понравился момент, где упоминалось ограничение по времени.
Тяжело существовать в месте, где ничего не знаешь и большую часть не понимаешь.
— Что стоишь? — характерный тычок в плечо подсказал мне направление, и в последний момент, когда меня начало затягивать, я оглянулся.
«Охереть…»
Глава 10
За моей спиной стояла женщина в сильно пожилом возрасте. Про таких в народе говорили только одно — божий одуванчик. Но когда этот божий одуванчик вновь замахнулась на меня клюкой, при этом мило улыбаясь, меня бросило в холодный пот.
Я смог рассмотреть ее лицо.
Острые как бритва зубы, идеально начищенные до белоснежного блеска. Большой, мутный глаз, намекающий на слепоту. И закрытый второй, словно веко слиплось. При ее росте в метр пятьдесят-пятьдесят пять, от нее исходила чудовищно сильная аура.
На задворках сознания я понимал, что ее внешность, ох, как обманчива.
— Долго стоять будешь⁈ — ее старческий скрипучий голос, вывел меня из транса. — Нарядился то как… — она улыбнулась еще раз, — Хоть на человека стал похож!
Очевидно, она не была слепа, но…
Ничего не отвечая, я развернул голову к вратам и шагнул вперед. Вокруг все потемнело. В лицо ударил ледяной ветер, а ноги погрузились в темную массу.
Поднял ноги, попытался понять, что это за вещество такое подо мной и оглянулся.
Врата, через которые я прошел, были метрах в пятнадцати от меня. Светились в полной темноте и постепенно удалялись.
Я медленно, шаг за шагом начал двигаться вперед, стараясь не обращать внимание на снежный хруст под ногами. А почему не обращал?